Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

с каких пор ты работаешь телохранителем? — щека, рассечённая шрамом, непроизвольно дёрнулась. Стоял бы Хакет тут прямо сейчас — страж свернул бы ему шею. Свою-то жену он охраной обеспечил, а Ноат решил отдать на заклание⁈

— Айн, ну ты чего? — кажется, до занесённой начало доходить его внутреннее состояние. — Вот куда я с этим денусь? — она продемонстрировала браслет с заклинанием слежения. — Ты всегда будешь знать, где я.

Хэлмираш постарался объяснить, что ни один её артефакт не является гарантией, специально делал это медленно, контролируя голос. И всё равно вызвал прямое возмущение:

— И ты считаешь правильным, что Ани запросто могут похитить с этого зоргового приёма, чтобы спекулировать потом статусом золотой⁈

— Похитить кого-либо с того приёма будет очень непросто, иначе зачем я в этом Харашевом доспехе парюсь! — всё-таки сорвался Хэлмираш, не сдержавшись, но к жене так и не повернулся, продолжая сверлить пылающим взглядом стену. Он не хотел ссориться. Никогда не хотел. Но и согласиться с Ноат сейчас просто не мог.

За спиной послышался сдавленный выдох. Не он один пытался взять под контроль эмоции, чтобы не переводить напряжённый разговор в скандал. Горячая голова упёрлась в его обнажённую спину между лопаток. А раньше так делать рога не позволяли, промелькнула невольная мысль.

— Ты не можешь оградить всех от всего, — тихо, но уверенно сказала Ноат.

— Я могу просто не доставать для тебя это кшорово приглашение, — голос немного захрипел, но в целом страж сумел взять себя в руки.

— Не можешь, — Ноат качнула головой.

Она пообещала. Дала слово. Хэлмираш и сам ценил и уважал в ней такое качество, как верность. Людям, убеждениям, словам. Он действительно мог ей помешать. Не доставать приглашение. Но она дала слово, а, значит, остановить страж её не сможет, как ни уговаривай. Занесённая всё равно проберётся на этот приём, только на этот раз уже без его контроля. С тяжёлым сердцем Хэлмираш был вынужден признать, что лучше уж он сам всё проконтролирует, чем она сунется туда без подготовки. И… да, одна кровожадная мысль тут же зародилась в голове. Хочет лезть в большую политику? Тогда пускай подготовится!

Не можешь пресечь — возглавь, — пронеслась мысль в голове.

Хэлмираш развернулся, обнял, прижал к себе жену, кладя подбородок ей на голову.

— И что тебя тянет в самое пекло?..

Ноат пришлось согласиться на его условия: штат стражей, этикет, экзамен на владение магией в боевых условиях. Занесённая улыбнулась, добившись своего, а вот для Хэлмираша больше не было понятия «спокойный сон». Все мысли так или иначе уходили к тому, как оградить Ноат от того, что он даже предсказать не может?

В связи со сложившейся ситуацией следующим же вечером явился в домик к Дармину. Со стуком поставил перед вопросительно смотрящим тренером бутылку элитной настойки.

— О, это за все мои страдания? — с усмешкой спросил Дармин, пододвигая к себе стоящий там же на столике пустой бокал. — Если что, посуда всё там же, — напомнил стражу, но тот предсказуемо отрицательно покачал головой. — Ну так что тебя гложет, дружище? — проницательно уточнил, сделав глоток подарочного алкоголя.

— Жена собралась на приём делегации алларов. В самое пекло, — глухо проговорил Хэлмираш. Дармин присвистнул. — Мне нужно натренировать Ноат. Чтобы она в свои порталы могла уходить в любой обстановке. Чтобы использовала их как защиту, — сел на диван рядом с другом, устало откинулся на спинку.

— И в чём проблема? — приподнял брови лысый.

— Нужен достаточно жёсткий оракул, чтобы мог предсказывать, где она появится, и бить туда.

— Ой, не хотел бы я быть объектом твоей большой и чистой любви, — хмыкнул Дармин. — Никакого здоровья ж не хватит. Вечно ты её как-нибудь побольнее ударить стремишься.

— Чтобы училась. Наш мир — не самое доброе место, — жёстко отрезал Хэмираш.

— Но у неё же есть ты, не перегибаешь палку? Просто будь рядом, этого будет достаточно, — вдруг серьёзно проговорил тренер.

— Меня можно убить. Задержать, обмануть, — покачал головой страж. — Она должна быть защищена и без меня.

Дармин вздохнул.

— Ты псих, Хэл. Ну да ладно, — тренер отставил бокал, развернулся и прямо посмотрел на друга. — Учти, только из-за моего глубокого уважения к твоей дражайшей персоне. Я согласен.

Страж сощурился.

— Ты не оракул.

— Да что ты, а то я не знал, — коварно усмехнулся лысый. — Ну, давай, перенесись куда-нибудь в пределах комнаты.

Хэлмираш молча исчез, возникая вновь слева от дивана. А тут же отмахнулся от летящего в него небольшого огненного сгустка.

— Доволен? — хохотнул Дармин, видя ошарашенное лицо друга. — Вот это ждёт твою даму сердца. Всё ещё хочешь ей тренера оракула?

— Нет, ты прекрасно подойдёшь, — Хэлмираш смеха лысого не поддержал, но кивнул удовлетворённо. Однако от вопроса не удержался. — Но как?

— Давно живу, — пожал плечами Дармин. Других объяснений он давать не стал, а страж и не настаивал. — Завтра начинать?

— Нет, немного подождём, — Хэлмираш знал, что занесённая только привыкает к работе, не хотел её сразу же нагружать.

Но лишь до того момента, как весь день провёл на изжоге, мечась за ней по материку и всегда опаздывая, потому что приёмы и официальные выступления у принцессы никто не отменял, возможности перемещаться сразу же, как только поступал сигнал от браслета, не было. А Ноат не сидела на месте больше пары часов. Уже после работы, заявившись домой, Хэлмираш изменил свое мнение о тренировках после слов, что его супругу чуть не убил Маалар лично.

— Угораздило же жениться, — пробормотал страж, качая головой. И отдал Ноат Дармину на заклание.

Между тем ещё необходимо было зарегистрировать приглашение и саму Ноат в качестве стража. А потому на следующий день Хэлмираш явился к судье с официальным запросом, почти безостановочно прокручивая в голове, как бы ещё её оградить от возможных опасностей, которые она обязательно найдёт на свою… нерогатую голову.

Какой-то частью разума страж хотел, чтобы Тальян отказал ему, чтобы не разрешил присутствия Ноат. Но нет, судья был только рад тому, что столь интересный магический экземпляр окажется в его непосредственных владениях. Однако, когда Хэлмираш хотел уже уйти с подписанными бумагами, судья его остановил.

— Ты же понимаешь, что все твои стремления как можно сильнее оградить супругу являются проявлением