Любительский шпионаж - Дайре Грей

остановиться, чтобы сделать глубокий вдох и успокоиться. Все в порядке. В порядке. Ничего не случилось. Всего лишь закончился очередной роман. Ничего серьезного.

Комок в горле удалось проглотить. И даже сердце застучало ровнее. Неприятно. Да. Нужно было самой подумать, а не… Глупости. Ничего. Справлюсь.

В комнату я вошла уже с улыбкой.

— О чем ты хотел поговорить?

Против обыкновения Юстас не стоял на месте, а медленно ходил между окнами, но после моего вопроса остановился и указал на ближайшее кресло.

— Присаживайся, прошу.

Лицо оставалось серьезным, что сразу же навеяло не лучшие мысли.

— Что-то случилось?

— Нет, но… Мне нужно обсудить с тобой один важный и деликатный вопрос.

Я села и сжала подлокотник, пальцы заныли от недавнего напряжения. Не стоило швырять шар.

— Я тебя слушаю.

— За время твоего отсутствия, — начал Юстас, оставшись стоять, — у меня появились некоторые… планы. То есть… Я хотел сказать…

Сквозь шум крови в ушах и собственные мысли до меня начало медленно доходить, что я впервые вижу своего несостоявшегося мужа таким… неуверенным? Даже когда он узнал о беременности, вел себя значительно более решительно. Должно произойти что-то очень серьезное, чтобы он стал таким.

— У тебя проявились последствия после удара элементаля?

Внутри все похолодело от ужаса.

— Нет! — резко ответил Юстас, а потом выдал на одном дыхании: — Я люблю Клару и хочу на ней жениться!

Стало тихо. Даже слишком тихо. Настолько, что мне понадобилось время, чтобы осознать услышанное.

— Она согласна?

— Я еще не спрашивал… Я хотел… — Рассеянность быстро сменилась подозрительным взглядом. — Ты не удивлена.

Конечно, не удивлена. Только слепой не заметил бы, как их тянет друг другу!

Перед глазами встало лицо Вилли в бильярдной. «Мы ведь оба знали, что путешествие закончится».

Порой то, что очевидно одному, может оказаться сюрпризом для другого.

— Поэтому я и просила тебя позаботиться о Кларе и Аннабель перед отъездом. В письме.

— При чем тут письмо?! Позаботиться — это не значит жениться! И с чего ты вообще взяла, что…

— Элементали! — терпение кончилось. — Юстас, у тебя было больше месяца, чтобы разобраться в своих чувствах! Я думала, к моему возвращению, вы уже объяснитесь! Я даже подарила Кларе духи!

— Зачем?

Непонимание на его лице оказалось таким искренним, что объяснение пришлось сократить.

— Догадайся.

Под моим взглядом бывший агент разведки порозовел.

— Вообще-то я собираюсь дождаться свадьбы.

— Рождение дочери сделало тебя очень ответственным.

— Значит, на Клару ты не злишься? — вернулся мужчина к волнующей теме.

— Нет, — усилием воли удалось вернуться к нормальному тону. — Я даже дам ей приданое, чтобы она могла чувствовать себя независимо и свободно.

Он открыл рот, точно собираясь возразить, но вовремя понял, что спорить бесполезно.

— Хорошо, — слово больше напоминало шипение.

Вот все и обсудили.

— Поздравляю.

Мне хватило сил улыбнуться. Оставалось только встать и уйти, но прозвучал еще один вопрос:

— Думаешь, она согласится?

— С каких пор ты стал таким неуверенным?

Помнится, мне Юстас предложение делал, даже не сомневаясь в отказе. Ах, ну да…

Смотреть так, что слова не нужны, он тоже умел. В очередной раз извиняться за то, в какой форме был дан отказ, глупо. Да и особого раскаяния я до сих пор не ощущала. От нашего несостоявшегося брака всем только лучше. Ведь иначе герр Шенбек так или иначе встретил бы Клару, и тогда несчастными были бы все трое.

— Думаю, согласится. Ты просто не видишь, как она на тебя смотрит.

Добавить было нечего. Я встала и отправилась к выходу, остро ощущая взгляд в спину. Но больше ни вопросов, ни откровенностей не прозвучало.

Ноги сами понесли по известному маршруту. Миновать библиотеку, узкий коридор, спуститься вниз. Старая дверь лаборатории открылась без звука. За петлями ухаживали, а вот внутри…

— Какого элементаля ты здесь делаешь?!

Герхард стоял у доски в противоположном конце помещения и что-то чертил мелом. На мой вопрос он обернулся, ни капли не смущенный тем, что его застали.

— Мне нужно разобраться с тем, что произошло в Цитадели. Поможешь с рунескриптом?

Он отошел в сторону, демонстрируя символ. И все вдруг стало неважно.

За пределами лаборатории мир мог сгореть, обуглиться и возродиться, там шла война, гибли люди, взрывались машины, там оставались сомнения и вопросы. А здесь… Здесь только работа. То, что всегда поможет обо всем забыть.

— Конечно, помогу. Но ты сядешь и не будешь напрягаться.

Я закрыла дверь, пересекла комнату, заставленную столами, забрала у него мел. И поняла, что теперь действительно дома.

— Я так по тебе скучала.

Горло снова перехватило, но теперь иначе. Ведь нас обоих могло здесь не быть. Все могло закончиться ужасно. Никто бы не вернулся. И то, что все получилось, не только моя заслуга. Может быть, мне даже хватит сил не злиться на Вилли…

Герхард шагнул ближе и совершенно неожиданно обнял меня. Раньше он такого себе не позволял, но эти месяцы что-то изменили. Я уткнулась носом ему в грудь, снова чувствуя усталость и желание спрятаться.

— Расскажи, что там с тобой было.

— Тогда ты расскажешь о вашем путешествии.

— Это надолго.

— Нас тут не скоро будут искать.

Действительно. Кому придет в голову, что только-только очнувшийся герцог помчится в лабораторию? Только кому-то такому же одержимому. Например, мне.

Два года назад, когда я первый раз пришла сюда, даже не могла представить, чем все обернется. Мы оба хотели совершить открытие, а в итоге… обрели семью. И пусть в нас очень мало общей крови, ее оказалось достаточно…

Глава 34

Об объяснениях и предчувствиях

— …Сегодня его должны доставить.

Юстас отложил записку, присланную из управления разведки, и откинулся в кресле. В окно кабинета светило полуденное солнце, которое казалось уже не таким ярким и жарким, как раньше. После Изрилионы многое изменилось.

Из-за незаконного нарушения границы на неведомом транспортном средстве службы немного поругались о том, кто должен его найти и забрать для изучения. В итоге разведка надавила на факт того, что средство изобретено и собрано в другой стране, поэтому должно достаться им.

Герхард в соперничестве не участвовал, как не собирался помогать имперским инженерам с чертежами. Он обещал Монике сделать все, чтобы изобретение ее отца не стало оружием. Пока достаточно не принимать участие в изучении. Имея почти целый образец, инженеры со многим разберутся сами. А ему придется поговорить с Георгом и привести некоторые аргументы, чтобы сдержать развитие новой отрасли. Возможно, брат даже услышит…

— Хорошо. Что-нибудь еще сообщили?

Прошла уже неделя, как они вернулись. Достаточно, чтобы снова привыкнуть к особняку, но слишком