Фантастика 2025-96 - Ким Савин

этого момента Александр перестал понимать разговор. Слишком много незнакомых слов, чересчур высокопарно говорят… А главное, слишком быстро. Но видно было, что Диего говорит с губернатором, глядя на того сверху вниз, а плечи чиновника все больше сникают. Он еще хозяин этих мест в мундире с орденами, но при этом видно, что он не рискует лишний раз открыть рот и возразить. А Диего давит его, словно лежащее на плечах бревно…

Пять минут спустя все было решено. Губернатор официально разрешил русским кораблям находиться в порту сколько необходимо и обязал ремонтные мощности порта произвести работы на русских кораблях в приоритетном порядке. А заодно рекомендовал британцам к нему до ухода русской эскадры вообще не обращаться. Словом, капитулировал по всем фронтам.

Уже на борту своего флагмана, когда они пили за успех, Верховцев спросил:

– Диего, вот объясни мне, дураку, как ты сумел его уговорить?

– Это было просто, – улыбнулся испанец. – Вы на его фамилию внимание обратили?

– Нет. А что?

– У него фамилия из тех, которые давали крещеным евреям. Мои предки рубили мавров в Реконкисту и завоевывали Новый Свет. А его – купили титулы. Так что мой род куда древнее.

Что такое древность рода, Верховцев понимал хорошо. В сословном обществе – а именно такое было в России – древность рода может давать преимущества, несопоставимые с реальными заслугами. А происхождение этого самого рода еще большие. И все же он, как и многие молодые и прогрессивные офицеры, имел собственный взгляд на правильность устройства общества, а потому возразил:

– Ну, предки – это предки, сейчас у него от еврейской крови мало что осталось.

– Э, нет, – уже изрядно захмелевший Диего потряс пальцем у самого носа Верховцева. – Они предпочитали заключать браки в своей среде, так что еврейская кровь там разве что слегка разбавилась. А вы найдите мне еврея, к рукам которого ничего не прилипло!

– Ну, есть и такие… наверное.

– Вот именно, что наверное. Этот… гм… недостойный человек получил взятку от англичан. Достаточно крупную, чтобы оторвать задницу от кресла и устроить на нас атаку, пускай и бюрократическую. А с собственным начальством не поделился! И этого не простит ни один чиновник. Причем учинит за подобное губернатору что-нибудь похуже аутодофе сразу после того, как узнает о столь вопиющей наглости.

– А вдруг поделился?

– Он просто не мог успеть, – Диего холодно усмехнулся. – Мы прибыли сюда вчера днем. Стало быть, взятку он мог получить либо сегодня утром, либо, самое раннее, вчера вечером. До столицы отсюда ехать и ехать. Ну а его начальники плевать хотели на причины, главное – не получили своих денег.

Да уж. Стоило признать, Диего продемонстрировал им неожиданные знания психологии кастильского дворянства. Александр так и сказал, после чего они дружно выпили за это и отправились отсыпаться. Завтра предстояло много работы.

Новый фрегат назвали «Березина». Надо признать, в имени том присутствовало больше злой иронии, чем личных пристрастий кого-либо из капитанов. Ведь именно на берегах этой скромной, ничем особо не примечательной речки состоялась последняя на русской земле битва с Наполеоном. Именно там считавшийся доселе непобедимым полководец хорошенько получил по шее и прочим частям тела. Неудивительно, что он вылетел из негостеприимной северной империи, как нашкодивший кошак, получивший хороший пинок сапогом под излишне пушистую задницу. Ну а большая часть его армии так и осталась на просторах державы-победительницы – кто удобрять русские поля, а кто кормить раков. Тоже, кстати, если разобраться, одна из многочисленных русских традиций, берущая начало еще во времена Александра Невского.

А командовать фрегатом выпало Куропаткину. Александр понимал, что это не лучший вариант, да и остальные тоже, но – кого еще-то? У них сейчас, так уж получилось, был жесточайший кадровый голод. И если на команду людей еще кое-как наскребли, то с офицерами было откровенно тяжело. Вот и поставили того, кто имелся под рукой, тем более что переход вокруг мыса Горн Куропаткин, по словам Диего, выдержал достойно.

Откровенно говоря, у Верховцева была мысль сделать рокировку, переведя Сафина на более мощный фрегат, а Куропаткина поставив на его место. С одной стороны, «Березина» – трофей именно Сафина, так что какие тут могут быть возражения, с другой – на «Соловках» остается успевший сплаваться хорошо подготовленный экипаж, с которым новому командиру проще будет освоиться с кораблем. Увы, не получилось – Мустафа хоть и не спешил умирать, решительно идя против мрачных пророчеств доктора, но ходил с трудом и поправлялся медленно. Куда его на новый корабль! Матвеев менять «Эвридику», к которой успел прикипеть, на другой корабль, пускай намного более мощный, отказался категорически. Гребешков тоже предпочел остаться на бриге, а Верховцева с парохода сейчас было и ломиком не сковырнуть. В общем, получил Куропаткин под начало вожделенный фрегат, и оставалось теперь понять, как он справится с новой должностью.

Диего опять попытался навербовать людей, и снова получилось так себе. Полтора десятка человек, половина индейцы – меньше, чем ничто! Как он с досадой признался на очередном совете, разжижилась кровь у бывших соотечественников, и доспехи предков им теперь не по плечу.

Но все это было вполне переживаемо. Куда хуже выглядело финансовое состояние. Пиратство вышло далеко не столь прибыльным делом, как казалось вначале. Если в Карибском море, сидя на морских дорогах врага и имея рынок сбыта, оно не только окупалось, но и позволило создать неплохой запас, то теперь денег едва хватило на ремонт. Хоть возвращайся на Карибы, честное слово!

Но – следовало идти на север. Хотя бы потому, что у побережья Соединенных Штатов будет на кого поохотиться, да и продать трофеи можно – и Диего, и Матвеев не сомневались, что легко найдут представителей тех, с кем уже имели дело. Ну, или с кем-нибудь еще договорятся. Какая, в сущности, разница?

А еще севернее – опять Канада. Ее сам Бог велел с чувством пограбить, британская колония все же. Правда, там грабить особо нечего, дикие места, но все равно… Да и к родным берегам куда ближе. А потому эскадра, развернув паруса, будто крылья гигантских бабочек, двинулась в путь.

Чем ближе к тропикам – тем оживленнее становились морские пути. Быстро пройдя территориальные воды Перу и миновав Эквадор, русские корабли оказались у побережья Новой Гранады[136]. А там, у тоненькой перемычки, соединяющей два континента, началось веселье.

За три недели перехватили аж восемь торговых кораблей. Пять британских, два французских, и еще один, непонятно каким ветром занесенный в эти воды, шел под австрийским флагом. Австрия теоретически с Россией не воевала, во всяком случае, напрямую, но пакости делала регулярно. В общем, вела себя так же, как и Швеция,