Крайняя война - Сергей Юрьевич Михайлов

Тот, кого называли повелителем, застыл в раздумье. Он что-то вспоминал. Спустя несколько минут он, вдруг, спросил:

– Ты с Земли? – И уже уверенно добавил. – Конечно, ты с Земли. Значит и те, остальные, тоже земляне? Так вот какую секретную операцию проводит принцесса Алгала. Да, теперь все сходится.

Он опять обратился к пленнику:

– Значит и тот человек – Сергей Кротов, тоже здесь?

– Пошел ты, – гуркх не стал менять ответ.

– Ну, что же, – нифлянец поднялся. – Кроме электроники есть и другие методы извлечения информации. Я думаю, ты все-таки заговоришь. Или пожалеешь, что появился на свет.

В его голосе слышалась угроза. Он обратился к полковнику:

– Я скоро вернусь. Следите за ним, он мне пока нужен живым.

– Связываться с остальными побежал, – прозвучал язвительный голос в кучке солдат у дверей, когда нифлянец ушел. – Ничего в одиночку решить не могут.

Полковник так яростно глянул на говорившего, что тот мгновенно смолк.

Вопреки обещанию, вернулся нифлянец совсем не скоро, лишь через несколько часов. Дхуну негде было проверить, но по его внутренним часам был уже вечер. В этот раз зеленокожий был не один – вчетвером они, казалось, заполнили весь медблок. Даже для острого глаза горца их лица казались совершенно одинаковыми. Различать их можно было лишь по разнице в навеске на бронекостюме. Гуркх заметил, что солдаты тоже сначала не могли разобраться, где тот, который был здесь до этого. Но сориентировались они быстро. «Наверное, электроника помогла», – решил лейтенант. Полковник подбежал с докладом, но от него отмахнулись, как от надоедливой мухи. Потом людей и вовсе выгнали. Оставшись одни, зеленые окружили кресло и молча разглядывали горца. Потом заговорили на непонятном булькающем языке. «Похоже, спорят, – подумал Дхун. – Пусть только освободят…»

Нифлянцы словно услышали его – ленты ослабли и скользнули внутрь кресла. Мозг среагировал мгновенно, он вскочил и хотел отпрыгнуть в сторону, но вместо этого начал заваливаться на бок – тело, затекшее за время многочасового сидения, отказало ему. А медлительные на вид уродцы оказались совсем не такими – двое сразу подхватили его за руки и потащили к медмашине. Хватка была железной. Как только его забросили в капсулу, ремни снова сковали тело.

Крышка опустилась на место, отрезая джемадара от мира, и он провалился в забытье.

Он бежал вниз по узкой горной тропе, в некоторых местах срезал повороты, прыгая вниз со скальных обрывов. От этих длинных прыжков захватывало дух и хотелось радостно кричать во все горло. Он опять был первым, оставив братьев далеко позади. Но вдруг оказалось, что он перепутал место спуска и спрыгнул в пропасть. Сейчас он несся вниз, скользя по отвесной скале. Встречные выступы били и ломали тело, а до дна, скрытого в тумане, было еще бесконечно далеко. Боль от ран стала невыносимой, тело молило о смерти. Однако спуск все не кончался. «Он не кончится никогда», – подумал Дхун и очнулся.

«Я жив?» – он застонал. Боль в теле не проходила, наоборот, она стала еще сильней. Откуда-то сверху прилетел голос.

– Хочешь, чтобы все прошло?

– Я хочу умереть, – прохрипел он.

Сверху забулькало. Откуда-то он знал, что это смех. «На каком языке я говорю?» – жерновом провернулась мысль. И вдруг все кончилось – опять вернулась эйфория от победного бега в долину. Он открыл глаза и все вспомнил. Над ним нависла длинная голова с черными огромными глазами.

– Ожил? Теперь понял, что с тобой будет, если будешь сопротивляться?

– Пошел, ты! – голос стал нормальным и гуркх с удовольствием выдал свою коронную фразу.

Однако нифлянец даже не рассердился – он отвернулся и ушел вглубь комнаты. Над горцем мерцал светящийся потолок.

– Что будем с ним делать?

«Я точно стал понимать их», – убедился Дхун, слушая диалог зеленых.

– Мы узнали главное. ДНК показывает, что он оттуда, с запретной планеты, где черные яйца ставили свои эксперименты.

«Черные яйца» прозвучало особенно презрительно.

– Высшие не зря предупреждали, что эти последние особи еще добавят нам головной боли.

– Раздавим, – первый голос стал злым. – Мы победили самих Повелителей Звезд и забрали их силу, мы стали истинными Повелителями Звезд, нам ли переживать из-за этих букашек?

– Не забывай, с ними теперь Империя. И оттуда идут очень странные сообщения.

– О том, что эта легенда – Император – снова жив? Я не верю! Если бы это было так, Империя давно бы поглотила все окружающие миры. Вы же помните, что повелители готовили его именно для этого – для создания самой великой в истории Империи, готовой принять их знания.

– Ты прав, но сообщения все равно тревожные – исчезли уже несколько братьев.

– Прекрати! Мы лучшие воины в этом мире, падет и эта Империя. Если Высшие решили, что она на очереди – этот мир ничто не спасет.

– Я знаю, – быстро согласился тот, что тревожился. – Высшие мудры, а мы только оружие в их руках.

– Отправим его к ядру, пусть Высшие думают, что это такое.

– Поддерживаю.

– И я.

– Правильное решение, но я считаю, надо его еще раз допросить. Мы так ничего и не знаем о том человеке, из-за которого погиб брат и целый флот слуг.

– Ты про Сергея Кротова?

– Да. Похоже, эта особь будет похуже Императора.

– Ладно, давай выжми из него все, что сможешь. Еще один Император нам совсем ни к чему. Очень уж многое дали ему эти глупые предтечи.

Последняя мысль, перед тем как потерять сознание от боли была: «В следующей жизни я все равно появлюсь в родных горах».

Нифлянец повернулся к развалившимся в креслах соплеменникам.

– Вы все видели сами. Он или не чувствует боли, или он не человек. Ничего не сказал. Отправляем в центр. Там есть более сильные методы.

Нифлянцы не знали, что им не повезло, и они захватили в плен одного из тех землян, для кого преданность долгу и присяге до сих пор не стала пустым звуком, и для которого смерть означает только перерождение. Даже на той планете, где Повелители Звезд, старавшиеся вырастить универсальных бойцов, получили самые лучшие свои результаты – даже там таких осталось совсем мало.

Четыре человека прямо в кресле внесли лейтенанта в большую круглую каюту. Помещение было так ярко освещено, что Дхун зажмурился. Воины-люди опустили щитки шлемов. В центре под высоким балдахином стоял зеленокожий. Без бронекостюма, в ослепительно сверкавшей зеркальной мантии, спускавшейся с плеч до пола, он казался выше своих собратьев, оставшихся в крепости.

– Освободите его и покиньте нас.

– Повелитель, это опасно. Нас предупредили.

Нифлянец не стал слушать и нетерпеливо махнул рукой, выгоняя