Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

выглянул из окна своего кабинета. Внизу очередной кортеж как раз проходил сквозь ворота Командории. Судя по большому количеству штандартов, украшенных солнечными крестами, он принадлежал Вериниусу Набожному.

– Еще князь Ульрик с семьей, и будет комплект, – сказал Эдвин, усаживаясь на обитую бархатом скамью близ Люциуса. – Четырнадцать сильнейших магнатов Границы под одной крышей. Уже имеем четыре драки и одну попытку заколоть стилетом, а ведь еще даже сами переговоры не начались.

– Магнус и Вульф сумеют поддержать порядок, – заверил командор, возвращаясь за свой стол. – У нас тем временем есть проблема посерьезнее. – Он вынул из ящичка письмо. – Сегодня утром прибыл гонец, письмо от Маркуса Странника, хотя мне кажется, что на самом деле его продиктовал король Гракх.

– Дурные вести, – догадался Люциус.

– Судя по всему, боги обернулись против нас. Буквально. Жрецы из какого-то очень важного склавянского храма объявили, что вторжение Драконобоя получило благословение и наверняка закончится великой победой.

– Да, и мы даже знаем, какой конкретно богини благословение, – сказал Монах. – Но я все же думаю, что нам удастся сдержать Антум, пока она не успела реально повлиять на…

– Ее фактическое влияние не имеет тут значения, – прервал Эверсон. – Значение имеет тот факт, что склавяне поверили жрецам. Люди массово записываются в этот набег. Даже Гракху пришлось позволить половине своей армии отправиться на запад, потому что иначе был риск бунта.

– Известно, о каких цифрах идет речь?

– Вплоть до двадцати тысяч.

– Это в два раза больше, чем то, на что мы рассчитывали. – Эдвин сорвался с кресла. – Вчетверо больше, чем имел Белбог. Этим идиотам договориться бы и соединить силы, чтобы хоть как-то сравняться. – Он нервно закружился по комнате, отбивая пальцами ритм по мебели. Внезапно остановился и взглянул на собеседников. – Но ведь это же не имеет значения, правда? То есть мы безусловно хотели бы, чтобы наши победили, но в конечном счете это неважно, если в конце концов все же состоятся мирные переговоры. С этой точки зрения результат менее значим, чем размер резни.

– Это довольно мрачный взгляд на ситуацию, – скептически заметил Люциус.

– Но верный. Правда же, Князь?

Натаниэль ответил не сразу. Задумчиво смотрел на свой золотой перстень.

– Да, ты прав, – сказал он наконец. – Победа никогда не была нашей целью. Чем больше резня, тем лучше для наших планов. Но все это не наша вина. Не мы развязали эту войну, и не нам в ней сражаться. Просто постараемся направить ситуацию так, чтобы в итоге вышло что-то хорошее. Давайте не переоценивать наши действительные возможности. Мы пробуем всего лишь оседлать бурю.

– Но мы и не пробуем ее остановить, – заметил ученый. – Ты думаешь, история не поставит нам этого в вину?

– Если наш план удастся, то историки никогда не узнают, что мы сделали. А хронисты напишут, что здравый смысл восторжествовал.

Эдвин рассмеялся.

– Прежде чем приписывать заслуги здравому смыслу, сперва давайте посмотрим, почтит ли он своим присутствием завтрашние переговоры.

* * *

Переговоры были для Магнуса исключительно раздражающим мероприятием. Все представление происходило в главном зале, где основные персонажи драмы собрались вокруг большого стола.

Эдвин и Люциус потратили несколько дней, пытаясь разместить гостей за столом так, чтобы создавать как можно меньше конфликтов. Как оказалось, впустую. Магнаты Границы пренебрегли расставленными карточками с именами и уселись там, где им захотелось. Возможно, это было следствием неграмотности, а возможно – обычного упрямства. Так или иначе, но уже рассадка вызвала шумные споры – еще до того, как Натаниэль открыл заседание. А когда все же удалось вернуть порядок и рассадить всех по указанным местам, уже настала пора перекусить.

Когда все закончили трапезу, Эверсону удалось наконец официально поприветствовать собравшихся и обрисовать ситуацию, в которой оказались. К сожалению, лишь только он закончил, зал опять погрузился в хаос воплей, ругательств и взаимных претензий, щедро сдобренных алкоголем. В конечном счете тема склавян этим вечером даже не возникла в обсуждении.

На второй день пошло чуть лучше. На этот раз участники конференции признали, что над их уголком света нависла некая внешняя угроза. И, к сожалению, на этом и остановились. Остаток встречи ушел на разбор всяческих внутренних недоразумений, а Натаниэль из организатора встречи превратился в переговорщика и арбитра.

– Я таки спрашиваю в таком случае, что с нашей коровой? – вопросил князь Карстен из Красного Двора, в гневе ударив кулаком по столу.

– Опять эта чушь, – ответил Евгениус Великолепный, демонстративно увлеченный перстнями на своих пальцах. – Мало твоих людей уже из-за этого погибло? А может, нам снова вас одолеть в битве?

– Вы сошлись в битве из-за коровы? – не мог поверить Натаниэль.

Магнус заметил вопросительный взгляд друга и с некоторым смущением подтвердил кивком головы.

– Из-за кражи, – поправил Карстен. – Дерзкого и ужасного преступления.

– Господи, это была обычная буренка, – прервал его Евгениус. – И то твои подданные первыми пошли на грабеж, мои только вернули свою собственность. А что при этом случайно труп образовался, то так преступнику и надо было.

– Ложь, фальшь и сплошной обман!

– Наичистейшая правда! – властитель Роева не сумел дольше удерживать маску равнодушия. – Ты уже триста своих людей положил в битве по этому поводу, может, хватит с вас?

– А пленные, которых ты после битвы взял?

– Заложники. Они обеспечивают уверенность, что ты больше такой глупости не совершишь.

– У меня есть предложение, – вмешался начальник командории, пока дискуссия не вышла из-под контроля. – Роев вернет заложников, а в обмен на это Красный Двор откажется от прав на… корову.

– Да не в скотине дело, все равно яловая была, тут вопрос чести, – сопротивлялся Карстен.

– Да и к тому же нет давно уже той коровы, – добавил Евгениус. – Мы ее съели на пиру в честь победы.

Мужчины были готовы буквально броситься друг на друга. Наблюдающий за этим Магнус вынужден был сдерживать желание схватить обоих за шкирку и выкинуть в окно. Ограничился вместо этого злобным взглядом в сторону князя Одона.

– Вы тут о какой-то скотине спорите, а этот хрен Вериниус у меня попа украл! – вступил в разговор Торкин.

– Чушь, он сам предпочел перейти в Агнцево Поле, чем торчать среди этих безбожников с Волчьего Моста, – защищался упомянутый.

– А я теперь своим мужикам что скажу? Уже мне жалуются, что в ад попадут. Да и жена мне тоже дырку в голове сверлит. Знаешь, как трудно в этом проклятом краю найти приличного священника? Такого, чтобы не заикался через слово.

– Надо было своего беречь. Построить ему настоящую церковь, а не велеть службы служить в грязном амбаре.

– Я к тебе не лезу, когда ты девок сжигаешь, и ты меня не