"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

задремал на ходу и очнулся лишь налетев на порог маленькой, почти темной комнаты. Бледный отблеск рассвета едва проникал в неё сквозь узкие прорези окон и толщу листвы. Здесь ничего не было – кроме небольшого, но глубокого бассейна, обложенного мрамором. Он был восьмигранный – и из каждой грани выступал торец монолитного блока, словно отлитого из черного, блестящего стекла. Воздух здесь был словно пронизан электричеством – кожу покалывало и Лэйми невольно передернул плечами. Заметив это, Найана довольно кивнула.

– Ты чувствуешь?

– Да. А что это?

– В каждом из нас, Лэйми, скрыто больше, чем просто содержимое тела. Сейчас ты чувствуешь, как твоя внутренняя сущность ожила и ждет только пробуждения. Ты знаешь, что такое Врата Реальности?

– Э... нет.

– Они остались от Древних. Некоторые из них вели в другие миры, а некоторые – в глубь человеческой сути. Чтобы открыть их, нужны были ключи и единые с их сутью хранители – и всё равно Врата соглашались работать лишь в короткие сочетания времени суток, года и солнечной активности. Эти вот ворота оживают лишь на пару минут на рассвете, причем, только летом, и иногда – раз в десять или одиннадцать лет. Они разбудят в твоем теле то, что спит. Если ты войдешь в них, я проведу тебя дальше...

В глазах юноши отразилось чистейшее изумление. Он чувствовал, что именно хотела сказать ему жрица... но почему-то никак не мог вспомнить.

Найана с минуту выжидательно смотрела на него. Потом она велела ему сбросить всю одежду.

Лэйми мгновенно бросило в жар, руки отнялись – он с ужасом понял, что почти их и не чувствует. Найана подошла так близко, что он ощутил запах её волос, – слабый запах утренней свежести и чистоты.

– Тебе помочь? – насмешливо спросила она.

Лэйми дико смутился, потом вдруг решительно сбросил сандалии и ловко выскользнул из несложного одеяния.

Не обращая внимания на жаркое смущение юноши, Найана разделась сама. Её большие глаза живо блестели. Грудь девушки была высокой, живот – мускулистым и впалым. Тугие изгибы узкой поясницы и ровные ступни говорили о хорошей породе.

– Спускайся за мной, – попросила Найана. – Не спеши. И пока не ныряй.

Лэйми молча последовал за ней. Его сердце сладко замирало... но он тут же дико вскрикнул, погрузившись в ледяную воду до плеч. Под босыми ногами был только узкий бортик, а дальше колодец неведомой глубины.

– Видишь ли, – сказала Найана, – разбудить внутренние силы человека можно многими способами, но этот – наиболее быстрый и эффективный. Больно не будет.

Протянув руку, она взяла с бортика бассейна предмет, который Лэйми вначале принял за простой камень. Лишь сейчас он понял, что это овальный кусок фиолетово-темного металла, ограненный, словно бриллиант. Он не понял, что сделала Найана, но ключ – он уже знал, что это ключ, – в её руках вдруг... раскрылся. Он стал больше и между раздвинувшихся граней хлынул жидкий бело-зеленый свет. Ослепительно яркий, он пронизывал всё вокруг насквозь – Найана словно стала прозрачной. В голове зашумело, тело стало вдруг очень легким – Лэйми словно уносило куда-то...

– Бери меня за руки, – крикнула Найана, – и ныряем!

Лэйми бездумно подчинился. Их ладони сплелись вокруг ключа и жидкое пламя потекло по его коже – обжигающее, как лед, и холодное. Какая-то сила притянула его к девушке, пол ушел из-под ног – и Лэйми с головой погрузился во вдруг вспыхнувшую жидким огнем воду. Ему показалось, что внутри его тела – от пальцев рук до пальцев ног – пляшет молния.

Но боли действительно не было.

4.

Окруженный со всех сторон сиянием, Лэйми превратился в какой-то сгусток темной пустоты – и внезапно его залил жидкий свет, нестерпимо яркий и радостный. Он хлынул со всех сторон, подобно ревущему водопаду. Лэйми нисколько не был к этому готов, но всё же, почему-то не растерялся, хотя свет становился всё ярче, а рев усиливался. Его и Найану крутило всё сильнее, – а затем они выскользнули из своих тел, окунувшись в океан света, вспыхнувший за глазами. Лэйми казалось, что он расширяется, купаясь в его волнах. Его тело осталось где-то далеко, он почти перестал его ощущать, перестал быть тем, кем был до этого – маленькой точкой света, заточенной в плоти. Теперь он стал огромным кругом сознания, а его тело превратилось в маленькую точку, омываемую волнами света. Они пронизывали и изменяли её. Он словно взорвался и умирал, распадаясь на части – и повис вдруг в бесконечно просторной пустоте, пронизанной чистейшим белым сиянием. В ней плавало бесчисленное множество черных глыб – то крохотных, как камни, то громадных, как континенты и луны. Он сам стал такой неподвижной скалой, облаком света/темноты, превратился в чистое сознание и ощущал одновременно каждую точку этого безмерно огромного пространства, не прибегая к помощи привычных чувств. Это было совершенно непохоже на всё, что ему доводилось испытывать раньше, но длилось недолго – он снова провалился вниз, во тьму, лишенную даже проблеска света...

5.

Придя в себя, Лэйми понял, что побывал за порогом смерти. Нельзя было пережить ТАКОЕ – и уцелеть. И то, что он уцелел, – было ещё одно чудо.

Он не сразу понял, что лежит на постели в какой-то темной комнатке.

Ему лень было шевелиться, лень было даже думать, так было тепло и уютно. Он стал, конечно, самим собой после того, как окунулся в этот океан света, оказался в том удивительном месте, где все сознания – одно, но какая-то часть этого огня всё ещё жила в нем...

Когда он вышел в храмовый зал, в нем никого не было. Лэйми прошелся по комнатам, вновь заглянул в бассейн, полный воды. Ему хотелось снова окунуться в него, но он чувствовал себя удивительно легким, словно ненастоящим, и боялся, что холод воды вернет его к реальности. Ему нравилось чувствовать свет внутри себя и он бессознательно боялся, что тот погаснет.

Юноша быстро оделся, но замер перед запертой дверью, не решаясь распахнуть её. Там, снаружи, был уже день, и яркий солнечный свет заливал улицу, на которую выходил фасад храма. Обыденная суета людей и машин показалась ему вдруг подобной гнилому болоту – словно стоит ему ступить за порог, и она поглотит его, сделает всё случившееся простым сном...

Панет осторожно коснулся вздрогнувшего плеча юноши.

– Ступай домой, – тихо сказал он. – Ты отдал больше сил, чем