Инженер среди ходячих - Lex Nov

— Ясно, ясно! Всё передам! — он готов был поклясться чем угодно, лишь бы уйти.

— Тогда сваливайте. И прихватите свой хлам, — я кивнул на хрипящее тело на земле и на брошенные арбалеты. — Он вам ещё нужен, чтобы донести мои слова.

Они, не раздумывая, подхватили своего покалеченного товарища под мышки и, бросив оружие, потащили его прочь от этого места, быстро растворяясь в темноте леса.

Когда звук их бегства затих, ко мне подошла Лили. Она смотрела на меня не с осуждением, а с тяжёлым, глубоким разочарованием.

— Айзек… Ты и правда отдашь им резаки? — спросила она тихо. — Этим тварям? После всего, что они делают с женщинами? После того, что мы только что услышали?

Я повернулся к ней. Хандра, мрачное напряжение последних минут, начало отпускать, сменившись холодной, но ясной решимостью. Уголки моих губ дрогнули в усталой, но искренней усмешке.

— Лили, — сказал я так же тихо. — Через неделю нас здесь уже не будет.

Она замерла, её глаза расширились от понимания.

— Драться с полусотней бесполезно. Это не победа, это мясорубка, в которой мы все сгинем. Значит, остаётся один вариант. Мы уезжаем в Саванну, без разведки, без долгих сборов. Мы просто собираемся и едем. Забираем всё, что можем, оставляем всё лишнее.

Я обвёл взглядом остальных, вышедших из тени: Марка, Теодора, Кенни, бледного и понурого Бена.

— У нас есть два жилых фургона, грузовик и пикап. На это всё поместится. Даже внутренности станка. Каркас я соберу потом, на новом месте. Мы же всё равно собирались отсюда сваливать. Просто сроки… немного сдвинулись.

В лесу повисла тишина, но теперь она была наполнена не страхом, а сосредоточенной энергией. План, который зрел в моей голове с вечера, обрёл чёткие контуры.

— Возвращаемся в отель, — скомандовал я, уже разворачиваясь. — Подъём через четыре часа. Всем объясняем ситуацию. К утру мы должны быть готовы грузиться. Всё, что не можем взять — прячем или уничтожаем. Воды, еды, патронов — максимум. Остальное — балласт. Вопросы?

Вопросов не было.

Обратная дорога к отелю прошла в молчании. Бен шёл рядом, не поднимая головы. Говорить было нечего — всё и так висело в воздухе между нами тяжелее любого рюкзака. Конечно, можно было сейчас же устроить разнос, вручить ему «крепкого леща». Но какой в этом смысл? Только ещё больше вогнать его в ступор, заставить врать или замкнуться. Нет. Пусть ночь помаринуется в собственном страхе и стыде. Завтра утром, до общей суеты, я с ним поговоря. Спокойно и тихо, не как с Эдвином. Эдвин — учёный, его ошибка была в слепой вере в свой расчёт. Бен — просто испуганный парень, которого загнали в угол. С такими угрозы не работают. Вернее, работают ровно до того момента, как найдётся кто-то угрожающий сильнее. Бандиты это доказали на отлично.

Я уже подошёл к двери своей комнаты, рука потянулась к ручке, когда сзади раздался её голос:

— Айзек.

Я обернулся. Лили стояла в полумраке коридора. Она сняла куртку, и в простой футболке, с растрёпанными после леса волосами, выглядела уставшей, но... дружелюбной... Слишком дружелюбной.

— Ты сегодня... — она начала, делая маленький шаг вперёд. Её голос звучал тише, интимнее. — ты сегодня был жутким... и неотразим, так всё рассказывал... что даже меня пробирало.

Она улыбнулась, и в этой улыбке была не только усталая благодарность, но и лёгкий, неприкрытый интерес. Её взгляд скользнул по мне, задержался на лице.

— Спасибо, что заботишься о нас, — добавила она, уже почти шёпотом, сокращая дистанцию. — Я... я рада, что у нас ты.

Потом она посмотрела на дверь моей комнаты и наклонила голову набок.

— Можно... на минуту? Просто поговорить. Без всех этих дел... В такой тишине.

В её глазах читалось явное приглашение... Не только к разговору. Я почувствовал, как по спине пробежала смешанная волна усталости и... чего-то ещё, тёплого и давно забытого. Но реальность была упрямее.

Я тяжело вздохнул, не отводя взгляда, и медленно приоткрыл дверь в комнату. Свет из коридора упал внутрь, выхватив из темноты кровать. На ней, укутавшись в одеяло, спала Клементина.

Я показал взглядом на неё, потом снова посмотрел на Лили. Моё молчание было красноречивее любых слов.

Лицо Лили на миг дрогнуло. Лёгкая краска разочарования и досады проступила на щеках. Она отвела взгляд, потом кивнула, собираясь с мыслями.

— Да... конечно, — прошептала она, и её голос снова стал обычным, сдержанным. — Жал... Может у меня... Нет... в моей комнате отец. И тесно. В общем, в другой раз... спокойной ночи, Айзек. Завтра будет тяжёлый день.

— Спокойной ночи, Лили, — так же тихо ответил я.

Она развернулась и пошла к своей комнате, её шаги тихо затихли в коридоре. Я ещё секунду постоял на пороге, глядя в темноту, где она скрылась. Потом осторожно, чтобы не разбудить Клем, зашёл в комнату и прикрыл дверь.

Тишина. Только ровное дыхание ребёнка и тихий гул в собственных ушах от накопившейся усталости. Но сейчас была только эта комната, этот сон и тяжесть на плечах, которая медленно сменялась необходимостью хоть немного отключиться. Я скинул куртку, сел на пол у кровати, прислонившись спиной к стене, и закрыл глаза. Спать в кровати было нельзя — она была занята. Но и спать я пока не мог. В голове уже прокручивался список дел на утро, и от этого голова начинает пухнуть... Да и порой кошмары не дают нормально выспаться, а то что они будут сегодня, я в этом уверен.

Глава 32

Я резко дёрнулся, голова оторвалась от стола с глухим стуком. Рука уже потянулась к резаку, пальцы сжались на рукояти. Сердце колотилось где-то в горле. Потом выдох. Медленный, с дрожью. Просто кошмар. Опять.

Я сидел за столом, склонившись над разобранным узлом ИКС. Клементина ещё спала на кровати, укрывшись с головой. И я, похоже, сам того не заметив, вырубился прямо здесь, среди гаек и проводов. Снилось что-то бессвязное — вспышки плазмы, крики, которые невозможно разобрать. Обычная дрянь для