Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

– Они отведают стали Самкиэля, если только попытаются, – сказал Орим.

Савис кивнул в знак согласия, прежде чем натянуть на голову плотный капюшон. Он поправил плащ, скрывая свои хвосты, и застегнул застежку на шее.

– Когда они закончат, скажи им, куда я ушел, ладно, Судьба? Я знаю кое-кого, кто бы присоединился к Губителю Мира, – сказал он и вышел из комнаты, не дождавшись ответа.

Орим заметно расслабился.

– Боишься К'винеков? – спросил я.

Шум наверху достиг апогея, и Орим переступил с ноги на ногу.

– Я слышал истории, как они превращаются в огромных чудовищ. Их клыки острее стали, а свирепость в бою сравнима с Иг'Моррутеном. Я бы предпочел, чтобы все мои конечности остались при мне.

Я повернулся к потерянному эльфийскому принцу, который совершенно не подозревал о своих происхождении или судьбе, и улыбнулся.

– Я бы не беспокоился о К'винеках.

Наши взгляды встретились, в его глазах застыл немой вопрос:

– А о ком мне беспокоиться?

Деревянный потолок с треском провалился. Самкиэль и Дианна упали сверху. Вода выплеснулась из ванны, и балки треснули от веса и силы удара. Самкиэль крепко держался за край ванны, а широкая улыбка Дианны померкла. Она спряталась за своего короля, а ее щеки порозовели от удовольствия и смущения.

– Простите.

50

Камилла

Я проснулась от толчка, пот стекал у меня по лицу, а волосы прилипли к коже. Меня бросало то в жар, то в холод, я схватилась рукой за одежду на груди и сделала вдох. В коридоре послышался звук торопливых шагов – все мои чувства обострились. Я чувствовала, как напряжение в воздухе нарастало, как густой туман, дворец гудел. Небеса раскололись. Я вскочила с кровати, быстро надела платье и туфли и выскочила из комнаты. Стражников снаружи не было, покои Винсента тоже были пусты.

Я сбежала по ступенькам – во дворце царила суматоха.

Что происходит?

– Камилла? – Хильма позвала меня откуда-то сзади. Я повернулась, когда она бросилась ко мне.

– О, как хорошо, что ты уже проснулась.

– Как будто поспишь тут. Что происходит?

– А ты не слышала? – Ее глаза были размером с блюдца.

– Слышала что?

– Иг'Моррутен уничтожила всю армию Нисмеры. Горы Фладжерана исчезли вместе с тюрьмой. Все еще собирают останки, и я не знаю, есть ли среди них Винсент…

Она продолжала говорить, но для меня весь мир затих.

Я никак не могла его найти. Я теребила свое ожерелье, спеша в кабинет Нисмеры. Она должна знать, где он. Я шла вплотную за генералами, с которыми она разговаривала, – как тень, которую невозможно заметить. Один генерал обернулся, будто меня почувствовал, а тот, что стоял рядом, толкнул его локтем, чтобы он не сбавлял шаг.

Он провел рукой в золотой броне по шее и прошептал:

– Мне кажется, я почувствовал что-то сзади.

Мы завернули за угол в длинный, чересчур украшенный зал, который вел в комнату для совещаний. Два стражника открыли огромную вычурную дверь, и Нисмера вошла внутрь. Я проскользнула мимо и скрылась в темном углу. Она направила свою серебристую силу на факелы на стене, осветив огромное помещение.

– Левиафан, – обратилась она к высокому, худощавому члену Ордена, когда он склонил голову, – пожалуйста, скажи мне что-нибудь хорошее.

– Хотелось бы мне, ваше величество, но, боюсь, хороших новостей у нас нет.

Нисмера вздохнула, когда один из охранников придержал для нее кресло, и длинные прозрачные рукава ее расшитого драгоценностями платья затрепетали, когда она села.

– Тюрьма?

– Уничтожена, – сказал Левиафан, тоже опускаясь на стул. – От нее остались только руины, как и от горных склонов.

Она сложила пальцы домиком и наклонилась над столом.

– А член Руки?

– Исчез, моя госпожа. Никто не сообщал о лазурном свечении в небе.

Член Руки? Исчез? Она имела в виду Винсента? Поэтому я не могу его найти?

Нисмера провела рукой по лицу перед тем, как ударить об стол, под которым мелькнула молния.

– Око сочтет это за бунт – еще одна точка опоры, которую, как им кажется, они получили. – Нисмера встретилась взглядом с Левиафаном. – Она становится проблемой.

– Уже давно.

Нисмера перевела дух.

– Мне следовало убить ее еще в утробе матери, когда у меня был шанс. Сейчас она в очередной раз путается под ногами.

– Не бойтесь, ваше величество. Пусть Каден осуществит свой план, и тогда вы получите то, что желали.

Она постучала ногтями по столу.

– Возможно.

– Если Судьба все еще с ней, она может быть на шаг впереди нас.

– Я пыталась убить Судьбу, но Винсент вернулся ни с чем.

Мое сердце дрогнуло. Он был здесь? Но ведь я уже искала его в медицинском крыле и по всему дворцу, где же он?

– Он вернулся из лазарета в Пайк-Бей несколько минут назад. Мы приставили к нему стражников, которые сопроводили его в его покои. Боюсь, он все еще не в форме. У нас не было возможности найти новых целителей с тех пор, как разрушили Нефритовый город.

Она махнула рукой, глядя из окна своего военного кабинета.

– Он – не более чем пушечное мясо. Он меня не волнует. Она – вот что меня беспокоит. Мое правление пошатнется, если меня заподозрят в слабости. Потерять эту тюрьму – значит проявить слабость, потерять мою армию – значит проявить слабость, потерять своего генерала – значит проявить слабость.

Сердце в груди сжалось. Винсент предал свою семью, чуть не погиб из-за нее, а она говорит так, будто он ничего для нее не значит. Я с трудом сдерживала бурлящую во мне злость. Я ее ненавидела.

– Вы имеете дело не с простым мятежником, мой король. Она была, по сути, королевой Раширима. Она должна была править всем. Поэтому она… – Голова Левиафана взорвалась – кровь и мозги разлетелись во все стороны.

Элианна вскрикнула и схватила свои записи в охапку. Другие советники замерли, не смея произнести и слова.

Глаза Нисмеры приняли привычный оттенок, и серебристая магия, что в них горела, утихла.

– Роллус, – объявила она.

Мужчина, сидевший слева от тела Левиафана, встал; его волосы, лицо и одежда были заляпаны кровью.

– Теперь ты глава Ордена. Пожалуйста, не будь как Левиафан.

– Да, моя госпожа.

Роллус поклонился, его тело слегка дрожало.

– И больше никаких разговоров о других правителях. Я ваша королева. Единственная. Понятно?

Все головы в кабинете склонились, даже стражники опустили взгляд в пол.

– Каков наш следующий шаг?

Роллус сглотнул, потянувшись к папке, лежащей перед креслом Левиафана. Он открыл ее и откашлялся перед тем, как начать говорить.

– Король Квинурала