Фантастика 2026-80 - Мария Фир

— Фу, ну и вонь, — скривилась Тирна. — Я уже успела от нее отвыкнуть.

— А я и не привыкала, — передернулась Грета.

— Да не сильно пахнет-то, — удивилась Амели. — Вы сейчас выйдете прямо за розарием. Будьте осторожны, уже темнеет, а дорожки узкие и местами, для красоты, оставлены корни.

Грета решительно шагнула вперед. Ей были нужны самые темные и неприметные кусты. Те, в которых была часть установленных ею артефактов, — в случае чего, она сможет сказать, что просто ходила их проверить. Мало ли что, мало ли кто.

— Что случилось? — спросила Тирна, едва они зашли за те самые кусты.

— Я та невеста из рассказа Амели. — Грета побоялась произнести вслух свою фамилию.

— До-орф, — выдохнула Тирна. — Ты увер… кхм, да, дурость чуть не ляпнула.

— Но у меня не было жениха. — Мэдчен Линдер осторожно дошла до установленного артефакта и нащупала его рукой, вливая еще немного силы. — Ох, помимо всего прочего, артефакт опять пуст. Кажется, тайны моей жизни еще немного побудут тайнами. Надо пройти по артефактам и подпитать их силой.

— Давай вначале о тебе. Дорф, можно я потрогаю настоящего темного менталиста?

— Им была моя мама, — покачала головой Грета. — Наверное. Или бабушка, а я так, сильная, но не запредельно.

— А с чего ты решила, что у менталистов главенствует сила? — нахмурилась Тирна. — Я довольно слаба, но маски людям в сознание впаиваю намертво.

— Для меня же лучше быть обычной, — возразила Грета. — Я не состою на учете, а сказать «Ой, знаете, это бабушка виновата» не смогу. Это неправильно, хоть и правда. И потом, мой дар со мной, а будь я «вынужденной истеричкой», способной потерять дар или умереть от тоски — уже бы умерла.

— М?

— Мне крепко досталось. — Грета дернула плечом. — Но эти кусты, а главное, комары, как-то не располагают к откровенности. Давай потом?

— В комнате, — кивнула Тирна. — Спрячемся за пологом и пошепчемся. Ванда все равно стучит, прежде чем войти. Давай тогда пробежимся и дольем силы этим проглотам. Вот чую я, что есть какая-то хитрость, какая-то маленькая деталь, которая позволяет запитать артефакт один раз и не бегать по углам.

Пробежка по саду едва не превратилась в приключение — сторож злоупотребил крепленым вином и не закрыл псарню. На счастье старого пропойцы, псы встретились с соискательницами, после чего были обездвижены и отлевитированы назад. Мстительная Тирна еще и протрезвила сторожа, не будущее. Чтоб неповадно было пить во время ответственных мероприятий.

— У нас появились две одинаковые проблемы, — вздохнула Грета и тоскливо посмотрела на подол своего платья.

— Именно поэтому я предпочитаю сапоги, — эхом откликнулась подруга. — Из бального зала в сад два выхода. Пойдем к тому, который у фуршетных столов. Я так помню, что поначалу к ним особо не подходят, вроде как неприлично.

— Давай, — кивнула мэдчен Линдер. — Желательно где-то в тени почистить платье. Это скажется на ткани, но…

— Но иначе после нас на мраморе будут оставаться грязевые разводы. Кстати, наверное, мы зря поставили сигналки на парк — ну кто будет предаваться разврату в слякоти?

— Разврату — никто, а вот для насильника вряд ли принципиально, где вершить свое грязное дело, — пожала плечами Грета.

После очищающих заклятий на траве осталось две кучки земляной грязи. Грете стало неловко, потому как стремительно темнело и кучки эти были похожи не на грязь… Даже возникло желание прикрыть их каким-нибудь широким листом.

— Идем скорей, — шепнула Грета, — а то увидит кто, и такого навыдумывают…

Перед широко распахнутыми дверьми подруги замерли, и Тирна пораженно выдохнула:

— Дорф, откуда столько народу?

— Как ты приложила благородных, — фыркнула Грета. — Так ведь опаздывать на прием могут только особенно высокопоставленные личности, а тут таких не предвидится. Прием, хоть и светский, а все же местечковый. Но до наших артефактов добраться будет тяжело.

— Если идти с целеустремленным видом, то не так и тяжело.

Грета одновременно и кивнула, и возразила:

— Да, но меня могут узнать.

— Ой вряд ли, тебя прическа сильно меняет. К тому же форменное платье — лучшая маскировка.

Из дверей весь зал был виден как на ладони. Золотистое освещение, яркие платья и сдержанные тона мужских костюмов. Тонкий аромат духов, ароматических свечей и чего-то свежего, цитрусового. Колдовской огонь гирлянд, парящих под потолком, отражался в натертом воском паркете. И Грете до боли в сердце стало обидно, что она на этом празднике всего лишь прислуга с неясным кругом обязанностей.

— Странно, что нас еще ничему не научили, а уже выбросили в открытое море, — задумчиво произнесла Тирна. — Идем?

— Не могу. Давай обойдем с черного входа?

— Нам все равно нужно будет войти в зал, — возразила Тирна.

— Не могу, — с отчаянием сказала Грета, — совсем не могу.

— Да и к дорфам тогда эту подзарядку. В дамскую гостиную уже не пойдем, незачем к себе внимание привлекать. Пойдем-ка на выделенную нам территорию, вдруг там кто-то появился? С инструкциями.

— Спасибо, идем.

Грета даже себе не могла объяснить, почему она так и не смогла сделать шаг из сгущающихся сумерек в наполненный золотым сиянием зал. Может, из-за страха встретить бабушку и предполагаемого отца, а может, потому что почувствовала себя неуместно. Еще более неуместно чем раньше, когда ее платья вызывали вспышки тонкого, издевательского хихиканья. Бабушка говорила, что так слышится зависть.

— Все будет хорошо, — вдруг сказала Тирна. — После этого отбора ты сможешь уехать в глушь и стать там чьей-нибудь гувернанткой. Или по-быстрому выскочить замуж. А что? Предложения тебе никто не делал, договора о намерениях на подпись не давали.

— Но я же теперь знаю, — неуверенно возразила Грета.

— От служанки в доме не самого видного дерра и не в самой столице, — хмыкнула Тирна. — И что? Не поверила, вот и все.

Особняк дерра Вилько был не слишком велик, но подруги едва не заблудились. Они поняли, что идут в правильно направлении только тогда, когда им навстречу выскочила Карин. На щеке девчонки алел отпечаток ладони, а в глазах стояли слезы.

— Ты чего? — опешила Тирна. — Нали, что ли, руки распустила?

— Все в порядке, идите, там сейчас будут настраивать столы, — прошелестела Карин и уже спокойней пошла вперед.

— А ты-то куда? — спросила Грета.

— Я возвращаюсь в особняк дерра Ферхары, мне больше нельзя участвовать в прохождении отбора. Буду просто учиться.

Подруги переглянулись, и Тирна задумчиво произнесла:

— Я слышала, что настраивают артефакты, но чтобы настраивали столы — впервые. Что-то мне уже не очень хочется идти туда.

— Выбора нет, хотя я бы с большим удовольствием догнала Карин и вернулась вместе с