И мы сгорим - Александра Рау

любил быть слабым или кому-то обязанным. Съеживался от одной только мысли, что Ларсу придется разгребать дерьмо, если он сделает какую-то глупость. Но сделать то же для Ларса был готов хоть сейчас, пусть прямо сказать об этом и почему-то не получалось.

– Ты не замечал, что один из полицейских какой-то странный? – вместо этого произнес Рен.

– Если честно, с ними всеми что-то не так.

– Утром я видел, как помощник детектива ходил по учебному корпусу. Пэйдж чуть не врезалась в него у кабинета социологии. Я ее подхватил, а этот прошел мимо, даже не взглянул. Думал, он за мной пришел, Хьюз предупреждал…

– О чем? – Ларс резко распахнул глаза.

– Что меня могут опять потащить в допросную. У меня телефон недавно брали на проверку.

– Если вернули и не вызвали сразу, вряд ли сделают это теперь.

– Но это значит, что он искал кого-то другого. Как узнать, кого водили в допросную?

Ларс закусил губу, как делал всегда, погружаясь в раздумья.

– Посмотреть записи с камер нам не дадут…

– И никто не сознается, – дополнил Рен. – Может, в общежитии поспрашивать?

– Ага, чтобы нас тут же загребли? Еще и в женском! Легче сразу спуститься в подвал и приковать себя к стулу наручниками.

– А это…

– Никакая это не идея, – тут же огрызнулся Ларс. – Ты туда столько раз ходил и ни разу ничего не добился. Брось. Может, мы не туда смотрим?

Он заметался по комнате, и Рен, сообразив, что ему нужно, достал из ящика стола ежедневник и карандаш. Ларс принялся рисовать какую-то схему, смысла в которой, как казалось со стороны, было мало. Группы имен, обведенные в кружок, стрелочки, даты… Рен молча наблюдал, пока Ларс наконец не показал ему исписанный разворот.

Оказалось, все это время Ларс серьезно размышлял над тем, как Флоренс проворачивала убийства и почему ее не поймали. Поначалу она поступала умно: нападала на тех, с кем у нее не было очевидных связей. Альберт и Скотт крутились совсем в других кругах и на тихоню Фло внимания не обращали, а с тетей Оливией Флоренс была знакома не больше, чем любой другой студент. О том, что за добродушным личиком прячется хладнокровный убийца, догадаться было сложно – тут они полицию не винили. Но камеры…

– Неужели она как-то портила записи?

– Я спросил то же у Хьюза. Он сказал, что ни одно убийство на камеру не попало, – подтвердил Ларс. – Ни одно.

Рен понимающе закивал.

– Пробраться один раз и стащить запись помогла бы удача, но четыре…

– Даже если тот мужчина заставлял ее это делать, в академии был кто-то, кто помогал ей заметать следы. И он явно понимал, что делает.

Дверь зловеще скрипнула, и на пороге застыл Адам. Немая сцена: его глаза в ужасе распахнуты, а Рен и Ларс сидят друг напротив друга, напряженные и разделенные всего парой сантиметров.

– Я… не вовремя?

Ларс тут же коротким движением оттолкнулся от кровати и отъехал на стуле назад, закрывая ежедневник. Рен видел, как побелели его пальцы – так сильно стискивал свои драгоценные записи, – на лице Ларса засияла дежурная дружелюбная улыбка.

– Все норм, – тут же отчеканил он. – Ты не против, что я зашел?

– Да делайте что хотите, – отстраненно пробормотал Адам, бросая спортивную сумку и направляясь в ванную. Уже из-за закрытой двери он добавил: – Но через полчаса я ложусь спать!

Рен отмахнулся.

– Да, он зануда.

– И он точно не вовремя, – выдохнул Ларс, вставая с места. – Ладно, я пойду. Потом… обсудим.

Рен тоже встал, чтобы обнять друга на прощание, но его отвлекла вибрация в правом кармане. Взглянув на экран, он похолодел. Перевел взгляд на Ларса – тот затаил дыхание.

– Отстойное предчувствие, да?

– Бери уже, – поторопил Ларс.

Голос Наоми на той стороне чуть дрожал, когда она позвала Рена по имени. В его голове пронеслись десятки вариантов, почему она могла позвонить – она никогда этого не делала, предпочитая переписываться или сразу договариваться о встрече, – но он точно не ожидал услышать то, что она произнесла.

– Пэйдж не вернулась в общежитие.

Ларс в ту же секунду выхватил телефон из рук Рена и включил громкую связь.

– В смысле не вернулась? – Он отодвинул телефон от лица, чтобы взглянуть на время. 22:11. – Опаздывает?

– Она никогда не опаздывает, – серьезно ответила Наоми.

– И правда…

– Ты звонила ей? – уточнил Рен, хотя понимал, что Наоми не стала бы паниковать, не перепробовав все способы связаться.

– Примерно сотню раз за последние десять минут. А еще я писала ей в половину десятого, но она тоже не ответила. Адам рядом?

– В душе. Мы спросим.

– И позвоните Хьюзу, – попросила Наоми. – А я спущусь, вдруг детектив еще на месте. Если нет, буду донимать дежурного.

Рука Ларса затряслась, и он отбросил телефон на кровать, чтобы подойти к двери в ванную. Пока Рен прощался с Наоми и обещал вскоре ей перезвонить, Ларс барабанил по двери.

– Две минуты! – отозвался Адам.

– Выходи СЕЙЧАС ЖЕ! – Голос Ларса стал чуть хриплым. Он редко кричал, поэтому Рен даже не был уверен, всегда ли это происходит, когда Ларс повышает голос.

– Иди в свою комнату и там мойся!

– Если ты сейчас не выйдешь, Я ОТРЕЖУ ТВОЙ ДОЛБАНЫЙ ЧЛЕН КАНЦЕЛЯРСКИМИ НОЖНИЦАМИ!

Даже Рену стало не по себе. Ему и самому было страшно, но в глазах Ларса плескалась такая ярость и опустошенность, что, казалось, он действительно продумал, как будет проворачивать фокус с ножницами.

– А ты чего стоишь? – зыркнул Ларс на Рена. – Звони.

Точно. Хьюз.

Рен набрал номер учителя. Пока шли гудки, он тряс ногой, пытаясь успокоиться, а как только услышал голос Хьюза – растерял остатки терпения и не нашел сил поздороваться или извиниться за поздний звонок.

– Рен, что…

– Пэйдж пропала.

Глава 41. Грэм

Его будто ударили под дых.

Рен быстро объяснил ситуацию и попросил защиты, когда их с Ларсом – а это обязательно произойдет – поймает охрана. Ученикам было строго запрещено находиться за пределами общежития после 22:00, так что на кучку перепуганных студентов, носящихся по пустому кампусу сломя голову, охрана точно глаза не закроет. Хьюз пообещал, что сейчас же свяжется с руководством и сообщит о проблеме, а их вытащит из лап военных или полиции, если те заупрямятся.

Он еще не знал, как именно будет это делать, но думать об этом времени не было.

Натягивая самую удобную одежду из своего гардероба – спортивный костюм, в котором студенты наверняка ни разу его не видели, – Грэм