Бастард Императора. Том 32 - Андрей Юрьевич Орлов

Никто не кричал от боли. На крики уже не осталось сил.

И в этот момент по земле прошла серебристая энергия. Твари замерли. Защитники тоже.

На лицах появилось неверие. Потом надежда.

Лартир выпрямился. Красные прожилки на его броне вспыхнули ярче, а с губ сорвался облегчённый выдох.

— Вот видите… — Он оглянулся на нас. — Сейчас Древо всё…

Лартир замер. Улыбка медленно сползла с лица. Серебряная энергия вошла в серое пятно на шее.

Пятно расползлось по коже, превращаясь в серебряно-серую сеть. Она прошла под подбородком, пересекла щёку и рванулась к глазу. Красные прожилки в доспехе почернели одна за другой.

Воин напротив меня медленно посмотрел на собственные пальцы. Они уже темнели…

Он поднял взгляд, и в нём не осталось страха. Только тоска Альва, который до последнего верил, что успеет дать своему народу нужное время.

— Уходите, друзья, — тихо произнёс Лартир, обращаясь и к нам. — Спасибо вам за то, что разделили это бремя с нашим народом, но дальше вам лучше спасаться…

Я дёрнулся вперёд и успел поставить печать за мгновение до его удара. Но и она не сработала.

Клинок, развёрнутый остриём к себе, одним резким движением вошёл между пластинами доспеха, прямо в сердце.

Красные прожилки вспыхнули в последний раз и погасли.

Я успел подхватить Лартира, не дав ему удариться о залитый кровью камень.

Прежде чем его взгляд потух, он тихо, едва слышно, с тяжестью и хрипами произнёс:

— Теперь… Я вижу… Ты… Отмечен… Древами… Не оставляй нас, император…

Из глаза когда-то моего боевого брата скатилась чёрная слеза. И взгляд окончательно остекленел.

Глава 4

Истинная причина?

Отмечен Древами.

Последние слова Лартира продолжали звучать в голове, заглушая даже рёв тварей, треск защитных формаций и далёкие удары корабельных орудий.

Древами. Не Древом.

До этого мгновения я считал, что моя связь касается всего одного. В крайнем случае — двух, если учитывать серебряное Древо на Ультиме и то, которое сейчас умирает передо мной. Однако слова Лартира указывают на множество.

Вопросов сразу стало больше.

Только вот ответы я сейчас вряд ли получу.

Я опустился на одно колено и провёл ладонью по лицу Лартира, закрывая ему глаза. Чёрная слеза, успевшая скатиться по щеке, размазалась по коже и оставила тонкий след. Красные прожилки в серебряных доспехах окончательно погасли, а пальцы, ещё недавно сжимавшие рукоять клинка, медленно разжались.

— Прости, — выдохнул я, хотя он уже не слышит.

Выпрямившись, поднял взгляд. Вокруг становилось всё больше тварей.

Они лезут через гору тел, спрыгивают с разрушенных переходов и выбираются из боковых улиц. Некоторые ещё сохраняют лица Альвов, другие успели превратиться в вытянутые чёрные силуэты с несколькими парами рук, загнутыми когтями и разорванными ртами. Зараза, нет, чума собирает плоть, перестраивает кости и использует каждую каплю поглощённой энергии, превращая собственных носителей в оружие.

Моя группа встретила новую волну единым рывком.

Я перевёл взгляд.

Высокий серебристый переход просел в центре, и по его прозрачным плитам уже бежали десятки заражённых. Через миг рядом с ним появился Ларн. Его клинок коснулся первой опоры, затем второй. Никакой вспышки. Никакого грохота техники. Только два точных разреза.

Арка сложилась внутрь себя, утаскивая тварей в провал.

Мы экономим энергию не из осторожности.

Ещё после прибытия на эту планету каждый из нас понял главное правило: чем больше силы используешь, тем быстрее растёт чума. Она поглощает ману, техники, разрушенные источники и остаточные следы печатей. Любой мощный удар убивает сотни заражённых, а затем кормит тех, кто находится дальше.

Именно поэтому Святые до сих пор не уничтожили кварталы и город вокруг.

Каждый из нас обладает достаточной силой, чтобы стереть всё это достаточно быстро. Вместе мы можем выжечь всё до горизонта. Только после такого удара зараза получит столько энергии, что следующая волна будет уже гораздо страшнее.

Я обернулся к Альвийскому кордону. Защитников почти не осталось.

Те, кто ещё держится на ногах, прекрасно понимая собственную участь, всё равно продолжают сражаться. Они рубят обращённых сородичей, удерживая щиты и прикрывая друг друга, заранее зная, что через несколько минут сами окажутся по другую сторону клинка.

Один седой Альв заметил серую жилу на запястье. Несколько мгновений он смотрел на неё, а ещё через мгновение молодой Альв уже одним ударом пронзил ему сердце.

Справа произошло то же самое.

Потом ещё раз. И ещё.

Зараза. Яд. Хворь.

Назвать её можно как угодно.

По сути перед нами находится энергетическая чума.

За четыре столетия в Ничто и за годы расследований до моего изгнания я так и не смог понять, как именно Альвы создали её и откуда получили исходный материал. Для чего они пошли на подобный риск, понять нетрудно. Им требовалось оружие, способное остановить противника, превосходившего их флотом, числом миров и запасом ресурсов.

Они искали силу, которая станет пожирать вражескую энергию.

И нашли.

Только эта сила не собирается различать врагов и создателей.

Позже, намного позже гибели этой планеты, мне удалось узнать ещё кое-что. Чума не представляет собой обычную болезнь. Её притянули из чужого измерения — оттуда, где обитают существа, способные занимать чужую плоть и вытеснять хозяина внутрь собственного тела.

И это самое страшное.

Души обращённых Альвов не исчезли. Они остались глубоко внутри. Всё ещё живые.

Они не могут управлять руками или чем-либо ещё. Только видеть.

Видеть, как их тела рвут детей, убивают друзей, пожирают энергию родных и превращают улицы в пиршество тварей, что ещё совсем недавно обитали в другом месте.

Каждая тварь вокруг одновременно является убийцей и пленником.

Тогда, в том прошлом, ещё на этой планете, я понял это и всё равно уничтожил всё вокруг. Потому что другого способа остановить распространение чумы так и не нашёл.

И у меня просто не осталось выбора. Иначе Альвы вновь сотворили бы непоправимое.

Высоко в космосе уже собрались две флотилии.

Имперские корабли, на которых наша делегация прибыла к Альвам, и Альвийский флот. В космосе также начнётся война на уничтожение.

Альвийские корабли попытаются прорвать блокаду, и имперцы ответят. После первого залпа никто уже не станет разбираться, кто защищал заражённых, а кто спасал галактику.

И также частично и из-за этого мне и пришлось поставить точку в этом противостоянии. Чтобы не было ещё большего видового и космического конфликта.

Уничтожить Древо. Оборвать цикл планеты. Лишить жизни каждого, кто ещё