Фантастика 2026-80 - Мария Фир

— Я могу идти.

— А подняться по винтовой лестнице? — провокационно спросил колдун.

Его губы находились у шеи Греты — дерр Ферхара подхватил ее под бедра.

— Так и вы со мной не сможете подняться, — выдавила она и вскрикнула: Алистер слишком быстро перехватил ее под колени и подмышки.

— А так — сможем.

Через несколько минут нисколько не запыхавшийся колдун сгрузил ее в мягкое кресло. И куда-то отошел. Но, судя по звукам, не очень далеко.

— Вино или коньяк?

— Вино, — тихо сказала Грета.

Она понемногу приходила в себя. И вспоминала, что сказал Алистер. «Твоя бабушка слишком поторопилась». Значит, он знает, сколько ей лет и кто она.

— Что со мной будет? — едва совладав с голосом, спросила Грета.

— Я минуты через две сниму с вашего лица хлопковую маску, вы умоетесь, и мы поговорим.

— Уже на «вы»? — Грета дернула уголком рта.

— Мне тяжело помнить об условностях, — рассмеялся Алистер. — Особенно когда такая красавица рискует своим глазом. Я еще выскажу твоей бабушке по поводу сомнительных заклинаний.

— У нее не было выбора, — вступилась Грета за Амалию ван Линдер.

— Выбор есть всегда, — уверенно сказал Алистер. — Можешь мне поверить.

— Предпочту поверить бабушке, она старше вас, — Грета постаралась ответить вежливо, но подозревала, что не очень-то получилось.

Судя по звукам, дерр Ферхара чем-то поперхнулся, затем надсадно прокашлялся и выдавил:

— Да, прошу прощения. Мой, кхм, жизненный опыт действительно пасует перед твоей бабушкой. Знаешь, я устал напоминать себе говорить тебе «вы». Можешь рискнуть и ответить мне тем же.

— А в чем риск? — уточнила Грета.

— Ну, может, мне понравится, а может, и нет. Не попробуешь — не узнаешь.

— Я попробую, но позже, — вывернулась Грета.

Через секунду она ощутила, как он осторожно снимает с ее лица ткань, как дует на кожу.

«Его дыхание пахнет вишней и морозом», — поразилась Грета и тут же мысленно изругала себя за романтические бредни. Морозом, вот ведь выдумала. Вишня — понятно, либо сок пил, либо ел конфетки. А мороз-то откуда?

На ум пришел тот колючий, ледяной ветер. Но она выбросила эту глупость из головы и аккуратно приоткрыла глаза. Чтобы тут же замереть — лицо Алистера оказалось слишком близко.

— Ты пахнешь земляникой, — шепнул мужчина.

— Это мой шампунь, я для него ягоды сама собирала, — ответила Грета, и колдун расхохотался.

— Я был таким идиотом, — доверительно сообщил он. — Тридцатишестилетняя девственница с лисой — нужно было сразу понять, что документы не соответствуют телу. Но нет, я верил в чудеса. Что ты можешь мне сказать, Грета Дейдре Линдер, и где твоя мать?

Отстранившись, он подал ей мягкое полотенце, и Грета осторожно стерла с лица жирное зелье.

— Вы предлагали вино, — напомнила мэдчен Линдер.

— Да, каюсь, забыл. Но немного, я хочу поговорить, а не ловить пьяную колдунью по коридорам.

Вино оказалось крепленым и совсем не вишневым.

«Почему он пахнет вишней?» — мелькнула мысль и пропала.

— Моя мама умерла, — тихо сказала Грета. — А я даже не знаю точно, сколько мне было лет. Возможно, шесть. Но точно не меньше четырех — она все же успела закончить Сантодинскую Академию Магии. Воспитывала меня бабушка и… и раньше я думала, что она меня не любит.

— А сейчас?

— А сейчас я не знаю. — Грета сделала еще один маленький глоток. — Перед тем как я пришла к вам на собеседование, мы поссорились. Из-за глупой, надуманной причины. Бабушка выгнала меня из дома. Она позволила мне собрать вещи, забрать дорогущий чемодан и даже дала сто алдораннов в дорогу.

— Билет до Пограничья стоит двадцать алдораннов, а на сорок можно нанять комнату на пару месяцев, — тут же подсчитал Алистер. — С такими деньгами больше податься некуда.

— Но я этого не знала, — пожала плечами Грета. — И я решила рискнуть. Ведь на отборе требовались «хитрость и коварство».

— Лично я считаю, что это глупость и раздолбайство — не имея диплома, соревноваться с более старшими колдуньями, — хмыкнул Алистер. — Но ты показала себя лучше всех.

— Вы давно знаете?

— Ты забыла о прослушке, — улыбнулся дерр Ферхара. — Я не против, ты нарушила правила, но ты не попалась.

— Но ведь вы знаете? — удивилась Грета.

— Но я уже принял тебя. То, что я выяснил после, уже не считается. Если тебя раскусят твои коллеги — это будут твои проблемы. И, если вдруг ты дойдешь до конца, то королева будет знать твой истинный возраст. Сама понимаешь, без одобрения королевы никто вас ко двору не допустит.

— А написано…

— Ага, написано, — по-простецки кивнул Алистер. — Последним испытанием будет представление ее величеству, так что в каком-то смысле все даже честно. Что ж, а теперь давай подробнее — о тебе, о твоей лисе и о том, каким образом ты выходишь на темные тропы.

— Куда? — удивилась Грета.

— Как ты нашла мертвый родник, — уточнил Алистер.

— Кого? — Мэдчен Линдер почувствовала себя идиоткой. — Я только один родник видела, в вашем парке…

— Он не в моем парке, — покачал головой дерр Ферхара. — Далеко не там.

— Мы просто гуляли, — развела руками Грета. — Я не знаю, как так вышло.

— Ты не врешь, — констатировал Алистер. — Что ж, это не все вопросы, что у меня к тебе есть.

Допив вино, Грета поставила бокал и жестом отказалась от повторения. В голове приятно шумело, и она, непривычная к алкоголю, очень боялась напиться и опозориться.

— Итак, ты изящно обошла мой вопрос, но я не постесняюсь повторить. Что за лиса?

Грета округлила глаза и честно сказала:

— Рыжая лесная красавица, зовут Финли. Мама ее как-то магически изменила, вы ведь, наверное, чувствовали ее присутствие в щите вокруг моего разума?

— Мыши с сахаром, — кивнул Алистер.

Покивав, Грета продолжила:

— Бабушка не говорила мне, откуда взялась Финли. Но все мое детство прошло рядом с ней.

— Возможно, химера, — протянул дерр Ферхара.

Мэдчен Линдер сплела пальцы в замок и отвела глаза. Было стыдно обманывать Алистера, который так к ней добр. Но тайна Финли принадлежит только Финли. И вот если лесная подруга скажет: «Да, Грета, можешь всем все рассказать» — вот тогда мэдчен Линдер с большим удовольствием посплетничает. С очень большим удовольствием, потому что тяжело хранить тайну в одиночестве.

Именно поэтому Грета честно отвечала на вопросы Алистера. Честно — потому что она говорила то, что ей говорила бабушка. А то, до чего дошла своим умом, — утаивала.

Алистер молчал, и мэдчен Линдер принялась искоса оглядываться. Она была порядком удивлена, обнаружив массивный камин в столь маленькой комнате. Комнате, заполненной шкурами. На полу, на софе, на обоих креслах лежали шкуры неизвестных