Сила любви - Керстин Гир

– А теперь перейдём к тебе.

Когда богиня снова обернулась, Нил уже встал и с готовностью пошёл к своему порталу.

– Я был не лучше Морены, – сказал он, глядя не на богиню, а на Жанну. – Я тоже совершал подлые поступки, чтобы сохранить свою власть. Надеюсь, мои дети будут лучше.

– По крайней мере, ты научился принимать собственные решения, – сказала богиня и сделала жест, который заставил поле перед Нилом мерцать. – Но и твоё время на Земле закончилось.

Выпрямив плечи и бросив последний взгляд на Жанну, Нил шагнул сквозь мерцающее поле, которое тут же поглотило его и распалось.

– Босс пытается свалить! – воскликнул кто-то в толпе, и мне показалось, что я узнал голос Кьелла-Сигге.

Я даже не видел, куда хотел убежать Фрей, но богиня, видимо, нашла его одной лишь силой мысли, потому что в следующее мгновение он уже стоял перед своим порталом, в ужасе глядя на богиню.

– Я совершал не только плохие поступки, напротив, этот мир мне очень обязан, – сказал он. – Я им…

Он не успел договорить, потому что богиня просто отправила его в портал взмахом руки.

Остались только Кассиан и Темис.

– Может, их пощадят, – прошептал я Матильде. – Они ведь сравнительно безобидны.

«Вовсе нет! Темис – самая злобная из них, – мрачно пробормотала Матильда. – Это она придумала украсть силу богини. И она лично… отправила меня в загробный мир. Или туда, где я сейчас нахожусь».

Я повернулся к ней лицом:

– Что?

Матильда кивнула:

«Но она не знала, что на самом деле делает нам одолжение. Звёздные врата можно открыть только с двух сторон. Мадам Мирабель примерно так и говорила».

– О, Кудряшка, – задыхаясь, сказал я.

«О боже. Это я там? – воскликнула она, и я заподозрил, что это был отвлекающий манёвр, чтобы я не разрыдался. Это сработало лишь наполовину. – Насколько жалкой я выгляжу? И почему именно Гектор должен меня нести?»

– Не смотри, – сказал я.

Комок в горле был настолько плотным, что я даже не мог пообещать ей, что вырву её тело из рук Гектора, как только всё закончится.

Пока мы разговаривали, Темис начала торговаться с богиней позади нас. Теперь она особенно напоминала свою реинкарнацию, которая утонула в зыбучих песках. Вот только у богини не было столько терпения, как у сфинкса. На середине фразы она подтолкнула Темис в мерцающее поле, мягко, но достаточно решительно.

Затем она повернулась к Кассиану, который, как и Нил, подошёл к своему мерцающему полю.

– Нет! Только не Кассиан, – громко произнёс я, и Кассиан остановился. – Он усвоил урок, и никто не сожалеет о содеянном больше, чем он сам.

Богиня кивнула:

– Ты считаешь, что он достоин той власти, которую жаждала получить Большая Пятёрка?

Я перевёл взгляд с богини на Кассиана, который медленно покачал головой.

– Не думаю, что кто-то должен обладать такой властью, – сказал я. – Но не стоит наказывать его ещё больше. Он лишь хочет иметь возможность помнить тех, кого любит.

Богиня подплыла к нам ближе.

– Похоже, вы хорошо понимаете, как может выглядеть мир, – почти пропела она голосом, напоминающим звучание арфы.

«Да!» – ответила Матильда, а я в это время пробормотал:

– Нет! То есть да, – быстро поправился я, увидев выражение её лица.

«Во-первых, нужно вернуть силу памяти, – твёрдым голосом сказала Матильда богине. – Во-вторых, все снова должны стать смертными, как было раньше».

Богиня снова кивнула:

– Бессмертие – это бремя, а не сила. Конец – это то, что придаёт жизни смысл.

«И я думаю, что будет лучше, если Грань и… материальный мир будут разделены, – продолжила Матильда, воодушевившись. – Потому что, если вдруг появятся дирижабли и острова, парящие в небе, я не думаю, что люди нормально отнесутся к подобному. К такому лучше привыкать постепенно. Она посмотрела на меня. – Верно?»

– Это правда, – сказал я. – Но на Грани должно быть больше справедливости, и каждый должен иметь возможность пользоваться силой фантазии.

– Да будет так, – ответила богиня.

– А ещё Гудрун и Гюнтер должны перестать издеваться над маленькими фиолетовыми человечками, – добавил я. – И Сирин с кровавыми волками должны обитать там, где они не смогут никому навредить.

«О да! – с энтузиазмом поддакнула мне Матильда. – И конечно, все существа должны иметь право голоса, а Совет должен избираться демократическим путём. И может быть, эти листочки с лицами людей, которые можно встретить на Грани, можно сделать видимыми для всех людей, тогда они будут дважды думать, прежде чем срубить дерево. Может быть, возможно назначить демонов, которые будут защищать тропические леса».

Но богиня, очевидно, услышала достаточно: она уже повернулась к остальным:

– В отличие от моих учеников вы все получаете второй шанс – что бы вы ни делали раньше, отныне вы можете выбрать правильный путь и помочь сделать ваш мир лучше.

Следующие её слова прошли мимо моих ушей, я просто смотрел на Матильду и жалел, что не могу остановить время. Ведь каждое слово богини приближало наше прощание.

«Тебе лучше послушать, – прошептала Матильда. – Ведь не каждый день богиня обращается к тебе лично. И я не хочу, чтобы через семьдесят лет нам сказали, что мы не сможем встретиться снова, потому что ты испортил отношения с небесами».

Я скривил губы в ухмылке:

– Может, я уйду в монастырь до конца своих дней. У Дэва, говорят, есть местечко. Я слышал, у них вкусные ягоды годжи.

«Семьдесят лет пролетят незаметно, – тихо сказала Матильда. – Передай Юли, что я… всегда буду присматривать за ней, если смогу. И что если у неё когда-нибудь будет ребёнок, пусть она не называет его Кьелл-Сигге».

Я больше не мог этого выносить.

– Если эта богиня настолько всемогуща, что может создавать звёздные врата и порталы в другие миры одним щелчком пальцев, почему она так жестока, что собирается разлучить нас? – выпалил я, да так громко, что богиня замолчала. Я чувствовал, что все смотрят на меня, но мой взгляд был прикован к Матильде. – Почему я не могу хотя бы пойти с вами?

Богиня снова придвинулась к нам:

– Ты уже доказал ранее, что можешь принять то, что нельзя изменить, избранный. Готова ли ты, Матильда?

Матильда уже собиралась что-то сказать, но я её опередил.

– Во время испытаний я также узнал, что иногда лучше подвергать всё сомнению и не следовать слепо приказам, даже если они исходят от богини. Особенно если они исходят от богини. Которая настолько всемогуща, что может просто вернуть мою девушку к жизни! – крикнул я.

«Всё в порядке, Квинн. Я знала, на что иду. – Матильда посмотрела на богиню. – И я готова», – твёрдо сказала она.

Богиня кивнула. Я понял,