Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Какая жалость. Среди статуй было бы куда спокойнее.

– В таком случае, желаю тебе выйти замуж за ваятеля.

Отец, как всегда, постарался всё свести к шутке. Амнита вспомнила эту шутку сейчас, много лет спустя, и невесело усмехнулась. И ещё она вспомнила сон, который приснился ей вскоре после этого разговора. Сон, посланный ей богиней, – в этом Амнита но сомневалась. Она была в каком-то странном месте. Её окружали яркие цветы, диковинные звери, красивые смуглые люди, почти обнажённые, зато увешанные сверкающими дра­гоценностями. И совершенно неподвижные. Это были статуи. Здесь всё было сделано из камня, даже цветы. «Это всё тебе, Амнита, – сказал ей чей-то глубокий, мелодичный голос. «Амнита, Амнита, Амнита…» – гулко повторило эхо. Казалось, голос распался на несколько голосов – высоких и низких, звонких и приглушённых, разных, но похожих по тембру. Всё вокруг звенело от этих голосов, потом они слились в тихий звенящий шёпот. «Амнита, Амнита…» Статуи смотрели на неё и улыбались. Их неподвижные лица были красивы и ужасны. Больше всего Амнита боялась, что они оживут. И одна действительно ожила. Статуя гигантского зверя. Такие водились в пустыне на западе. Она двинулась к Амните, потом вдруг с грохотом взорвалась и стала стремительно менять очертания, превращаясь в мужскую фигуру. Амнита видела тёмную мускулистую грудь и сильные руки с длинными звериными когтями. «Амнита, Амнита… Амнита…» – хриплый, рокочущий шёпот переходил то в рычание, то в тихий, мелодичный голос, низкий, но необыкновенно нежный. Самый красивый голос, который ей когда-либо доводилось слышать. Когтистые руки тянулись к ней. Медленно, как бы нерешительно… Он давно уже мог её схватить. Почему он медлил? Амнита поняла, что он вовсе не хочет её растерзать. Он хочет чего-то другого. Она даже толком не поняла – чего, но ей стало очень страшно. Она кинулась прочь. Зверочеловек не проследовал её. Как будто знал, что она всё равно никуда от него не денется. Амнита бежала по каким-то залам и коридорам. Стены, потолки, колонны – всё сверкало и переливалось, всё было выложено драгоценными камнями. И везде стояли статуи, изваянные столь искусно, что казались живыми. Да они и были живыми. Вернее, могли ожить в любую минуту. Как только он захочет… Кто – он? Амнита не знала. Она лишь знала, что он здесь. Он везде, в каждом зале. Может быть, в каждой статуе… А она у него в плену. Амнита уже отчаялась найти выход из этого заколдованного дворца, когда очутилась в большом полутёмном зале. Тут не было ни колонн, ни статуй, лишь кое-где вспыхивали и гасли причудливые разноцветные кристаллы. Огромные – в человеческий рост и выше – они, казалось, росли прямо из пола. На гладких стенах плясали цветные блики, а между ними скользила какая-то тень, хотя в зале не было никого, кроме Амниты, а она стояла неподвижно. Эта тень приобретала очертания то человека, то пустынного зверя, то вунха, то гигантской птицы со страшным изогнутым клювом. В дальнем конце зала Амнита увидела дверной проём и кинулась туда. Ей хотелось убежать, спрятаться от этого загадочного повелителя теней и статуй, но он незримо преследовал её. Ей даже казалось, что она чувствует затылком и спиной его страстное, хриплое дыхание – «Амнита, Амнита…» Она бежала по длинному коридору. Здесь было темно, но где-то впереди мерцал голубовато-белый свет, похожий на блеск воды под луной. Вскоре этот сгусток серебристого сияния приобрёл форму человеческой фигуры, и Амнита увидела бегущую ей навстречу женщину. Волосы светлым пламенем развевались вокруг её узкого белого лица, тонкое, гибкое тело казалось сотканным из лунного света. Незнакомка спешила к Амните. Может, она хотела её защитить... Или сама чего-то испугалась? Она была уже совсем близко, и Амнита увидела её лицо – нежное и утончённое, с маленьким ртом и огромными глазами, сияющими, словно серебряные звёзды. Она была прекрасна, как богиня… «Да это же и есть богиня, – подумала Амнита. – Моя богиня! Она хочет защитить меня!» Амнита протянула руки к своей спасительнице и очень обрадовалась, увидев, что та сделала то же самое. Сейчас они встретятся! До чего же она красива, её лунная богиня! Наверное, её кожа нежнее лепестка хаммели и прохладна, как вода в роднике… Амнита с разбегу налетела на что-то жёсткое и гладкое. Она стояла ошеломлённая, упёршись ладонями в зеркало, а оттуда на неё смотрела прекрасная незнакомка. Смотрела так, словно пыталась и не могла что-то разглядеть. Она казалась растерянной, а в огромных серебряных глазах Амнита увидала такую тоску, что у неё сжалось сердце.

Прошло несколько лет, прежде чем она поняла, кто эта загадочная незнакомка. Теперь она часто являлась Амните. Стоило лишь подойти к зеркалу.

Все девушки мечтают быть красивыми, как будто это и есть самый прочный залог счастья. Амниту одинаково раздражали завистливые взгляды женщин и жадные взгляды мужчин. Она подолгу рассматривала портреты молодых родителей, сравнивала их с собой. Ничего общего с матерью и лишь отдалённое сходство с отцом. Откуда у неё эта красота? Дар богини? Странный дар. Холодная Арна презирает любовь. Она посылает людям призраки, цветистые зловещие сны, смущает души смертных иллюзиями…

– Иногда мне кажется, что ты не человек, – оказал как-то Амните один из её поклонников (она уже не помнила его имя). – Ты как призрак, который дразнит и ускользает.

– Разве я дразню тебя? – удивилась Амнита.

– Если бы только меня… Ты всех вокруг дразнишь одним своим присутствием. Чего ты хочешь, Амнита? Никто но может этого понять. Но, по-моему, ты и сама не понимаешь.

– Может быть, ты понимаешь? – спрашивала Амнита у незнакомки в зеркале.

А та смотрела на неё так, словно пыталась, но никак не могла что-то разглядеть.

«Ты всех вокруг дразнишь одним своим присутствием…» Это звучало как обвинение, причём совершенно несправедливое. Амнита никогда никому не навязывала своё общество. Напротив, она любила уединение. Но нельзя же всю жизнь проводить взаперти. Ей нравилось учиться. Ей льстило то, что она попала в школу второй ступени на три года раньше, чем её ровесники. Здесь она тоже училась лучше всех. Здесь её тоже окружала скрытая неприязнь, замешанная на зависти. Но с этим-то она ещё могла смириться. Хуже было другое. Когда это началось? Лет с двенадцати… Нет, раньше. Пожалуй, началом была история с Кертом. Ведь этот мерзавец не просто хотел её обидеть…

Намного опережая других детей в умственном развитии, физически Амнита развивалась ничуть не быстрее