Почти люди - Михаил Валерьевич Булыух

— Очень больной младший брат. Не понял даже в конце, — сказал Сын Голоса после короткой паузы, провёл ладонью по посоху и покачал головой.

Я представлял Смерть, который действительно способен издеваться над человеком, пока горит заживо, и почти верил рассказу без поправок.

Наркоша появился в разговоре о растениях. Один из молодых мужчин принёс яркие ягоды и хотел попробовать. Сын Голоса выбил их из руки быстрее меня и долго объяснял, что от них сначала кружится голова, потом человек начинает видеть то, чего нет, а при большой дозе перестаёт дышать.

— Откуда ты так хорошо это знаешь? — спросил я позже.

— Это показал мне один младший брат, очень глупый даже по сравнению с остальными.

Я уже понимал, кого он имеет в виду, и назвал имя сам: — Похоже, тогда ты встретил Наркошу.

— Так ты и его знаешь? — Сын Голоса снова обрадовался совпадению. — Я встречал его уже в четырёх разных жизнях. Тела менялись, а умнее он так и не стал. В Голос поверил сразу, даже объяснять не пришлось. Только пользы почти никакой. Искал растения, от которых голова становится неправильной, ел грибы, лизал жаб, давал другим. Зато я запомнил всё опасное, что он показывал: ядовитые растения, грибы, жаб, насекомых и змей. В тех местах теперь мои дети реже умирают по глупости.

Наркошу Сын Голоса не убивал. По крайней мере, ни в одной из четырёх встреч. Тот каждый раз погибал по собственным причинам, которые Сын описывал с раздражением и без особого интереса. Его гораздо сильнее занимало, что человек с памятью многих жизней мог потратить её почти целиком на поиск очередного вещества.

Последнего младшего брата я раньше не знал вообще. Сын Голоса назвал его Зайчиком, и сначала я решил, что неправильно понял звук. Потом он повторил по-русски, старательно выговаривая давно не использованное слово.

— Он называл себя Зайчиком и именно так всем представлялся. Иногда был смешным, но в основном оставался невероятно глупым.

Причину такого отношения я понял из дальнейшего рассказа. В первой встрече Зайчик успел переспать почти со всеми женщинами, которые соглашались, потом полез к тем, кто не соглашался. Однажды мужчина застал его с собственной женщиной и убил на месте. Во второй жизни Сын Голоса встретил Зайчика снова. Тот узнал его, немедленно заявил, что верит в Мудрый Голос, а через некоторое время попытался изнасиловать женщину из чужой группы. Она нашла рядом камень и ударила его по голове. От этого удара Зайчик умер.

— Он говорил, что верит, — закончил Сын Голоса, — но я ему не верил. Слишком быстро соглашался, когда ему что-то было нужно. Ты ведёшь себя совсем не так.

Я чуть не спросил, чем моё поведение принципиально отличается. Вовремя вспомнил, что ответ мне уже известен: я притворялся лучше.

— Других младших братьев ты больше не встречал?

— Больше никого из младших братьев я не встретил: только Счастье, Вождя, Смерть, Наркошу и Зайчика, а теперь появился ты.

— Ты лучший, у-у, самый умный и самый надёжный из всех, — сказал он, положив руку мне на плечо. — Ты сначала слушаешь и думаешь, а потом уже делаешь. Когда не понимаешь Голос, не начинаешь кричать, что его нет. Если будешь продолжать учиться, однажды услышишь сам.

Я поблагодарил его за такую высокую оценку. К этому времени я жил рядом с ним уже несколько лет и действительно научился угадывать часть его решений, хотя угадывал не Голос, а самого человека. Сын Голоса предпочитал богатые водой места, ценил разведку, любил, когда работа распределена, и редко лез в риск без причины. Если я хотел подтолкнуть его к какому-то решению, прямой спор был худшим способом. Гораздо полезнее было возвращаться к одной и той же мысли в разных обстоятельствах, пока через месяцы Сын Голоса уже не помнил, откуда услышал её впервые.

С местом Дуры я действовал именно так. В первый год после присоединения я один раз предложил идти южнее вдоль озера. Сын Голоса выслушал и ответил, что Голос ведёт в другую сторону. Через несколько месяцев мы действительно нашли там богатое стадо. Спорить после этого было бы особенно глупо.

Позже я рассказывал о плодовых деревьях возле старых скал. Я не просил сразу идти туда, а просто вспоминал, как в одной жизни люди могли возвращаться к таким деревьям много сезонов подряд.

В другой раз говорил о рыбных заводях, которые работают лучше обычной случайной ловушки, если ручей позволяет направлять рыбу. Сын Голоса заинтересовался и попросил показать на первой подходящей воде.

Ещё через год спросил, не говорил ли Мудрый Голос о месте возле большого озера, где две скалы сходятся углом и внутри есть вода. Сын Голоса задумался, потом отрицательно качнул головой.

После этого я несколько месяцев не возвращался к вопросу. Иногда мои попытки давали обратный результат. Однажды я несколько недель осторожно подводил его к мысли остаться возле хорошего ручья до окончания сухого сезона. Ночью Голос потребовал уйти утром. Сын Голоса поднял всех до рассвета и повёл через сухую каменистую местность, где два дня почти не было воды. Я шёл, проклиная и Голос, и собственную уверенность в том, что научился управлять человеком. На третий день разведчики нашли большое стадо и богатую низину. Для Сына Голоса это стало ещё одним доказательством. Для меня — напоминанием, что галлюцинация не обязана учитывать мои планы.

Именно поэтому я не торопился. Годами в разговорах появлялись большое озеро, скалы, плодовые деревья, ручей, хорошая глина, защищённая площадка, старые люди, которые умели жить там дольше обычного. Сын Голоса слушал, задавал вопросы, иногда поправлял меня в соответствии с очередным откровением. Потом некоторые мои рассказы начал пересказывать детям сам.

— У-у, идём смотреть солнце, — сказал он однажды, разбудив меня до рассвета. Мне тогда было примерно двадцать.

Мы поднялись на невысокий склон. Сын Голоса долго стоял молча, держа посох обеими руками, а затем сказал:

— Ночью Мудрый Голос показал мне место возле большого озера, где скалы сходятся, вокруг растёт много деревьев с едой, а вода идёт между ними к озеру. Нам надо вести детей туда.

— На этот раз Мудрый Голос выбрал хорошее направление, — ответил я, стараясь не улыбнуться слишком широко.

— Очень, — серьёзно ответил он. — Скоро