Человек который чинил ВСЕЛЕННУЮ изолентой - Эльмира Шабурова

Тютя так тихо, словно боится разбудить саму пустоту за бортом. — Дежурная запись. Мы вышли из гравитационной тени Марса. Курс — пояс Койпера, конечная точка — Плутон. До цели семьдесят два часа субъективного времени.

Тютя тяжело вздыхает. Его лицо освещается тусклым синим светом огромного панорамного экрана навигации. На экране переливается трехмерная карта Млечного Пути.

— Юрий Алексеевич спит, — продолжает инспектор, нервно теребя завязки от подушки, которую он зачем-то притащил в кресло пилота. — ИИ-7000 переведен в режим ожидания. Я остался один на один с Бездной. После событий на Красной планете моя вера в технику пошатнулась. Автопилот хочет сэкономить топливо и ведет нас через сектор метеоритных дождей. Марс научил меня: иногда нужно довериться Космосу. Не математике, а Судьбе.

Тютя достает из кармана пижамы потрепанную колоду карт. Это обычные игральные карты с логотипом железной дороги «Москва-Владивосток». Затем он убирает их. Достает куриные кости, завернутые в фольгу. Убирает и их. Наконец, его взгляд падает на мерцающие россыпи звезд на радаре.

— Астрология! — осеняет его. — Древнейшая наука королей! Если соединить эту яркую точку… вот эту пульсирующую штуковину… и вон тот пролетающий мимо астероид… получается фигура Великого Водопроводчика! Значит, нам нужно повернуть вентиль гипердвигателя на сорок градусов влево!

Он решительно бьет пальцем по сенсорной панели. Корабль слегка вздрагивает.

— Так, что тут у нас еще? О! Созвездие Ориона! Но почему оно подписано «Доставка горячего питания»?

Тютя щурится, приближая изображение. Действительно, привычный силуэт охотника был обведен неоновой рамкой, а рядом мигала голографическая иконка дымящейся чашки.

«ЗАКАЖИ СЕГОДНЯ СКИДКА -20% НЕВЕРОЯТНЫЕ СОЗВЕЗДИЯ ВКУСА», — гласила бегущая строка под скоплением звезд.

— А это? — бормочет Тютя, переключая масштаб. — Гигантское газовое облако в секторе Гамма-Октант. Древние называли его Обителью Скорби. Какая скорбь?! Это же «Туманность Пельменя»! Логотип сети быстрого питания «Галактика-Самолепка»! Свежая сметана в подарок при заказе от пяти световых лет!

Инспектор входит в экстаз первооткрывателя. Его глаза горят нездоровым огнем. Он начинает прокладывать маршрут заново, игнорируя предупреждения системы о радиационных поясах.

— Великий Космический Компас говорит со мной! — восторженно пищит он в диктофон. — Вот здесь, возле скопления умирающих красных карликов… «Созвездие Шаурмы»! Идеальное место для дозаправки! А если мы сделаем крюк в три парсека вон туда, то пройдем мимо «Чёрной Дыры „Кофе с собой“»! Там дают бесплатный сироп и печеньку!

Тютя лихорадочно вводит координаты. Навигационная система жалобно попискивает:

«ОПАСНОСТЬ. ТРАЕКТОРИЯ ПРОХОДИТ ЧЕРЕЗ ЗОНУ АКТИВНОГО КОММЕРЧЕСКОГО СУДОХОДСТВА. РИСК СТОЛКНОВЕНИЯ С БАРЖЕЙ ДОСТАВКИ СУШИ — 98%».

— Ерунда! — машет рукой Тютя. — Баржа с сушами — это знак свыше! Рыба символизирует богатство! Мы обогатимся знаниями о Плутонском Льде! Включаю автопилот по мистическим точкам общепита. Вперед, к судьбе!

Именно в этот момент плавно отъезжает дверь капитанской каюты. На пороге стоит Юрий Гагарин.

На нем нет формы. Только тельняшка, тренировочные штаны и тапочки в виде волчьих морд. В руках он держит старую эмалированную кружку с чаем. Волосы космонавта стоят дыбом — классический пример «сонной невесомости».

Он молча подходит к Тюте. Смотрит на экран. Приподнимает одну бровь. Делает глоток чая.

— Тю-тя, — произносит он наконец своим самым спокойным голосом, способным остановить панику на тонущем «Титанике». — Почему наш курс выглядит как схема движения курьеров службы доставки пиццы в час пик?

— Юрий Алексеевич! — Тютя подпрыгивает в кресле, роняя на пол куриную косточку. — Я общаюсь со Вселенной! Она привела меня к истине через желудок! Самый безопасный путь пролегает там, где больше всего торговых точек. Там всегда чисто, патрульная полиция любит фастфуд и дежурит неподалеку, а гравитационные аномалии гасятся электромагнитными щитами рекламных вывесок! Это высшая логика бытия!

Юра смотрит на мигающую иконку «Черной Дыры Кофе». Рядом с ней мелким шрифтом было приписано: «Осторожно, затягивает вместе с купоном».

Космонавт ставит кружку на пульт (прямо на кнопку аварийного сброса давления, но чудом промахивается). Протягивает руку и нажимает большую красную физическую кнопку с надписью «НАВИГАЦИЯ: КЛАССИКА».

Экран мигает. Неоновые вывески ресторанов исчезают. Газовое облако снова становится просто пылью. Карта очищается от рекламы.

— Слушай, — говорит Гагарин, наклоняясь над плечом инспектора. От него пахнет зубным порошком и уверенностью в завтрашнем дне. — Ты сейчас пытаешься прочитать волю мироздания по чеку из столовой. Это похвально, но неэффективно. Видишь вот эту маленькую стрелочку в углу экрана?

Тютя всматривается. В самом углу проекции действительно дрожит крошечная, едва заметная фиолетовая стрелочка магнитного поля.

— Это… древний артефакт? Указатель судьбы?

— Это компас, Тютя, — терпеливо объясняет Юра. — Железяка реагирует на магнитный полюс планеты назначения. Ему плевать на рекламу шаурмы, черные дыры и твои гастрономические предпочтения. Он просто показывает, где север. Давай просто полетим туда, куда он указывает? По прямой. Как стрела.

Тютя медленно оседает в кресле. Его плечи опускаются. Зеленый свет монитора делает его лицо похожим на лик мученика науки.

— Вы отключили магию, — убитым голосом констатирует он. — Вы выключили чудо ради… железного гвоздика на веревочке.

— Ну почему же выключил? — Гагарин мягко улыбается, возвращаясь к своей кружке. Он садится во второе кресло, закидывает ногу на ногу и смотрит в черноту космоса, где теперь не было ничего, кроме настоящих, холодных и равнодушных звезд.

— Иногда, товарищ инспектор, самый простой физический закон — это и есть самое большое чудо, — говорит он тихо. — Подумай сам. Миллиарды тонн раскаленного газа висят в абсолютном вакууме миллиарды лет. Они складываются в узоры только потому, что работают законы термодинамики. Магнитная стрелка тянется к полюсу сквозь триллионы километров пустоты просто потому, что атомы внутри нее любят порядок. Разве это менее мистично, чем предсказание по кофейной гуще? То, что Вселенная вообще подчиняется правилам, которые можно записать на бумажке… по-моему, это самая страшная и прекрасная магия из всех возможных.

Тютя долго молчал. Он смотрел на простую фиолетовую стрелочку. Потом посмотрел на спящее лицо Гагарина.

Затем он глубоко вздохнул, вытащил из кармана пижамы куриные кости и аккуратно выбросил их в мусоросборник. Раздался тихий металлический звон.

— Запись… четыре-двенадцать-дробь-восемнадцать, — произнес Тютя изменившимся, очень усталым голосом. — Корректировка маршрута. Мы отказываемся от услуг космического туризма класса «Люкс». Никаких остановок у туманностей. Летим по приборам. Оказывается, здравый смысл — это единственный бог