Роанна. Хайланд. Книга шестая - Виктор Постоенко

— От адмирала Бирна? — уточнила я, стараясь скрыть изумление.

— Так точно, Ваше Величество. Адмирал получил вашу телеграмму из Сабанга и выслал отряд навстречу. Промеры по всей реке уже сделаны, дальше Батоу идти рискованно, но до него — вполне.

Я переглянулась с Элорой. Она едва заметно кивнула — мы обе понимали, что это меняет все планы.

— Значит, мы грузим кареты и лошадей на баржи и идём по воде?

— Именно так, Ваше Величество. До Юлина — сутки, дальше до Ордоса ещё сто двадцать километров рекой. Вы сэкономите не меньше пяти дней пути.

Я невольно улыбнулась. Пять дней. В степи, где каждая верста давалась с трудом, это было целое состояние. И всё же внутри кольнула досада — почему я не подумала об этом раньше? Ведь Ириана когда-то рассказывала, что по Тамандану речные суда ходят до самых предгорий. А я, увлёкшись дорожными хлопотами, просто забыла.

— Тогда не будем терять времени — сказала я, поворачиваясь к свите. — Капитан, начинайте погрузку. Но прежде — где телеграф? Я должна сообщить в Юлин, что мы будем раньше.

Офицер указал на здание магистрата. Я написала короткую депешу князю Юлину: «Буду завтра к вечеру. Встречайте на пристани». И только когда телеграфист застучал ключом, я позволила себе выдохнуть.

Путешествие, которое мы так долго планировали, вдруг сжималось во времени, как пружина. И это было странное, почти тревожное чувство — будто сама дорога решила ускориться, чтобы не дать мне передумать.

На погрузку ушло два часа. Когда последняя лошадь ступила на баржу, а кареты закрепили на палубе, я поднялась на борт «Молнии». С берега махал нам местный князь, в небе кружили чайки, а впереди, за изгибом реки, уже угадывался вход в широкий плёс.

«Ну что ж, — подумала я, глядя на убегающую назад землю. — Теперь — водой».

Глава тридцать седьмая

Лондиниум

Стайка офицерской молодёжи, столпившаяся вокруг лейтенанта, дежурившего сегодня по Адмиралтейству, громко обсуждала последнюю победу адмирала Гора Вельсона над соединённой эскадрой франков и кастильцев у Кадиса.

Подробности уже были известны, и хотя сам Вельсон был тяжело ранен, противник потерпел сокрушительное поражение. А сопровождаемый их флотом огромный караван с серебром, золотом, металлами и пряностями из Старого Света попал в руки бриттского королевства.

— Да пусти ж ты, да ну мне ж сильно надо! — в дверях началась какая-то возня, потом раздался голос отставного моряка-привратника: «Ах ты ж тварь укусил!» — и у него между ног в помещение ворвался вихрастый лондиниумский конопатый мальчишка в кепке с длинным козырьком, в поношенной одежонке и стоптанных ботинках.

Он подлетел к столу дежурного и выпалил:

— Сэр, я имею честь видеть дежурного по Адмиралтейству?

Наступила гробовая тишина, потом кто-то прыснул, и холл взорвался громким хохотом. Один из офицеров, не переставая смеяться, прихватил мальчишку за плечи, чтобы он никуда не убежал. Но тот стоял на месте и только крутил головой, видимо не понимая причины такого безудержного веселья господ офицеров.

— Или мне показалось, или я попал на конюшню? — раздался строгий громкий голос, и все моментально обернулись. В боковом коридоре стоял коренастый джентльмен в парчовом сюртуке и с тростью в руке.

— Сэр, здесь мальчик, и он…

— Я вижу, что это не девчонка, я спросил: по какому поводу вы уподобились лошадям?

— Сэр, такое больше не повторится, клянусь, — и после дежурного лейтенанта все офицеры как по команде склонили головы перед джентльменом. Наступила тишина, которую внезапно прервал звонкий мальчишеский голос:

— Сэр, а Вы не адмирал?

— Да, малыш, я адмирал Джон Томас, командующий эскадрой Канала. А что тебя привело в наше заведение? Я даже не спрашиваю, как ты сюда попал, — и адмирал зыкнул в сторону лейтенанта, моментально потупившего глаза. Мальчишка сделал два чётких шага, вытянулся перед Томасом и заорал:

— Сэр адмирал, я Джон Сеймур, сирота, мне поручено передать письмо в руки лорда Хоу. Но я не совсем дурак и понимаю, что сделать этого не смогу, но не были ли бы Вы столь любезны, чтобы сделать это за меня?

Офицеры невольно улыбнулись, поражённые стилем и грамотностью уличного мальчишки, улыбка появилась даже на суровом лице адмирала.

— И от кого же письмо, если не секрет, и где оно?

— Сэр, оно у меня спрятано на груди, — с этими словами мальчишка вытащил из-за пазухи большой брезентовый пакет, скреплённый красной сургучной печатью. — Человек, который заплатил мне круглую сумму в пять крон (это же целый фунт стерлингов), сказал, что это письмо от его друга лорда Портмана.

В холле наступила тишина. Лорд Портман, адмирал Карнелиус, был объявлен врагом короны и заочно приговорён к четвертованию. Но на лице адмирала не выразилось ни капли тревоги.

— Мой юный друг, позвольте, я сделаю эту работу за тебя. И может, у тебя есть какое-то желание, стоя перед адмиралом?

— Да, сэр, — выпалил мальчишка, — я хочу стать моряком, окажите милость, посодействуйте, чтобы меня взяли юнгой.

— Но ты же можешь… хотя, сколько тебе лет, только честно?

— Тринадцать будет через два месяца, а берут только с четырнадцати. Вот уже год как прекратили брать с двенадцати, а я так надеялся и старался быстрее вырасти.

— Ну, старайся не старайся, а время не обманешь. Лейтенант, лист бумаги и перо. Так, держи. Отправишься на Собачий остров в южный док, там сейчас собирается в дальнее плавание фрегат «Актеон», вот тебе моё рекомендательное письмо для его капитана. Ну, семь футов тебе под килем, и держи ещё пять крон — купи себе две пары крепких ботинок и хорошую водонепроницаемую куртку.

Адмирал с письмом, не повернув головы, вышел из холла и по лестнице поднялся на третий этаж. Встретив в коридоре адмиралов Вильсона и Уортона, он показал им письмо, где крупными буквами было написано «лорду Хоу от лорда Портмана».

Лорд Хоу аккуратно вскрыл конверт острым ножом и достал из него несколько сшитых между собой листов. Пробежал глазами, потом надел круглые очки.

— Опустим личное, оно вам не интересно, а начнём вот отсюда.

'Как ты, наверно, уже знаешь, моей жене с сыновьями удалось бежать из страны и избежать участи моих и её родителей, а также её младшего брата, которых казнили даже без суда. Старший сын сразу же принял предложение О’Брайена и возглавил артиллерийский комитет при командующем вальрондским флотом, а младший отправился служить под начало Келли, которого он очень хорошо знал. Эта страна приняла их без всяких условий, обеспечила жильём и достойным отношением.

А теперь и я, после долгих раздумий, принял предложение Императора и возглавил Военно-Морскую Академию.