Фантастика 2026-80 - Мария Фир

Нервно сглотнув, Маргарет посмотрела на Линнарта. Ей нужно было как-то объяснить, что она, безусловно, не очень приятный собеседник. Но не настолько. И она любит, любит яркие платья. Просто она так долго запрещала себе интересоваться мужчинами, что теперь ей тяжело осознавать свою симпатию к королю.

«Дня не проходило, чтобы я о нем не вспомнила, – с отчаянием подумала мэдчен Саддэн. – Ну почему король?! Неужели нельзя было влюбиться в кого попроще?»

Над столом с хлопком материализовался Каприз. В уменьшенном виде он скользнул к хозяйке и устроился у нее на плече.

– Это как это? – поразилась Тамира.

– Так ведь это защита, – улыбнулся Вальтер. – Мы вначале хотели обязать Избранниц носить химер с собой. А потом решили, что продуктивней будет дать им возможность телепортироваться к владелицам.

Дверь открылась, и Мадин с поклоном произнес:

– Дерр Гилмор Глорейн к его величеству.

– Лин, я рад, что ты… – взгляд синих глаз главы Департамента Безопасности прикипел к дочери. – Мой король, ты ведь знаешь, как она мне дорога.

– Она ваша дочь? – напрямую спросила Тамира. – Сколько вам было лет, пятнадцать?

Глорейн с легким раздражением взглянул на мэдчен Кодерс и вдруг заметил, что в ее больших глазах больше не светится любовь.

– Ты сказал, Гилмор, что твоей, кхм, сестре требуется окорот. Именно поэтому ты позволил ей участвовать в Отборе, – веско произнес король. – Сядь. И объясни, какую услугу ты оказал одиннадцать лет назад? И кому.

В кресло Гилмор опустился так, будто из него разом вынули кости. Он просто обмяк и с отчаянием посмотрел на побратима:

– Лин, я не втягивал ее в это. Да, она моя дочь. Да, я сделал для нее фальшивую метрику, бастард – это вечное клеймо.

– Ближе к услугам, – бросил Вальтер.

– Просто так подделать метрику нельзя – ее заверяют в храме, а храмовые печати несут в себе частичку силы Серой Богини. Мне пообещали метрику взамен будущей услуги. – Он смотрел перед собой. – Лин, я сразу поставил условие – услуга не должна нести вред правящему королю. Когда они пришли и попросили – мне стало смешно. Они могли напрямую прийти к тебе, и ты бы не отказал.

– Кто они и что просили? – холодно произнес Линнарт.

– Мора Лиовия Сфаррен-Дарвийская, та, которую не приняла Серая Богиня, и ее сын.

– Та, которую мой отец отправил в монастырь? – нахмурился король. – Она была его женой перед людьми, но Серая Богиня не даровала ей своего благословения. Тебя не смутило ее нахождение вне стен монастыря?

– Не смутило, – взъерошился Гилмор. – Ты не даешь мне договорить. Она и ее внебрачный сын прибыли по делам монастыря – они просили посодействовать выделению средств на реконструкцию храмов. Всех храмов. Понимаешь теперь? Я даже и подумать не мог, к чему это может привести!

– Я помню этот указ, – сощурился Линнарт. – Он стоил мне целой битвы с Советом министров. Чистая победа, ведь верховный жрец встал тогда на нашу с Гарретом сторону. И что дальше?

– Через полгода реконструкция завершилась, и Богиня перестала отвечать людям, – хрипло произнес Гилмор. – Я отправился в монастырь Пресветлой Эзары, но мать-настоятельница не позволила мне встретиться с морой Сфаррен-Дарвийской. Вместо этого меня заверили, что никого с письмом ко мне не посылали. И велели кланяться королю в ноги – жрецы привыкли обходиться своими силами, а тут такой королевский подарок. Вот и получилось, что в исчезновении Богини виноват только я.

– И ты промолчал, – горько произнес Линнарт.

– Я поклялся себе больше никогда не допускать таких оплошностей, – сверкнул глазами Гилмор. – И я был на аудиенции с верховным жрецом. Спрашивал его, не могли ли во время реконструкции что-либо повредить в храмах. Он только посмеялся и отправил меня вон. Я сделал все, что мог.

Маргарет прикусила губу:

– Очевидно, что позже жрец Аситор вспомнил об этом разговоре. Он ведь погиб во время поездки по храмам.

– А в той поездке он был вместе с Гарретом. – Линнарт с яростью взглянул на своего побратима. – Почему ты смолчал?!

– Я не связал Алую Ночь и смерть Аситора!

– Погодите, – Тамира отчаянно тряхнула головой, – что-то у меня цифры не сходятся. Алая Ночь была одиннадцать лет назад. А новый верховный появился лет семь назад. Как дерр Саддэн мог стать свидетелем смерти жреца Аситора?

– Нового верховного жреца назначает Богиня, – тихо сказала Маргарет. – Я помню, что отец вернулся сам не свой. И помню дни скорби по верховному. Затем жречество ждало знака от Богини. Только с кем мой король молился в подземелье?

– С верховным жрецом, – тонко улыбнулся Линнарт. – Почти. Как вы помните, верховный именуется Дарованным – Богиня дарует пастве верховного жреца. И в то же время она отмечает своим благословением еще одного жреца – Осиянного. И когда Дарованный отправляется в паломничество по отдаленным монастырям, его место занимает Осиянный. После смерти Дарованного Богиня меняет знаки, и появляется новый Осиянный, а прежний занимает верхнюю жреческую ступень.

– А я не знала, – честно призналась Тамира. – Но почему тогда Осиянного не выбрали?

– Даже не представляю, – так же честно ответил король. – Но семь лет назад верховным стал Дарвер.

А Маргарет незаметно стиснула ладонь Тамиры – сейчас вспомнят, что они лишние, и выставят за дверь. Вряд ли удастся подслушать!

Король меж тем вновь обратился к Гилмору, который не сводил взгляда со своей дочери:

– Хорошо, тогда с чего вдруг ты решил, что мне угрожает опасность? Сейчас моя смерть никому не выгодна – королевы нет, близких родственников нет, наследника, над которым можно установить регентство, – нет. Претендентов на престол аж пятеро, и все имеют равные права. Страна вспыхнет, как склад с боевыми зельями! Нет сейчас настолько сильного лидера, чтобы повести за собой людей. Нашими с тобой стараниями нет!

– Это очевидно, – не сдержалась Маргарет. – Моего отца убили из-за того, что он мог что-то знать об исчезновении Богини. Вероятно, это был заказ Дарвера. И сейчас эти Отборы, эти смерти и подставы – все что угодно, лишь бы