Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

– А, да… Рад приветствовать моих верных слуг!

– Простолюдин Ду Рим приветствует ваше величество, – спокойно сказал Ду Рим, кланяясь как подобает.

– Ты не простолюдин, – уточнил Ючжитар. – Тебе была дарована наградная должность третьего ранга. Все встаньте! Командующий Ду, представь мне своих людей.

Ду Рим и остальные выпрямились. Первым был представлен как раз Хао Юнси; оказалось, что он был заместителем командующего, хотя из офицеров выглядел младше всех. Ючжитар тут же напомнил о турнире, Хао Юнси ответил, что польщён тем, что его величество помнит ничтожного. Ючжитар тут же выпалил, что дарует ему наградную должность Высшего пристава колесниц, после чего без подсказки одарил двоих оставшихся должностями Пристава колесниц и Высшего пристава конницы. На колесницах никто уже давно не воевал, но память у слов долгая, и колесничные приставы соответствовали двум степеням четвёртого ранга, в то время как пристав конницы – пятому.

Счастливые обладатели рангов поклонились, и Ду Рим поблагодарил за всех. Мне понравилось, как он держался – просто, но с достоинством, ничуть не робея в присутствии августейших особ. И пусть его благодарности недоставало цветистости, а произношению – чёткости, свойственной людям образованным, но это спокойное достоинство могло бы послужить образцом для иных, причисляющих себя к благородным.

Собственно, на этом аудиенцию можно было сворачивать, но Ючжитар не был бы самим собой, если б не забросал Ду Рима и Хао Юнси вопросами. Как они познакомились – оказалось, жили в одной деревне – как смогли победить степняков, как собрали войско. Командующий Ду отвечал обстоятельно, но не растекаясь мыслию по древу. Вопрос о сборе войска он, правда, деликатно обошёл, просто сказав, что организовал его в подражание императорской армии, деля на отряды и называя командиров так же, как в регулярных войсках. Как будто это так просто – взять свистнуть, и тут же сбежится толпа готового воевать народа, всего-то и делов, что правильно его организовать. Впрочем, я, отсылая официальное приглашение, особо оговорила, что за прежние грехи спрашивать не намерена. Зато о победах Ду Рим говорил с нескрываемым удовольствием. Местность в Лимису гористая, с конницей там не особо развернёшься, а вот местные жители эти горы знают как свои пять пальцев. А уж когда эти полупартизаны скоординировали свои действия с правительственными войсками, гонять степных варваров, по его словам, стало и вовсе легко и приятно.

Однако, подумала я, поджав губы. А вот о совместных действиях командующий Жэнь доложить как-то забыл. А потом ещё и потребовал казни для союзников. Молодец какой. Ну да чёрт с ним.

Между тем Хао Юнси что-то шепнул своему командиру, и тот быстро закруглил рассказ о войне, в его исполнении выглядевшей чередой приключений, что живо напомнило мне манеру рассказывать Руэ Чжиорга – оба явно делали поправку на возраст слушателя. Ючжитар был готов спрашивать дальше, но тут уже я шёпотом напомнила, что аудиенция не должна длиться весь день, и что побеседовать с гостем можно будет и завтра, в более приватной обстановке. Ючжитар с сожалением в голосе дал гостям позволение удалиться, те поклонились, и на этом официальная часть была кончена.

– Здорово! – сказал Ючжитар, когда мы вышли из зала Небесной Благосклонности. – Теперь Хао Юнси будет служить у нас!

– Если он согласится, – напомнила я.

– Он уже согласился. И я его сам попрошу! – блеснул последовательностью сын.

Приватный разговор с командующим Ду был нужен и мне самой, так что я, не откладывая дела в долгий ящик, назначила встречу на следующее утро. Если он и удивился желанию вдовствующей императрицы совместно полюбоваться хризантемами, то ничем этого не показал, когда поднялся со скамьи рядом с цветником и поклонился мне.

– Вставайте, – кивнула я, и сделала знак свите оставаться на месте. Мы вдвоём двинулись между разноцветных клумб. Ду Рим был ниже меня, как это не так уж редко бывало, и я поискала глазами какую-нибудь скамейку внутри цветника, решив не нервировать его ещё и разницей в росте. Он и так на меня косился довольно выразительно.

– Ваше величество, ничтожный должен поблагодарить вас за ребят, – вдруг сказал Ду Рим, когда мы прошли с десяток шагов.

– Хм?

– За ваше прощение для всех, кто был со мной.

– А, вы про амнистию? – я приостановилась и тронула лиловый цветок, возвышавшийся надо всеми прочими на клумбе. – Вы знаете, что кое-кто при дворе требовал вашей казни за то, что вы посмели взяться за оружие?

– Мы догадывались, ваше величество. Хао Юнси вообще был против того, чтобы мы ехали сюда. Говорил, что это может быть ловушкой.

– Вот как? Но вы всё же поехали?

– А куда нам было податься? – Ду Рим пожал плечами. – Разбежаться, как в прошлый раз, не получится. То есть всем не получится, про тех, кто командовал, всё равно узнают. Вот я и решил – ваше письмо, да с императорской печатью, это документ. Может, нас и казнят, но про остальных чёрными иероглифами по белой бумаге сказано, что им всё прощается. Ну, то есть, на жёлтом шёлке сказано.

Я глянула на командующего даже с большей симпатией, чем минуту назад. Сорвала понравившуюся мне хризантему, и мы двинулись дальше.

– Скажите, командующий Ду, как вы видите своё будущее?

– Будущее? – он недоумённо нахмурился. – Не знаю. Вернусь домой, наверное… Если всё-таки не казните.

– Если бы я хотела вас казнить, вы были б сейчас не здесь, а в подвале в цепях. Хорошо, а как своё будущее видят ваши люди?

– Ваше величество, – Ду Рим нахмурился ещё больше, – я человек простой. Всех этих придворных обычаев не знаю. Если государыня что-то от нас хочет – говорите прямо, умоляю вас.

– Хорошо, я буду говорить прямо. – Мы наконец дошли до беседки с лавочками, так что я вошла внутрь и села. Ду Рим остался стоять. – У нас с вами есть два пути. Первый: вы решаете вернуться домой. В этом случае вы распускаете своё войско, все они расходятся и опять становятся обычными крестьянами и горожанами. Никакого преследования за прошлое, как я и обещала, не будет, всё, что уже пожаловано, остаётся у вас: наградные должности и ранги, а с ними освобождение от налогов и всё прочее. Оружие, правда, вам всем придётся сдать, военную добычу вернуть, если найдут утаённое, поступят по всей строгости закона. И второй