Ада 2 - Гала Мрок

— Как… Откуда ты знаешь?

Он смотрит на меня, я — на него. Тону в омуте зелёных глаз, меня вихрем затягивает внутрь. Мир будто сузился только до его лица. До этих бесовских искр, первобытного манящего пламени.

— Нам пора, — хлопок в ладони, от которого я вздрагиваю. — Ещё немного — и контроль будет утерян…

Фредерик подходит к стойке с кожаной атрибутикой. Жду, не зная, что этому человеку пришло в голову. Может, он решил связать меня и сделать то, чем пригрозил, а может, просто подвесит на ошейнике и придушит… Кто знает, что в голове у маньяка-извращенца? Наконец он подходит ко мне:

— Повернись спиной, — приказным тоном он берёт за плечи и разворачивает.

Глаза погружаются во тьму — он затягивает на них плотную ткань.

— Зачем? — делаю попытку сопротивляться, но она тут же пресекается легким хлопком по рукам.

— Ты же хочешь увидеть брата? — мурлычет Фред.

— Да, но как мне в этом поможет тряпка на моих глазах? — вспыхиваю я.

Чувствую его теплое дыхание на щеке, его приятный аромат тела оседает на рецепторах: смесь дорогих духов, табака и алкоголя.

— Запомни: если тебя похитили и при передвижении по территории твои глаза не видят — значит, убивать тебя не планируют. В обратном случае тебе конец, — шепчет он, и я представляю, как он ухмыляется в этот момент.

— Спасибо, наконец-то полезная информация, — позволяю себе немного съязвить, раз меня убивать не планируют.

— Берись под руку, я отведу тебя к твоему возлюбленному, — Фредерик подставляет локоть. Быстро нащупываю его и покрепче сжимаю в радостном предвкушении встречи с Кайлом.

Он ведёт меня медленно, осторожно. Я напрягаю слух, пытаясь уловить хоть какой-то звук, который подскажет, где мы находимся. Но вокруг — лишь глухая тишина, нарушаемая нашими шагами и его ровным дыханием.

Наконец он останавливается. Слышу щелчок замка, затем — скрип открывающейся двери.

— Осторожно, порог, — предупреждает он.

Мы входим в помещение. Воздух здесь другой — более прохладный, с легким металлическим привкусом. Пахнет антисептиком и чем-то еще, неуловимо знакомым.

Фредерик замедляет шаг, затем останавливается окончательно.

— Где мы? — не выдерживаю я.

— Повязка тебе к лицу, — говорит он, и сбоку раздается звук лифта. — Ещё бы кляп в рот, чтобы не задавала много вопросов.

Я стискиваю зубы, сдерживая резкий ответ.

— Долго ещё?

Фред не отвечает. Слышу, как он делает шаг в сторону, затем — характерный щелчок, будто нажимает кнопку.

— Входи, — командует он, беря меня за локоть и мягко подталкивая вперёд.

Под ногами меняется покрытие: вместо гладкого пола — что-то металлическое, с рифленой поверхностью. Дверной проём, затем — едва ощутимая вибрация.

— Мы едем вниз?

— О, ты догадливая, — в его голосе звучит насмешка.

Лифт плавно замедляется. Снова щелчок, затем — тихий гул открывающихся дверей. Фредерик ведет меня дальше. Шаги отдаются эхом — похоже, мы в длинном коридоре.

Слышу приглушенные голоса вдалеке, ритмичное гудение какого-то оборудования, редкие сигналы приборов. Воздух становится прохладнее, пахнет стерильностью.

— Почти пришли, — сообщает Фредерик.

Он останавливается. Снова звук замка, щелчок двери. Меня осторожно заводят внутрь.

— Здесь сниму повязку, — предупреждает он. — Свет яркий. Береги глаза.

Киваю. Сердце колотится в нетерпении — вот-вот увижу Кайла.

Глава 5

Щурюсь от яркого света лампы. Белые стены усиливают свет, принося ощутимый дискомфорт зрению — кажется, будто глаза колет тысячей мелких иголок. Моргаю несколько раз, пытаясь привыкнуть.

Внутри стоит медицинская аппаратура: аппараты с мигающими индикаторами, стойки с флаконами и трубками, какой-то прибор с вращающимся барабаном и бегущей лентой с графиками. На одном из мониторов видны цифры — видимо, они отслеживают пульс и давление Кайла.

Кайл лежит на кушетке. От его тела тянутся проводки к приборам: электроды на груди, датчик на пальце, тонкая игла в вене, соединенная с капельницей.

Светловолосая девушка, склонившись над ним, закрывает мне обзор на его лицо. Она аккуратно протирает кожу возле иглы ватным тампоном.

— Сара, выйди, — раздаётся голос Фредерика позади меня.

Эта дрянь, которая накануне лупила меня по затылку, резко выпрямляется, оборачивается. В руке держит марлю и флакон с прозрачной жидкостью. Вулкан гнева в момент вскипает в моих внутренностях.

— Какого чёрта ты тут делаешь? — срываюсь я.

Она демонстративно медленно отбрасывает блондинистую прядь назад, вздергивает подбородок, делает ко мне два шага.

— Я выполняю свою работу, а вот что ты тут забыла? — отвечает она с холодной усмешкой.

— Пришла… — начинаю я, но Фредерик хлестко перебивает меня:

— Выйди вон! — приказывает Фред, без намека на компромисс.

Сара вздрагивает. Маска бравады слетает — и она, потупив взгляд, произносит голосом блеющей овцы:

— Простите, сэр.

Она быстро собирает инструменты, бросает на меня злобный взгляд и удаляется из палаты, бесшумно прикрывая за собой дверь.

Фредерик подходит ближе, встаёт рядом со мной у кушетки.

— Не трать себя и свое время на пустые стычки, — замечает он.

Стискиваю зубы, но киваю. Он прав: я слишком распыляю себя на ненужные эмоции.

Осторожно подхожу к кушетке, наконец-то вижу его лицо целиком. Кайл приоткрывает глаза — они мутные, затуманенные лекарствами, но он узнает меня.

— Сестра… — шепчет он едва слышно.

— Я здесь, — наклоняюсь ближе, осторожно беру его за руку. Пальцы холодные, но пульс под кожей бьётся ровно. — Всё будет хорошо. Я рядом.

Он пытается улыбнуться, но получается лишь слабый изгиб губ.

— Ты… пришла, — выдыхает он.

— Конечно, пришла, — шепчу я. — Стоило оставить тебя одного, как сразу к тебе прилипла барышня.

Фредерик наблюдает за нами, скрестив руки на груди. Его лицо остаётся непроницаемым. Он изучает нашу связь, оценивает её силу.

— Пять минут, — предупреждает он. — Используй их с умом. Я вернусь за тобой.

Он вразвалочку выходит из палаты. Дверь за ним закрывается с едва слышным щелчком.

— Как ты себя чувствуешь? — провожу по щеке Кайла.

— Чувствую себя так, будто меня сожрал мутант и я вышел через его заднее отверстие, — хрипло отвечает он.

Ухмыляюсь, не веря своим глазам, что он жив. Ведь когда его укусили, я похоронила нас обоих… А сейчас мы живы. Мой любимый человек передо мной. У меня снова есть смысл, чтобы жить. Наклоняюсь к нему,