Королева - вдова. Книга 1 - Юлия Цыпленкова

ввела ежевечернее чтение вслух. И пока одна из фрейлин читала, другая наигрывала на линне — пятиструнном музыкальном инструменте, который, как считалось издревле, был создан именно северными музыкантами, и потому при Дворе не уметь играть на нем считалось едва ли ни позором. Да и не только при Дворе. Королева тоже умела, но предпочитала больше слушать, особенно в последнее время, потому что расслаблялась и отдыхала под его звуки.

Так было и сегодня, однако настроение Лании было меланхоличным, хоть и поводов для этого особо не имелось… наверное. Дела со сватовством шли неплохо. На сегодняшнем Совете Лания утвердила договор, который наконец подготовили для Восточного королевства, но он еще ждал своего времени. Предъявлять его было пока рано, потому что сейчас послы продолжали устраивать счастье младшей герцогини Тридидской.

Вместо договора в Восточное королевство отправлялся всего один человек, но какой! Его сиятельство граф Арсис Тофель! Его Лании присоветовали ее дамы. Они не знали, зачем королеве требуется болтун, способный убедить даже камень источать воду, как говорили в народе. Попросту ответили на ее вопрос и сошлись на еще молодом неказистом с виду придворном, который захватывал всеобщее внимание, где бы ни появился.

Лания знала его и тоже смеялась над остроумными и легкими шутками, потому согласилась с дамами. После поговорила с принцем, с отцом и Радкисом. Все в один голос подтвердили, что лучшего «зазывалу» не сыскать. Сам граф уже знал, что ему предстоит и сгорал в предвкушении. Ему затея понравилась. Впрочем, в Тофеле королева не сомневалась.

Работа над тем, что желало получить Северное королевство за Эдилию Тридид, была непростой. Можно было придумать разное, но за пятьсот лет, прошедшие со времени распада Гантара, четыре королевства успели заключить не один договор и получить друг от друга почти всё, что желали. Лишь то, чем хозяевам делиться не хотелось, оставалось недостижимым для соседей. И теперь пришлось искать, что можно было выцарапать у Востока. И северяне нашли. Впрочем, многое зависело и от заинтересованности Валигаров в браке северянки с варгензийским принцем крови, и от красноречия Арсиса Тофеля и дипломатов, и от Ранала Виллена с его пикантной задачей.

Неожиданно линн замолчал, а следом и чтица, зашуршала ткань платьев, скрипнул чей-то стул. В гостиную вошел тот, кто прервал уютный вечер королевы одним своим появлением. Кого невозможно было не замечать, и дамы присели в реверансе, приветствуя гостя лазоревой гостиной… или ее хозяина. Это всё еще оставалось неизвестным.

Лания, сидевшая перед разожженным камином, не обернулась и не встала. Она была единственной дамой, которая могла даже не задумываться об этикете. Королева слушала приближающиеся шаги, после подняла руку и велела:

— Продолжайте. Доброго вечера, братец.

— Доброго вечера, Ваше Величество, — поклонившись, улыбнулся принц. — Узнали мои шаги?

Снова зашуршала ткань, заиграл линн, и чтица вернулась к прерванному чтению.

— Нет, — ответила деверю Лания.

— Но не глаза же у вас на затылке! Или все-таки есть? — полюбопытствовал Канлин и отклонился, чтобы посмотреть на затылок невестки.

— У меня нет глаз на затылке, — подтвердила его выводы королева, — но есть уши на положенном месте. Кроме меня во дворце есть только один человек, ради кого королевская свита, прекратив свои занятия, встанет, чтобы приветствовать. И еще, — она бросила на деверя взгляд искоса, — никто, кроме вас, не посмеет войти без доклада, кроме разве моих покоев. Но мы не в покоях.

— Разумно, — усмехнулся Его Высочество. — В наблюдательности и умении делать выводы вам не откажешь. Но позвольте и мне огласить мои наблюдения.

— Извольте, — пожала плечами Лания.

Отставив ногу вперед, Канлин сжал пальцами подбородок, демонстративно задумался, но уже через минуту перестал рисоваться и, склонив голову к плечу, хмыкнул.

— Хм… Вы лишь один раз скосили на меня взгляд, всё остальное время смотрите в огонь. Но точно не размышляете. Расслаблены, однако еще ни разу не улыбнулись и на мою игру равнодушно пожали плечами, на дав бойкого ответа, как обычно. А раз вы не размышляете, то… грустите?

— Скорей нахожусь в меланхолии, — ответила Лания и все-таки рассеянно улыбнулась. — За окном сумерки, дождь стучит в окно, и на душе моей пустота.

Принц, которому королева всё еще не предложила устроиться в кресле, присел на корточки и взглянул на невестку снизу вверх.

— Меланхолия? Сестрица, отчего вы не сказали о своем настроении? Я знаю более примечательные места, чем эта гостиная. Прикажите, и я велю заложить карету, а после покажу вам иное зрелище. Возможно, оно увлечет вас больше, чем огонь в камине.

Королева вновь рассеянно улыбнулась и отрицательно покачала головой, а после ответила:

— Я запомнила ваше обещание, братец, однажды вы его исполните. Но сейчас я никуда не желаю ехать. Хочу посидеть так, глядя в огонь, и слушать своих фрейлин.

— Я вам мешаю? — распрямившись, с улыбкой спросил Канлин. — Хотите, чтобы я поскорей оставил вас и убрался восвояси?

Лания усмехнулась и посмотрела на принца.

— Всё же вы мнительны, Ваше Высочество, — ответила она. — Я ведь не сказала, что хочу побыть в одиночестве, только отказалась покидать теплую и уютную гостиную. Вы можете присоединиться ко мне и посмотреть на огонь, если более интересного занятия у вас на этот вечер нет. Присаживайтесь.

— С удовольствием, — склонил голову Канлин.

Он придвинул кресло, устроился в нем и устремил взгляд в жаркую сердцевину пламени. За спинами королевы и наследника продолжал играть линн, только голос чтицы сменился. Прежняя, устав, передала книгу другой фрейлине, не желая раздражать королевских особ хриплыми звуками. Это тоже было привычным. Ее Величество сама установила это правило, чтобы чтение не превратилось в ненавистную обязанность.

— Хорошо, — произнес Канлин. — Спокойно на душе. С вами мне всегда уютно.

Лания едва приметно улыбнулась и попросила:

— Окажите любезность, братец, поворошите поленья.

— Как пожелаете, сестрица, — с готовностью кивнул Его Высочество и покинул кресло.

Королева смотрела ему в спину и думала, что надо о чем-нибудь поговорить. О делах не хотелось, этих разговоров ей хватало в течение дня. Вести пустую болтовню не хотелось тем более. Она бы и вовсе помолчала, но правила хорошего тона требовали развлечь гостя, даже если он и был незваным.

— Что привело вас ко мне, Ваше Высочество? — полюбопытствовала Лания.

Канлин, отложив кочергу, распрямился и обернулся к королеве. Он с минуту смотрел на нее, не спеша ответить, после вернулся в кресло,