Как я съел ваши фаерболы - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Я просто прошагал сквозь них. Камень крошился об мои голени.

Моя рука легла на горло Демида и с хрустом впечатала его в стену, оторвав от пола. Гений архитектуры жалобно захрипел, суча ножками.

— А ты хорош, кирпичный мальчик, — миролюбиво похвалил я, разглядывая его побелевшую физиономию. — Ремонт делаешь быстро. Поедешь со мной. У меня дома как раз обои отклеились, а на бригаду таджиков бюджета нет.

— Он симпатичный, — Диана, смущенно зажмурившись, внезапно лизнула Демида в щеку, слизывая ошметок ауры. У парня глаза округлились ещё сильнее. — Яр, подаришь мне его?

— Как отстроит нам нормальное Логово, под стать Высшим Хищникам, забирай с потрохами. Сделаешь его своим штатным куни-мастером.

— Яр! — Диана залилась краской и стукнула меня кулаком по плечу. Я лишь бесстыже заржал.

Демид попытался вырваться. Кажется, идея стать куни-мастером ему не особо понравилась.

Мои глаза затопила абсолютная тьма. Я оскалился и впился зубами прямо в его ауру, в самый густой мана-поток на плече.

Хрусь.

Демид истошно закричал, но его глаза тут же закатились, он обмяк.

— Добро пожаловать в трудовое рабство, — я разжал пальцы и обратил его в туман. Ди, продолжая смущенно краснеть, втянула каменного мальчика в свой Черный Желудок.

Смысла торчать в Академии больше не было.

— Пакуй лопаты, Ди, — я обернулся к довольной Диане. — Рабочая смена окончена. Погнали домой, у нас намечается стройка.

— А как же уроки? — Ди надула губки. — Я, может, учиться хочу?

— Зачем? — лениво произнес я. — Школа, академка… это все для травоядных. Ничему там тебя хорошему не научат. Тебя выдрессируют, научат приносить тапочки по звонку. А вместо практики дадут кучу нудной теории. Оно тебе надо?

— Но корочка же! И статус! — Диана топнула ножкой. — И там весело!

— Мелкая, включи логику, — я подошел и щелкнул её по носу. Ди оскалилась и щелкнула клыками, попытавшись схватить мой палец. Но я был быстрее. — Нахрена тебе три года зубрить формулу огненного шара, высчитывать векторы и писать конспекты, если ты можешь просто подойти и откусить башку тому ботанику, который это уже выучил?

Диана замерла. В её голубых глазах начал крутиться мыслительный процесс.

— В этом мире мы не повара, сестренка, — усмехнулся я, похлопав себя по животу. — Мы приходим, когда блюдо уже готово, жрем его вместе с шеф-поваром и уходим. Так что бросай лопату, нам пора строить свой личный ресторан. Который будет принадлежать нам и только нам.

Ушки Дианы дернулись, и она хищно облизнулась. Кажется, аргумент засчитан.

Особняк Волковых

Я вошел в гостиную, разминая челюсть. Анжелика и Диана-Водяра сидели на диване, листая какой-то древний журнал мод, который они раскопали в шкафу. Обе были в новых платьях от Дианы-Волчары: живые лепестки тихо пульсировали, переливаясь в свете камина. Выглядели они… довольными. Словно уже почувствовали себя в роли Хозяек.

Хорошо. Будущие Волчицы осваиваются.

Ди вплыла следом за мной. Плюхнулась в кресло и задрала ноги на подлокотник:

— Давай, братик, выплевываем. Я хочу посмотреть на их лица.

— Сейчас, — я встал посреди комнаты. — Отойдите от центра, девчонки. Будет немножко… громко.

Я напряг диафрагму и смачно рыгнул. Ди повторила за мной.

Из наших ртов вырвался густой фиолетовый туман, сгустился в воздухе и с глухим шлепком обрушил на ковер два бессознательных тела. Демид Каменев, гений архитектуры, рухнул лицом в ворс. Рядом с ним, раскинув руки, приземлилась та самая огненная девица, сестра Анжелики. Оба были живы, целы, но явно не понимали, где они и что сейчас произошло.

— Знакомьтесь, — я небрежно ткнул пальцем в Архитектора. — Это Демид. Будет у нас за бригадира по ремонту нашей будущей Величественной Цитадели, которая внушит страх всем травоядным. А это… — я перевел взгляд на девицу, которая уже начала шевелиться, — а это, Анжелика, твоя младшенькая сестра или кузина. Кажется, она решила, что я тебя сожрал, и пришла мстить. Очень трогательно. Я ее тоже в жены беру.

Анжелика выронила журнал. Ее лицо стремительно прошло путь от шока до узнавания и обратно к шоку.

— Лиза⁈ — выдохнула она, вскакивая с дивана.

Огненно-металлическая девица, которую как выяснилось звали Лиза, с трудом приподнялась на локтях. Ее глаза сфокусировались на сестре. На ее живом, пульсирующем платье. На ее довольном, сытом лице.

Она ожидала увидеть измученную пленницу в цепях, а не светскую даму в платье от кутюр Бездны

— Анжела? — прохрипела Лиза. — Ты… ты жива? Он тебя не сожрал?

— Хуже, — сухо ответила Анжелика. — Он меня заставил варить борщ. Лучше бы сожрал, честно. Ты даже не представляешь, через что я прошла. У меня теперь мозоли на руках от половника. Набила, пока гоняла эту ушастую киллершу по кухне.

— Но… платье… ты выглядишь… — Лиза перевела ошалевший взгляд на Диану-Водяру, которая с интересом наблюдала за сценой. — Андреева? Вы все здесь… добровольно?

— Нет, не добровольно, — хмыкнула Водяра. — Но. Этот засранец, — она кивнула на меня, — конечно, тот еще кобель. Но платья у его сестры — просто бомба. И борщ у Анжелики реально вкусный. Так что мы как бы… в Стае.

Демид, который к этому моменту пришел в себя, сел на ковре и ошарашенно уставился на меня. Его губы дрожали:

— Ты… ты сожрал мою магию…

Кирпичный мальчик держится. Молодец. Кирпичи не начал производить прямо на месте, уже хорошо.

— И не только магию, кирпичный мальчик, — я ухмыльнулся. — Я сожрал твою свободу. Ты теперь в моей Стае. Будешь латать стены, класть плитку и делать ремонт. Без выходных, зарплаты и за еду. Но еда у нас хорошая, не переживай. И да, она теперь твоя Хозяйка, — я указал на Ди. Та смущенно заулыбалась и помахала Демиду ладошкой. — Её слово для тебя — Закон.

Архитектор открыл рот, но не издал ни звука. Его взгляд заметался между довольными невестами, пульсирующими платьями и мной, стоящим посреди всего этого с видом хозяина положения. Кажется, он только сейчас начал осознавать масштаб катастрофы.

— Кстати, — добавила Диана-Волчара, продолжая строить Демиду глазки, — если будешь хорошо работать, я тебе, так и быть, выращу жилетку. Из плюща. Он не кусается. Почти.

Демид икнул. Лиза перевела взгляд с меня на сестру, потом на Водяру, потом на Диану-Мелкую, которая довольно щурилась в кресле. И, кажется, приняла единственно верное решение: она просто села на ковер и закрыла лицо руками. Не плакала. Просто пыталась переварить реальность.

Я подошел к Анжелике, которая все еще стояла над сестрой с выражением сложной смеси радости, раздражения и смущения.

— Ну, — спросил я, — рада, что сеструху привел? Скажи ей, что-ли, пару ласковых.