Фантастика 2026-80 - Мария Фир

– Да?

– Я буду добиваться твоего расположения, – четко произнес король. – Я сделаю все, чтобы ты захотела дойти до третьего тура и пройти его. Не только ради лабораторий.

– Почему?

Она смотрела ему в глаза и едва сдерживалась от того, чтобы не искусать губы в кровь.

– Что во мне такого? – повторила Маргарет.

– Шипы, яд и доброе, благородное сердце, – ответил Линнарт. – Для Кальдоранна ты станешь идеальной королевой, а для меня – любимой супругой.

«Дорфов стол!» – промелькнуло в голове у Маргарет, когда она попыталась дотянуться до короля и коснуться губами его щеки.

Но Линнарт спас чашки и перетянул Маргарет к себе:

– Я планировал, как заманю тебя сюда, обниму, зацелую до алых губ и…

– И? – затаив дыхание, спросила Маргарет.

– И мы будем смотреть на облака, обниматься и целоваться. – Линнарт крепче обнял Избранницу. – Ты знаешь, что у королей не бывает первых брачных ночей до представления Богине? Так что все небо в нашем распоряжении.

– Но сначала – поцелуи? – уточнила Маргарет. – Мне понравилось тогда.

– Когда именно? – лукаво спросил Лин. – Не отворачивайся, я должен знать.

Все случилось так, как и задумал король, – он зацеловал свою Избранницу до алых губ, до сияющих глаз, до сбитого дыхания. А после устроил ее в своих объятиях и они вместе угадывали, на что или на кого похожи облака. Отвратительный день стал гораздо, гораздо лучше.

Глава 16

Маргарет всегда знала, что подготовка к балу – дело нервное, затратное и неблагодарное, кроме соперниц, наряд никто и не оценит. Но она даже не представляла, что такое подготовка к балу в условиях тотальной нехватки времени.

Сразу по возвращении со свидания она попала в цепкие ручки Сарны. И понеслось – нанести маску, смыть маску, принять ванну со льдом и эликсиром, затем горячий душ и еще одна маска. И когда вымотанная Маргарет начала отползать в сторону постели, служанка вспомнила про косточки для завивки волос.

– Но ты же все магией делаешь, – застонала мэдчен Саддэн.

– А вы уверены, что по Избранницам не ударят волной нейтрализующей магии? Помните, пару месяцев назад скандал был? То-то же. Всю магию мы используем сегодня, а завтра только ее результат. И прическа будет в основном держаться за счет шпилек.

Поэтому утро началось с флакона зелья от головной боли и плотного перекуса. И уже поднадоевших притираний для лица.

– Как правило, – ворковала Сарна, накладывая на лоб Маргарет неприятно пахнущую субстанцию, – перед балом стараются не есть. Чтобы корсет утянуть потуже. Корсет-то утягивается, вот только слабенькие и непривычные мэдчен как горох на пол сыплются. А дерры их переступают или сдают мимо пробегающим слугам.

Говорить Маргарет не рисковала. Только выразительно вздыхала и шевелила плечом.

– Вот и все, засекаем три минуты и снимаем. Как люди соберутся, в зале станет душно, все начнут потеть. А вы – нет. Это очень вредное средство, – вздохнула Сарна, – но иногда им пользоваться можно.

«Очень вредное средство» превратилось в липкую, тягучую пленку. И снималось так, будто родную кожу срывают. Увидев свое краснолицее отражение, Маргарет ахнула, но Сарна ее успокоила:

– Краснота сейчас сойдет. Вы мяско-то кушайте, кушайте. Оно и сил придаст, и места в желудке много не займет. Так мы и корсет затянем до хруста, и вы переспелой грушей на пол не ляжете.

– Может, не надо до хруста? – испугалась Маргарет.

Сарна весьма выразительно промолчала и вышла в гостиную – два роскошных бальных платья были перенесены туда. Маргарет пошла следом.

– Бал назван Осенним. – Служанка кивнула на ало-золотое платье. – Возможно, имеет смысл надеть платье в цветах осени.

– Если это платье похоже на багряные, отцветающие листья, то это, – Маргарет показала на второй наряд, – на осеннее небо. Насыщенно-синее с мрачным серебром осенних туч.

Синее платье запало в душу мэдчен Саддэн. Открытые плечи, но рукава до самых запястий, лиф и пышная юбка расшиты серебряной нитью. Маргарет зачарованно провела пальцами по гладкой, прохладной ткани – не платье, а мечта. Ожившая мечта из виденной иллюзии. И сейчас у нее был шанс претворить видение в жизнь.

– Губы сделаем побледнее, – вещала тем временем Сарна, – а вот глаза выделим посильней. Садитесь, мэдчен. Я все же рискну и использую немного активной магии – если пропадет, то будет не слишком заметно. И недоказуемо.

Сарна зрительно увеличила ресницы Маргарет. Чуть удлинила, сделала их гуще. Тонкие стрелки, матово-серые тени с синеватой искрой.

– Грозовая Мэдчен, – выдохнула Сарна, когда отошла в сторону. – И глазки у вас замечательные стали, темно-серые со стальной искрой.

– А были синие-синие, – вздохнула Маргарет.

– Зато на свету ваши глаза кажутся грозовыми – сиренево-фиолетовыми, – улыбнулась Сарна. – А я сейчас этот цвет подчеркнула.

Облачившись в платье, Маргарет замерла перед зеркалом, из которого на нее смотрела испуганная, большеглазая незнакомка, Лучшая Ученица КАМа. Девушка немного сутулилась, будто стеснялась роскошного платья. Глубоко вдохнув, мэдчен Саддэн расправила плечи и приподняла подбородок. На бал идет дочь Гаррета Саддэна, а не серая академическая мышь.

– Изумительная прическа, Сарна. Изумительная я. – Маргарет повернулась к служанке. – У тебя удивительный дар.

– А у вас прекрасные волосы, – служанка любовно поправила тугие локоны хозяйки, – с такими легко и приятно работать. Вам пора.

Маргарет, красуясь, покрутилась вокруг себя и приподняла подол – полюбоваться на красивые туфельки. Как назло, вспомнился последний день рождения, проведенный с мамой и папой. Тогда она тоже кружилась в новых туфельках и новом платьице. А с кружева слетала золотистая пыльца – папа исполнил мечту любимой дочурки, и на целую ночь та стала волшебной феей.

«А ведь мне еще придется рассказать Линнарту, что мора Саддэн жива», – вспомнила Маргарет. И радужное настроение лопнуло как мыльный пузырь.

Стук в дверь и нетерпеливый голос Тамиры:

– Ты там жива? Не погибла от собственного отражения? Хватай своего Каприза и вперед, а то придем позже короля. Хотя… Я не против, это будет не скучно!

Маргарет чуть не стукнула себя по лбу – про химеру она совсем забыла.

– А давайте на Каприза тоже что-нибудь наденем? – предложила Сарна. – Пусть он будет красивенький.

Химера, гневно зашипев, взлетел и засветился. По перьям пробежали