Крайняя война - Сергей Юрьевич Михайлов

он, как все офицеры, остался на своей должности – нервничал, он не мог понять, почему Повелитель не прикажет уничтожить непонятно как пробравшийся на станцию десант. Он несколько раз пытался объяснить Повелителю Хое, чем грозит внезапная атака на какой-нибудь жизненно важный объект крепости. Однако тот отмахивался от генерала, словно тот говорил о какой-нибудь незаслуживающей внимания мелочи. «Похоже, я чего-то не знаю», – успокаивал себя офицер. Мысль о том, что Повелитель может ошибаться, даже не приходила ему в голову.

Месяц назад, после встречи с кораблем из карантина, он вдруг понял, что нет страшней врага, чем Империя, в войсках которой он прослужил всю жизнь, и главная его задача в этой жизни – уничтожить это драконово гнездо. Он продолжал также верно служить, как делал это уже много лет, используя весь свой опыт и знание военного искусства, однако служил теперь отнюдь не Империи. Если бы он мог критически оценить, что он делает сейчас, генерал пришел бы в ужас, но как раз этого он сделать не мог. Где-то в глубине подсознания у него прошел водораздел между прошлыми пятьюдесятью восемью годами жизни и месяцем новой прекрасной жизни. Теперь он прекрасно знал, что всю жизнь до этого он жил неправильно и должен своими действиями исправить это. Главное, ради чего стоило жить в этом мире, было служение делу Настоящих Повелителей Звезд. Он знал, что только раса Высших имеет право жить в этих мирах, и его слеза прошибала, когда он думал о великодушии Высших, разрешивших таким ничтожествам, как он и его подчиненные, служить великим целям великой расы.

Поэтому, поняв, что он зря беспокоится, он перепоручил дело своему заму, начальнику штаба полковнику Берили. Тот, хотя тоже безгранично верил в ум и тактическое мастерство Повелителя Хои, но на всякий случай приказал усилить охрану основных объектов – центра управления, артиллерийских складов, залов с реакторами и, главное, резиденции Повелителя. Кроме этого он отдал еще ряд приказов, точно таких же, как в любой армии мира. Космическая пехота заняла все ближайшие проходы к основным объектам, а спецназ был поднят по тревоге и в полной боевой готов был мгновенно прибыть в любой район станции.

Повелитель Хое не вдавался в эти мелочи. Он интересовался только тем, как «Тор» справляется со своей главной задачей – сдерживает ударный флот Империи. Осталось совсем немного времени до того, как армада флотов слуг под командованием высших пойдет сеять в Империи новую жизнь. Операция захвата Звездной Империи готовилась так тщательно и так долго, что сорвать её, допустив флот Империи к еще не до конца сформированному флоту вторжения, было смерти подобно. Хотя для нифлянцев смерть понятие относительное, но Хое, как и любой другой представитель древней расы, готов был ради процветания Ядра умереть, не задумываясь.

Однако в этот раз надо было жить и готовить Большой Прорыв. Хое конечно знал про появившийся на борту десант, но, быстро просчитав все варианты последствий этой атаки, понял, что она обречена на провал. Даже суперспецназ Империи, такой как Семнадцатый Батальон, имеющий в голове чипы самых последних модификаций, сможет сопротивляться воздействию поля не более двух – трех суток. Поняв, что все под контролем, он отбросил проблему, посчитав её решенной. На всякий случай была проведена операция по внедрению аппаратов захвата, но, когда она провалилась, он приказал свернуть всю активность в отношении десанта и только следить за его действиями: не надо тратить ресурсы и время на захват того, что и так через пару дней станет твоим.

После появления пленного все изменилось. Как только Хое узнал, что вражеский солдат не имеет чипа, он понял, что все гораздо серьезнее. И он принял единственно верное в этом случае решение – не стал сам придумывать, что делать, а соединил малый круг. Коллективный разум ячейки использовал все имеющиеся в его распоряжении ресурсы – была задействована не только ближняя память, но и средняя, и даже глубинная. Когда оказалось, что проблема, возможно, связана с такими факторами, как «Предтечи», «Император» и новодел «Сергей Кротов», дело было передано Высшим. Для помощи Хое на «Тор» отправились еще трое Повелителей.

Как раз в тот момент, когда земляне удивлялись тому, что им беспрепятственно разрешают бродить по станции, был отдан приказ на силовое решение проблемы. Поднятая по тревоге космическая пехота перекрывала направления возможных атак вражеского десанта, а спецназ выдвинулся для того, чтобы обойти диверсантов и перекрыть пути возможного отхода.

Берили посмотрел на голограмму и удовлетворенно потер руки – десант Империи был обречен. Ему было даже жалко этих солдат, не понимающих, против кого они хотят воевать, не знающих настоящего счастья служить Повелителям Звезд. Полковник, бывший всю жизнь штабистом до мозга костей, не замечал, что теперь стал мыслить вычурно и патетически, словно поэт. Если бы он мог обдумать, что с ним происходит, то наверняка бы понял, что он потерял часть своей жизни. То есть весь день, проведенный на службе, с подъема до возвращения в свою каюту, почти не отличался от дней прошлой жизни, до захвата крепости малолетней командой диверсантов. Но вот после службы, оставшись один, полковник не знал, что делать. Если раньше он подолгу разговаривал со своей семьей, оставшейся на спокойной плодородной Регии, или смотрел матчи команды Космической Пехоты по слоту, то теперь это его совсем не интересовало.

Он попросту забыл о родных, о своих увлечениях и обо всем остальном. Единственная побудительная сила, заставлявшая его жить, состояла в возможности служить Повелителям Звезд. На самом деле он, конечно, помнил, как он прожил жизнь, помнил свою молодую – на пятнадцать лет моложе его – жену и близняшек-сыновей, но относился к этому куску своей памяти как к чему-то чужеродному – ничего, кроме службы, не вызывало никаких эмоций. Он долго ужинал, потом садился в кресло в своей каюте и бездумно сидел, пока не наступало время сна. Тогда он ложился со счастливой улыбкой, думая о том, что завтра снова можно служить великому делу Повелителей.

Подобным образом вели себя все солдаты и офицеры гарнизона станции. Все связи – родственные, товарищеские, по интересам – все, кроме служебных, были разрушены и люди постепенно деградировали. Если бы не начавшийся бесконечный бой с эскадрой пятьдесят шестого флота, этот процесс двигался бы еще быстрей.

Повелитель Хое брезгливо отмечал эти признаки деградации, присущие всем захваченным расам. Все миры, которым они принесли настоящее знание, настоящую жизнь, все – одни раньше, другие позже – приходили в упадок. Так было с глубокой древности,