"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

— ВЫ СНОВА ОБЕ СГОВОРИЛИСЬ, ЧТО ЛИ⁈ ИЗДЕВАЕТЕСЬ НАДО МНОЙ⁈ — зло заревел судья Пламени, а после ткнул подобием конечности в сферу. — ПОСМОТРИТЕ САМИ! ОН УЖЕ НА ГРАНИ И ЕДВА СДЕРЖИВАЕТСЯ! ЕМУ ОСТАЛОСЬ СОВСЕМ НЕДОЛГО! НУЖНО ОТПРАВИТЬ КОГО-НИБУДЬ, ЧТОБЫ С НИМ РАЗОБРАЛИСЬ…

— Но мальчишки всё еще держится, — невозмутимо отметила судья Смерти, перебивая собеседника.

— А ЕСЛИ ОПУСТОШИТЕЛЬ ВОЗМЁТ КОНТРОЛЬ НАД ЕГО ТЕЛОМ⁈ ЧТО ЕСЛИ ОН ПРОИГРАЕТ⁈ И ЭТО Я МОЛЧУ О ТОМ, ЧТО ОН ВСЁ ЧАЩЕ ПРИБЕГАЕТ К ЗАПРЕТНЫМ ЗНАНИЯМ! МАЛО ТОГО, ЧТО ЩЕНОК ПЕРЕПЛЕТАЕТ ИСТОЧНИКИ МЕЖДУ СОБОЙ, ТАК ОН УЖЕ СПЛЕТАЕТ ТРИ СТИХИИ В ЕДИНЫЙ ПОТОК! ТРИ! ДА В ДРУГИХ МИРАХ, ЧТО НАМ ПОДКОНТРОЛЬНЫ, ЕГО БЫ ДАВНО УНИЧТОЖИЛИ! А ВЕДЬ Я ГОВОРИЛ, ЧТО ЕГО ПАПАШУ И МАМАШУ НУЖНО БЫЛО УНИЧТОЖИТЬ СРАЗУ ЖЕ!

— Уймись, Огонь, — лениво взмахнула ладонью Жизнь, с улыбкой глядя на сферу с мельтешащими в нём изображениями. — Мальчишка мне по душе. Столько лет держаться лишь на одной силе воли очень многого стоит.

— ДА ЧТОБ ВАС ОБЕИХ АСТРАЛ ПОЖРАЛ! Я ПОНИМАЮ ЕЩЕ ВЕЧНО АПАТИЧНУЮ СМЕРТЬ, НО ТЫ-ТО, ЖИЗНЬ, КУДА СМОТРИШЬ⁈ ОН ЖЕ КОВЕРКАЕТ ТВОЮ СТИХИЮ НА ГЛАЗАХ!

— Мальчик использует лишь тёмную часть Жизни, только и всего. Я совсем не против. Порой за ним очень интересно наблюдать, — беззаботно улыбнулась судья Жизни, но затем ни с того, ни с сего закатила глаза. — Да, точно! За ним гораздо интереснее наблюдать, чем за его оборзевшим папашей-жизнененавистником.

— Вынуждена признать, что хранитель Земли и Бездна постарались, — с толикой похвалы заключила Смерть. — Произвести на свет то, что считалось невозможным дорогого стоит. Наверное, они еще оба не понимают какое сокровище породили.

— С-сокровище⁈ — от услышанного Огонь опешил и голос его стал тише, но практически сразу он вновь вышел из себя. — МНЕ ПОСЛЫШАЛОСЬ ИЛИ ВЫ СКАЗАЛИ СОКРОВИЩЕ⁈ ЕСЛИ ВАШЕ СОКРОВИЩЕ ВПАДЁТ В КРАЙНЮЮ СТЕПЕНЬ ОДЕРЖИМОСТИ, ТО МЫ МОЖЕМ НЕДОСЧИТАТЬСЯ НЕСКОЛЬКИХ МИРОВ! А ПОКА УГРОЗА НЕ ДОРАСТЕТ ДО МАСШТАБОВ ЦЕЛОГО МИРОЗДАНИЯ МЫ НЕ ВПРАВЕ ВМЕШИВАТЬСЯ! ВЫ ХОТЬ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ТВОРИТЕ⁈ ХОТИТЕ ПОЖЕРТВОВАТЬ НЕСКОЛЬКИМИ МИРАМИ, ЧТОБЫ ПРОСТО ПОСМОТРЕТЬ⁈

— Мы понимаем, Огонь, — тихо рассмеялась Жизнь. — Более чем понимаем.

— И мы также понимаем, что мальчик еще не готов, — поддакнула невозмутимо Смерть. — Еще рано. Слишком рано. Время не пришло.

— ЧТО⁈ К ЧЕМУ ОН НЕ ГОТОВ⁈ ПОЧЕМУ ЕЩЕ РАНО⁈ — вновь продолжил ярится Огонь, но внезапно он притих и вновь бросил взор на застывшую сферу с изображением бледного юноши, а всё свирепствующее пламя стало гаснуть, потому как его озарила пугающая догадка. — Нет! Невозможно! Да вы же специально ничего не делаете. Вы же намерено ждёте! Только не говорите мне, что вы обе хотите использовать его против тех, о ком я думаю…

Вот только чем дольше он смотрел на Жизнь и Смерть, тем быстрее росло его изумление и шок.

— Так нельзя! — запротестовал Огонь, бросившись к столу и чувствуя неладное. — Только не его! ТОЧНО НЕ ЕГО!

— А я уж думала, когда ты догадаешься, — чуть громче рассмеялась Жизнь, глядя с превосходством на судью Пламени. — Он превосходный вариант. Само собой, если справится.

— ВЫ ОБЕ СУМАСШЕДШИЕ! — заревел раненым вепрем Огонь. — ЭТО ВЫХОДИТ ЗА РАМКИ ВАШИХ ПОЛНОМОЧИЙ! ТАКОЕ РЕШАТЬ НЕОБХОДИМО СООБЩА!

— Зачем будить и тревожить остальных? — вопросила невозмутимо Смерть. — Нас троих будет вполне достаточно. На крайний случай пробудим судью Времени. Ну а если мальчишка не справится, то можешь послать кого-нибудь из своих, чтобы с ним покончили. Ты же сам сказал, что его надобно уничтожить. Но сейчас, Пламя, сейчас со всеми своими способностями он просто превосходный кандидат на ту самую роль, что ему отныне отведена…

Вел Павлов

Эпоха Опустошителя. Том XII — Часть II

Пролог…

Пролог.

Инферно. Манор Разрушения.

Великий город Эреб.

Цитадель правления Аббадона Разрушителя.

В сотнях метрах под цитаделью.

Некоторое время назад…

Гатаг не любил данное место. Терпеть не мог его с рождения. Оно вызывало у него рвотные позывы и ноль целых ноль десятых положительных воспоминаний. Ведь именно в этих проклятых руинах сгинула его родная мать из-за деяний отца, которого он ненавидел практически столько, сколько себя помнил.

Чем дольше молодой архидемон размышлял над последними событиями и своим существованием, тем шире становилась его мрачная ухмылка. Для некоторых, как и для него самого, его собственная жизнь являлась всего-навсего какой-то насмешкой судьбы, не иначе.

Гатаг являлся вторым сыном из двух. Первым сыном Аббадона Разрушителя был Гарон. Именно в Гарона его ублюдочный отец вкладывал всю свою злобу, ярость, силу, опыт и знания. Именно Гарон должен был стать следующим владыкой Разрушения. С осознанного возраста Гатагу доставались только крошки со стола вкупе с презрительными взглядами. Его воспитанием занималась покойная мать и её поверенные, а отца он видел только изредка. Но внезапно мать пропала, после начали исчезать её доверенные лица, а под конец стало уже слишком поздно. Характер юного диабала полностью сформировался, а его же старший брат подался во все тяжкие, которые не мог простить даже Аббадон. Гарона изгнали в Геенну Огненную на смерть, и младший сын по стечению огромного количества роковых обстоятельств стал главным наследником.

Ох, кто бы знал, как Гатаг ликовал в душе, когда на кровавую свадьбу явился Последователь Проклятых. Знал бы кто, как радовался он, когда воочию увидел смерть Дамариса Осквернителя. И кто бы знал, как он был счастлив, когда увидел мимолётный страх в глазах отца при виде наследника Пятой Династии.

Тот день он не забудет никогда. Ведь именно тогда, благодаря вмешательству Ваерса Пустого, началось его стремительное восхождение на престол манора. Именно Демон Великой Сотни заставил отца уйти в тень. Из-за страха быть раскрытым он решил отступить. Да, сила манора, которая таилась в глубинах земель Разрушения еще не перешла под контроль юного диабала и все еще находилась во власти Аббадона, но сейчас Гатаг делал всё, чтобы дорваться до неё. Прямо сейчас ему приходилось заниматься самой мерзопакостной и отвратительной работой на свете — подчиняться отцу и творить вещи, которые он презирал и ненавидел всем сердцем.

Кровью начало сквозить где-то на пятидесяти метрах. На восьмидесяти стало тяжело дышать. На девяноста метрах к смраду крови прибавилась мерзкая вонь разнообразной плоти. На ста же метрах подъёмник прекратил движение, а стоило дверцам отъехать в сторону, как перед глазами Гатага образовалась чудовищная картина, которая была не для слабонервных.

Трупы и кровь находились повсюду. Разумных различных рас, как и многих неугодных демонов