Кавитри - Аман Дж. Беди

Кави отбила удар меча, вонзила свой под мышку нападавшему. Она должна была догадаться. Так много вопросов можно было задать… Масса был не просто друг. Он был азир, такой же, как она. И теперь умирал.

Меч взвыл от горя. Она сбила с ног нового копейщика, одним ударом рассекла ему шею. Слезы затуманили глаза, хлынули по щекам. И Кави закричала, выплескивая свою боль туда, где будущие трупы смешались с живыми мертвецами.

– Стоять! – велела она рванувшемуся вперед рааянцу. Они уже оттеснили врага назад, к дальнему краю парка. И пересекли радиус поражения – дальше идти было нельзя. Восставшие, словно уловив ее мысли, резко остановились. Закатили налитые кровью глаза и рухнули на месте, как марионетки с отрезанными нитками.

На новую атаку у крельцев сил не было. Все кончилось. Батальону тэму оставалось только дождаться сигнала к отходу.

– Стоять на месте! – повторила Кави и бросилась туда, где остался Масса.

Он неподвижно лежал на спине, головой на коленях у Салоры, и глядел в небо пустыми глазницами. Целитель с корзиной мангустов проверял у него пульс.

Салора осторожно погладила его лысеющую голову. Подняла взгляд на Кави, грустно улыбнулась.

– Он сам выбрал, как уйти.

Меч сочувственно дрогнул. Кави устало опустилась на колени, отрешенно глядя перед собой.

– Почему?

– Такова его плата, – сказала артефактор, – всякий раз, заглядывая за грань или… – она повела взглядом по горам трупов, – возвращая душу из мира мертвых, он видел ту сторону. И оставлял там частичку себя.

Ту сторону? То есть Бездну?

– Это проклятие некромантов. Чем больше они колдуют, тем больше видят… там.

Салора поджала дрогнувшие губы, но слезы все равно поползли по щекам.

– И в конце концов сам Раэт приходит забрать у них глаза.

– Вы давно знаете… кто он? – спросила Кави, сжимая ладонь Массы. Холодную. Такую холодную…

– Давно, с самого начала. – Салора вынула у него из нагрудного кармана портсигар и магическую зажигалку. – Уже почти семь лет.

Кави кивнула. Значит, он и впрямь сам выбрал, как уйти. И вдобавок спас город.

– Вот, – артефактор протянула ей портсигар, – он просил передать тебе.

– Я не курю, – возразила Кави, но взяла.

– Он так хотел, – пожала плечами Салора.

Кави закусила губу, утерла рукавом хлюпающий нос.

– А Битун знал?

– Нет, он…

– Акка! – крикнули с передней линии.

Она тревожно глянула на Салору.

– Ступай, – кивнула та.

Кави помчалась туда, лавируя между щупальцами уже неподвижных трупов. Ее встретили, провели к Элисай. Соратница указывала на крельский строй.

Он расступился, и в центр парка вышла женщина. Боевой маг в рааянских доспехах. Вскинув руку с белым носовым платком на запястье, она спокойно пошла вперед, обходя мертвецов.

Кровь бросилась в лицо Кави.

Зеаан.

– Они что, сдаются? – спросила Элисай.

– Стой здесь, – велела Кави и шагнула навстречу магичке.

– Нет, – Элисай поймала ее за локоть, дернула назад. – Слишком опасно!

– Пусти! – рявкнула Кави, не отводя глаз от Зеаан. Та с легким любопытством разглядывала мертвые тела со щупальцами, разбросанные по парку.

– Акка, не ходи! – взмолилась Элисай, не отпуская ее руку. – Позволь мне!

Кави тяжело, часто дышала, воздух жег гортань.

Зеаан. Это все на ее совести. И долгий плен во тьме, и страх, и боль, и Джарард с его ножами, кусачками и пилами. Кави скрипнула зубами, с силой разжала челюсти, но тут же снова стиснула. Если б не Зеаан, Хессаль осталась бы жива.

– Элисай…

– Акка, ну разве я не права?

Кави повернулась к ней лицом. Вздохнула, чтобы голос не выдал напряжения. Элисай просто не понимает, и это не ее вина.

– Помнишь, ты просила довериться тебе и не причинять зла Салоре?

Элисай моргнула и чуть ослабила хватку.

– Теперь мой черед просить. Доверься мне. Я должна поговорить с ней. Должна узнать, она ли меня предала.

– Я всегда верила тебе, акка, но…

– Ничего не случится, вы же все меня прикрываете. Мы просто поговорим.

Элисай тяжко вздохнула и нехотя разжала пальцы.

Кави двинулась вперед, к вражескому строю. На середине пути остановилась: пусть магичка подходит.

Та опустила руку с обвязанным запястьем. Присела возле трупа, приподняла щупальце, повертела туда-сюда. Наглядевшись, отбросила, вытерла пальцы о рукав мертвеца и поднялась на ноги. Пошла дальше, спокойно и бесстрастно глядя на кучку израненных, обессиленных людей – остатки батальона тэму.

– Почему, Зеаан? – крикнула Кави, когда магичка уже могла ее услышать.

Та молча свела брови. И продолжала идти, пока не приблизилась на расстояние вытянутой руки.

– Почему вы меня предали? – снова спросила Кави.

– Я так и знала, что это ты, – неторопливо проговорила Зеаан. – Тэму, самый настоящий мастер меча, ведет отряд простых горожан… Нетрудно было догадаться.

– Зеаан…

– Я здесь ни при чем, – бросила она. – Несколько месяцев назад один целитель из Бохана сообщил, что в Азраайю направляется азир из народа тэму.

Кави вздрогнула.

– Целитель?

Целитель? Тот самый, которого Битун вызвал тогда в больницу? Этот жалкий мошенник?

Магичка подняла взгляд, устремила его мимо Кави. На ряды ее соратников, стоявших с мечами наголо.

И шагнула еще ближе.

Кави напряглась, крепче стиснула рукоять.

– Почему… когда вы перешли на их сторону?

Зеаан взглянула Кави в лицо.

– Помнишь, что я говорила о мечте?

Каждый, кто встанет на твоем пути к мечте, – враг. Если он не дает пройти, оттолкни, не раздумывая.

Кави поджала губы.

– Всю жизнь я пыталась вырваться из этой проклятой страны, – с горечью сказала Зеаан. – Думала, это со мной что-то не так, раз я одна вижу раздробленность здешнего общества, помешанного на величии Республики. Вижу костяк традиций, на котором оно держится: внизу нищета и безысходность, наверху порок и алчность. А посередине – равнодушие.

Я пыталась отыскать людей, – ее взгляд слегка затуманился, – которые тоже не принадлежали ни к одному из этих слоев. Но никто из тех, с кем я говорила, меня не понимал. Их душила собственная закоснелость и отравляло богатство, их слепила… – Магичка брезгливо поморщилась. – Словом, я просто не могла больше находиться среди них. Купила билет, собрала вещи, но за неделю до отъезда меня вынудили пройти испытания в Вэйголе. А уж потом, – у нее на скулах заходили желваки, – когда выяснилось, что я боевой маг, мне просто не позволили уехать. Ты владеешь магией, сказали мне, значит, должна служить Республике. Я поняла: маги Вэйголы не выпустят меня отсюда. И я всю жизнь буду служить людям, которых ненавижу.

Мне было некуда деваться, некого просить о помощи. Тогда я связалась с крельцами, и