Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

— Или на контроль кого-то из могущественных предков, — перебил ее дед.

— Ты понимаешь, что мы точно должны знать, — ее голос словно лишился всех своих оттенков и стал серым и невыразительным. Она боялась и, судя по всему, больше всего того, что я действительно одержимый. Дернув за шнурок, она замолчала, думая о чем-то своем, и буквально через минуту вошел слуга. — Позови сюда Ксуекина. — Ну и имечко.

— Слушаюсь, Мать, — с поклоном слуга вышел.

— Кровь к крови. Почему, Бэй, с твоей семьей вечно одни проблемы?

— Потому что мы Ву и наш путь — служить Империи.

В дверь тихонько поскреблись. А потом дверь распахнулась и я, мягко говоря, охренел. В комнату зашел натуральный Сплинтер из ниндзя-черепашек. Блин, да это реально была прямоходящая крыса в одежде с длинным голым хвостом. Судя по взгляду этого существа, оно точно было разумным. Маленькие глаза-бусинки внимательно смотрели на нас, а нос смешно дергался, втягивая запахи. Только вот мне почему-то не хотелось смеяться.

— Мать. Твоя меня звала? — голос человеко-крысы был писклявый, он путал часть окончаний, но в целом его было достаточно легко понять. Я смотрел на реакцию деда, тот выглядел задумчивым.

— Ксуекин, мне надо, чтобы ты осмотрел этого мальчика — Ву Яна.

— Слушаюсь, Мать, — он сел на пол прямо там, где стоял, длинный хвост обвился вокруг него, и, закрыв глаза, он начал что-то попискивать, раскачиваясь из стороны в сторону.

— Ты договорилась с Видящим-недзуми? — вот сейчас было видно, что дед удивился.

— Мы нашли его израненным и выходили, теперь он считает нас своей семьей и помогает по мере сил.

— А совет не решит, что ты метишь на место повыше?

— Они знают о моем друге и ничего не имеют против.

— Дедушка, кто это и что он делает? — я не выдержал, как меня бесит сидеть и молчать в тряпочку, как требуют традиции.

— Ксуекин недзуми — один из исконных обитателей этого мира, которому покровительствует дух Великой Крысы, — на мой вопрос начала отвечать Вейфанг. — Они отличные союзники и опасные враги, а еще на них не действует Скверна.

— Спасибо за знания, старшая, но что он сейчас делает?

— Пытается понять, что с тобой и что произошло в пыточной. Среди недзуми есть особая каста — Видящие. Они владеют магией Имени и способны увидеть куда больше, чем любой из человеческих шугендзя, но как боевые маги они намного слабее. Ксуекин как раз один из них.

Разговор стих сам собой, а в моей голове снова появился мой внутренний компаньон. «Вечно крысы пытаются совать свои наглые носы повсюду. Не бойся, он признает тебя полностью адекватным и лишь иногда переходящим под прямой контроль предка». Голос усмехнулся, судя по всему, этим предком был он сам. «Хоть я и не люблю крыс, но они тоже помнят свои долги. Недзуми испокон веков были нашими союзниками, не всегда верными, но мы никогда не были с ними врагами». А мы — это кто? Ответа, как всегда, не было.

Черт, да кто же ты такой, внутренний голос? Меня безумно злило, что он выдает информацию по каплям и только ту, которую хочет рассказать сам. «Ты ключ, парень, а я замок. И лишь когда ты будешь готов, ты узнаешь все. Учись, сражайся и, главное, совершенствуйся, не забывая нравственный закон!» И все сразу стало понятно. Бесит!

— Мать, — пока я размышлял, крыса уже снова стоял на задних лапах и внимательно смотрел на меня. — Он достоин метки друга. Его души не коснулась Скверна, — он говорил короткими фразами, создавалось впечатление, что ему не хватает объема легких, чтобы говорить на общеимперском по-другому. — Его охраняет древняя кровь. Сильный предок. Забытый и опасный. Он помнит договор. Он чтит договор. Ксуекин устал. Ухожу, — и, чуть покачиваясь, начал двигаться в сторону двери. Открыв ее, он развернулся, посмотрел своими бусинами-глазами на меня и тоненько запищал. Самое жуткое — я понимал этот писк. «Пятеро заключили договор. Пятеро обменялись кровью. Дети Крысы помнят. Крылатые союзники. Молодой крылатый — друг». Охренеть не встать. «Я же говорил, крысы все помнят». В голосе моего компаньона слышалось удовлетворение.

— Спасибо тебе, Видящий, — Вейфанг, как и я, похоже, мало что понимала, но держать лицо явно умела.

— Видишь, Вей, даже твой ручной крысюк подтвердил мои предположения.

— Госпожа Вейфанг, дедушка. Что происходит? — мне надоело быть пешкой. Надоело ничего не понимать. Ярость шла изнутри. Мне хотелось ломать и крушить, лишь мощным усилием воли мне удалось удержать себя в узде и не прорычать вопрос.

— Твою душу охраняет кто-то очень древний и очень опасный, — Вейфанг крутила пиалу с вином, убрав нож в широкий рукав ханьфу. — Он защищает тебя от влияния Скверны, но за это ты платишь тем, что в определенных ситуациях он берет контроль над твоим телом.

— Вопрос больше в другом: как это контролировать. Инквизиция очень не любит подобных людей. Это нарушает естественный порядок вещей, — последние слова дед почти выплюнул, явно считая это полной чушью. — Инквизиторы набрали слишком много власти, и почти треть всех шугендзя уходит к ним.

— Тогда я еще раз убеждаюсь, что академия Сияющего лотоса — не мой вариант. Мне нравится моя голова на плечах, — я усмехнулся, а дед широко улыбнулся в ответ, словно обрадовался моему ответу.

— Видишь, Вей, он почти готов к самостоятельному плаванию.

— Ян, — она встала и подошла ко мне. — Дай свою руку, — в ее голосе звучало требование, и я протянул израненную левую руку, с которой она сняла боевую перчатку. Проведя пальцами по моей руке, она крепко обхватила меня за предплечье и достала другой рукой нож. Которым тут же резанула по нашим рукам, нанося идеально выверенный порез. Рана давала много крови, а она нараспев читала какие-то слова. Тяжелые капли смешанной крови падали вниз и с шипением растворялись без следа на каменном полу. Охренеть спецэффекты.

Через несколько секунд там, куда падала наша кровь, возникла небольшая полупрозрачная крыса. Ее тело сияло медленно затухающим багровым заревом. Покрутившись возле наших ног, она побежала к стене и с тихим писком растворилась в ней.

Пока я наблюдал за всей этой дичью, рана на руке затянулась, словно ее никогда и не было. Круто, а есть способы, чтобы так же раны в бою закрывались? На месте пореза возникли четыре небольших шрама, выходящих из одной точки. Это еще что за херня?

— Ритуал удался. Дух Крысы тебя признал, и теперь, где бы ты ни был, стаи и обращенные будут знать, что ты друг. — Лицо Вейфанг было осунувшимся, похоже,