Леди Горничная - Илона Волынская

– Кузина? – встревоженно повторил Улаф. – Вас что-то… напугало? Э-э, я хотел сказать – обеспокоило?

– Нет, – также хрипло выдавила я. – Меня ничего… не обеспокоило.

Потому что оно меня пугало! Это место! До пересохшего горла, до дрожи в коленках!

Место, где пятнадцать лет назад мне должны были сшить свадебное платье.

– Если с этой лавкой что-то не так, может, не стоит туда ходить? – встревоженно спросил Улаф.

– Все в порядке, – я выдохнула, расправила плечи и сделала шаг. – Вы купите пока сыра… для Ка Хонга…

– Вы хотите идти… одна?

Нет! Не хочу! Я тебя с собой потащила, чтоб не идти туда одна! Но… надо бороться с юношескими страхами.

– Почему бы и нет? – голос у меня сейчас как высококачественный зомби – оживленный, но не живой. – Хватит мне уже испытывать ваше терпение модистками, дорогой кузен! Здесь или есть для меня платье, или… В любом случае, я быстро! – я нажала на дверную ручку так резко, что колокольчик зашел истошным звоном, и почти прыгнула внутрь.

В конце концов, не засунут же меня тут в свадебное платье вместо траурного.

И первое, что я увидела, шагнув внутрь… было свадебное платье на манекене, сиявшее в царящем внутри полумраке как снег зимней ночью.

Глава 41

Белое платье для свадьбы

– Да, это оно, – прошелестел сзади тихий голос.

Я не подпрыгнула. Мне просто стало стыдно: я алеманцев не боялась! Нет, боялась, конечно – я же не сумасшедшая, но ведь пересиливала себя. И сейчас тоже справлюсь: прошлое, в котором меня чуть не выдали замуж, не может быть страшнее того, в котором чуть не убили. Хотя «чуть не убивали» меня так много раз, что я успела привыкнуть, а вот замуж…

Сколько лет стоявшей у меня за спиной женщине, было не понять. Моя ровесница? Старше? Моложе? Гладкое лицо без морщин и в то же время некая, приобретаемая только с возрастом солидность во всей округлой, чуть полноватой фигуре, запакованной в серое платье, такое же, как на невестках де Орво. Что ж, теперь и сомнений нет, я попала куда требовалось.

– Это именно ваше свадебное платье. Леди де Молино, не так ли? Наследник де Орво сказал, что вы придете, – она скользнула мимо меня в заполненный манекенами зал.

– И вы сшили мне свадебное платье? – выдохнула я, чувствуя, как невольно поджимаются пальцы на ногах.

– Что? О, нет, – она усмехнулась бледной улыбкой. – То есть, да, я его сшила. Для вас. Но пятнадцать лет назад. А сейчас наследник сказал, нужно платье на Черный бал?

– Очень нужно, – я не отрывала глаз от платья. Да, по моде пятнадцатилетней давности: узкий треугольный вырез, юбка раскрывается цветком лилии, рукава, пышные сверху и узкие от локтя к запястью. И ткань, ласковая и нежная, как шерсть нашей кошки в общежитии Северной Академии – она всегда приходила спать к тем, кому плохо. Чуяла. И беду тоже чуяла – так и прожила всю войну на развалинах Академии, уцелев и в пожарах, и под обстрелами, и в зачистках. А после Большого Прорыва к Ярвуду выбежала – он тогда первым во главе наших партизан в Академию вернулся. Так у него потом и жила – всего два года назад умерла, от старости.

Вот точно также от прикосновения к ее шерсти пальцы покалывало – и на душе становилось легче.

– Местные модистки меня… не любят, и платье продавать отказываются.

– Это не они вас не любят, это все местные дамы, – снова блекло усмехнулась она. – Леди Мариту вчера подруги навестили: помочь, поддержать, такое горе, мало того, что мужа убили, так еще и убийца может стать главой рода и лишить ее и дочь куска хлеба, – она поймала мой взгляд и уточнила: – Я цитирую. Вот и было решено, что даже если развращенные имперской властью продажные полицейские вас отпустят, запретить модисткам Приморска продавать вам черное платье. Под угрозой отлучения от всех будущих заказов.

– Но алтарь-то меня все равно признает. Он цветов не различает. Он и вовсе не знает, что такое платье.

– Дела вы не с алтарем вести будете, а с мужьями этих самых дам, – парировала семейная модистка де Орво. – Они вам все припомнят, а что забудут, то жены напомнят.

– Но зачем?

– Из чистой и искренней борьбы за добродетель и справедливость, – серьезно пояснила модистка. – Желания защитить леди Мариту – они ее все же давно знают. Желания чувствовать собственное превосходство как защитниц и воительниц за добродетель.

– О, это я понимаю! – я отмахнулась, продолжая ласкать между пальцами рукав моего свадебного платья. Платья на мою неслучившуюся свадьбу. – Я спрашиваю – зачем вы его сшили? – я потрясла рукавом. – Ведь я тогда уехала!

– А… – румянец на ее щеках вспыхнул и тут же погас – прямо как огонь на далеком маяке. – Занятная история… Я была ученицей предыдущей модистки де Орво – старый лорд… который тогда был не такой уж старый… убежден, что все обычные модистки на самом деле зарабатывают не шитьем туалетов, а тем, что сводят замужних дам с любовниками… ну в крайнем случае, просверливают в ширмах дырочки и дают мужчинам подглядывать за деньги.

– В самом деле? – мужчины семьи де Орво всегда были легендой юга. Но даже я не знала всех граней их семейного… своеобразия.

– Так еще его отец учил, поэтому у де Орво всегда были свои модистки, – она изящно, как бабочка, присела на высокий табурет перед столом с обрезками тканей – и ткань, и мотки кружев были разных оттенков серого. Пара лоскутов блекло-лилового на этом фоне приковывали взгляд как усыпанная багровыми рубинами парча принцессы Голден, главы Золотого банка, на первом в сезоне имперском балу. – Моя учительница была уже совсем не молода, и мне сказали, что я займу ее место, если справлюсь со свадебным платьем – лорд де Орво вот-вот подпишет договор на невесту для младшего сына. Я так хотела этого! – с силой сказал она. – Мне казалось, ничего лучше и быть не может – работа на всю жизнь, никакой конкуренции, и удовлетворить желания одного заказчика проще, чем приспосабливаться под вкусы разных. Вот я и взялась! Старший де Орво с вашим братом сговаривался – я искала ткань. Сама выбирала, сама покупала… Они подписали договор – я заперлась в мастерской. И шила, шила, шила… Ничего не знала – да и кому это нужно, рассказывать ученице модистки, что невеста сбежала? Я закончила как раз, когда вас не успели перехватить