Фантастика 2026-80 - Мария Фир

появился дерр Ринтар, хотя, я уверена, присмотрел он ее куда раньше. В обмен на поступление в Сантодинскую Академию Магии твоя мать согласилась выполнить одно желание дерра Ринтара. Любое, не ограниченное ничем. После первого курса она вернулась уже с тобой.

Мора ван Линдер стерла крошечную слезинку, помолчала и вновь заговорила:

— Она ничего мне тогда не рассказала.

— Как она умерла?

— Откат из-за невыполнения клятвы, — медленно произнесла бабушка. — Она слабела, слабела, а затем просто легла и умерла. Сейчас Ринтар трясет контрактом и требует тебя.

— Но контракт на вынашивание сейчас незаконен, — нахмурилась мэдчен Линдер.

— Закон обратной силы не имеет, — горько улыбнулась мора ван Линдер. — А если бы и имел, то ведь платы-то там не указано.

Прислонившись лбом к холодной ограде, Грета попыталась взять себя в руки. Действие маски спокойствия и равнодушия уже прошло, и ей было не по себе. Сердце колотилось как сумасшедшее, немного подташнивало, хотелось плакать. А еще больше хотелось лечь и умереть.

— Все гораздо сложнее, чем я могу рассказать.

— Там кто-то есть! У ограды!

— Я всегда тебя любила, — резко произнесла Амалия и ударила Грету по лицу.

Вскрикнув, мэдчен Линдер рухнула на землю, а бабушка ловко левитировала себя через ограду.

«Зато тебя никто не узнает — пол-лица посинело и распухло. Узнаю это проклятие, пока само не сойдет, никто снять не сможет», — утешила Грету Финли.

Криво улыбнувшись, Грета заслонилась от ярких фонарей, которые принесли с собой люди. И разрыдалась, услышав голос Алистера. Конечно, он должен был прийти именно сейчас, когда она лежит на сырой земле с лицом, наполовину ставшим перезрелым баклажаном. И даже то, что дерр Ферхара самолично поднял ее на руки и грозным, низким голосом послал всех доброхотов в дорфову задницу… Даже это не слишком примирило ее с ужасной, отвратительной реальностью. Реальностью, в которой она контрактный ребенок.

Глава 7

На руках Алистера было хорошо и спокойно. Он прижимал Грету к себе, а его дыхание слегка ерошило ей волосы. Но несколько минут покоя сменились паникой — он ведь сейчас видит этот кусок ужаса, в который превратилось ее лицо.

— Тише, не дергайся, — успокаивающе прошептал дерр Ферхара. — Все хорошо, мы сейчас будем в особняке.

— Не смотрите, — жалобно всхлипнула Грета. — Не смотрите.

— Не буду, не буду. Только успокойся, а то соскользнем с тропы и потеряемся.

Мэдчен Линдер затихла. Только подняла к лицу руку и потрогала глаза, которые никак не получалось открыть. А оказалось, что это плотная, тугая повязка мешает. Кроме повязки она нащупала еще и отек. От отвращения к себе Грету начало мелко потряхивать.

«Контрактный ребенок. Бабушка сказала, мама не знала, но как можно заключить контракт на вынашивание и не знать этого?!»

Из-под ресниц катились слезы. Соленые капли уже насквозь пропитали повязку и стекали по щекам к шее.

— Я же сказал, что все будет хорошо, — как-то растерянно и одновременно сердито произнес Алистер. — Я этот отек вмиг уберу.

— Он са-ам должен пройти… — сквозь слезы сказала Грета и добавила: — Я не из-за этого расстроилась.

— Са-ам? — передразнил Алистер. — А я могу убрать его минут за пять. То есть оставить эту неземную красоту? Ты хочешь с ним сродниться?

— Нет, не хочу сродняться!

Грету неожиданно окатило колючим, ледяным ветром. Ей даже почудилось, что этот ветер имеет свой разум и что она, Грета, ему понравилась. Даже самой себе она не могла объяснить, откуда взялось такое ощущение.

— Вот и все, осторожно встаем на ноги, и я сейчас сниму повязку. В этом заклинании очень важно не повредить глаза. А твоя бабушка слишком поторопилась, и отек мог раздавить глазное яблоко. Конечно, как ты и сказала, отек бы прошел сам. А вот твой замечательный левый глаз пришлось бы восстанавливать, и я не уверен, что вышло бы.

Испуганная, она замерла, прижав руки к груди.

— Стоишь? Молодец. Сейчас я подберу все необходимые зелья и сниму повязку. У нас будет не так много времени, поэтому ты будешь хорошей девочкой, соискательница Грета. Очень хорошей девочкой, которая быстро и четко выполняет распоряжения взрослого и нехорошего колдуна.

— А какого? — удивилась Грета.

— Колдуна или дорфа? — не смешно сострил дерр Ферхара.

— Колдуна. Ой, или вы о себе? Но вы ведь хороший.

В голосе соискательницы было столько уверенности, что колдун перестал подготавливать стол и повернулся к ней. Упрямо поджатые губы, подсыхающие слезы и бесполезный щит алмазной твердости. Упрямая, честная и наивная. И темная менталистка. Сокровище, за которым вскоре будут охотиться все, мало-мальски сведущие в магии.

— Да, я очень хороший, — хрипловато произнес Алистер. — А вот форму соискательницам надо изменить.

— А что с ней? — Грете было очень страшно стоять молча, и она цеплялась за любую возможность не оставаться в пугающей тишине.

— В некоторых ситуациях она может отвлекать, — хмыкнул он.

Хорошо, что мэдчен Линдер не видела, каким взглядом колдун посмотрел на ее грудь. Дорогая ткань, тугой корсет — все это придавало фигуре девушке слишком соблазнительный вид. Что неимоверно злило дерра Ферхару. Право слово, за шесть сотен лет он перевидал несметное количество соблазнительных девичьих тел.

«В бордель тебе надо, старый развратник», — посетовал мысленно Алистер и хлопнул в ладоши.

— Так, красавица, сейчас я тебя осторожно усажу на стул. Ты крепко возьмешься руками за сиденье, вот так, по обоим сторонам. Удобно?

— А зачем мне держаться за стул? — робко спросила Грета.

— Будет, м-м-м, немного больно, — чуть неуверенно сказал Алистер.

Он и правда не знал точно. Ему самому когда-то было не особенно больно, немного жгло, чуть-чуть припекало. Но тут девица, существо априори более слабое и нежное. Да и кожа у нее как шелк, тонкая, нежная. Будто создана, чтобы гладить кончиками пальцев. На такую кожу едкие зелья будут воздействовать куда эффективней.

Он резко снял повязку и тут же прижал к синевато-сиреневому ужасу хлопковый платок, пропитанный противоотечным зельем. Само по себе оно никак не воздействовало на это проклятье. Но особое заклинание позволяло избавиться от проклятой воды за считанные секунды.

Грета ощутила дурманный запах зелья и жуткое, ужасное жжение. Казалось, что Алистер сжигает ее лицо до самых костей. Она даже на секунду задумалась, какую маску придется покупать, чтобы скрыть ожог. Серебряную или золотую? Впрочем, глупый вопрос — на золото у нее не хватит алдораннов, как и на серебро. А значит, придется покупать деревянную.

— Вот молодец, вот славненько. Теперь немного льда, и все, нет-нет, руками не трогаем, глаза не открываем. Давай-ка, поднимайся. Моя лаборатория не самое приятное место. — Посмеиваясь, Алистер вновь