В погоне за Луной. Том 2 - Син Лин

Воспользовавшись этим, Чун Чжао взмахнул мечом и рассек плечо Фань Юэ.

– Яогуай! – Сердце Бай Шо сжалось от боли, она хотела прорваться за барьер, но Фань Юэ тут же усилил его.

– Не подходи! – взревел он.

Чун Чжао замер в воздухе.

– А-Шо, тебе не остановить наш поединок, – проговорил он.

Тело Чун Чжао окутала густая черная дымка. Бай Шо не могла поверить собственным глазам.

– Ты совершенствуешь силу тьмы? А-Чжао, как ты мог дойти до такого?!

– Когда я был бессмертным, было ли до меня кому-то дело в Трех Царствах? Если Небо и Земля ненавидят меня, какая разница, какую силу я совершенствую? – холодно ответил Чун Чжао и вдруг посмотрел на Бай Шо с непривычной нежностью. – Раз уж ты здесь, бэнь-цзюнь хочет знать: когда закончится поединок, кого ты надеешься увидеть выжившим?

Фань Юэ не сводил глаз с Бай Шо. А она, заливаясь слезами, переводила взгляд с одного окровавленного воина на другого.

– Почему кто-то должен умереть? Неужели жить – это так плохо?! Зачем вам этот проклятый императорский трон?! Зачем вам Три Царства?! Почему вы должны сражаться насмерть?!

Бай Шо от злости молотила кулачками о барьер.

– Выпустите меня!

Чун Чжао слабо улыбнулся.

– Боюсь, ты последняя в Трех Царствах, кто считает, что я должен жить. Неважно, чем закончится этот поединок. Неважно, жив я буду или мертв, – я не стою твоих забот.

С этими словами Чун Чжао замахнулся мечом и бросился на Фань Юэ.

– Хозяин дворца Ясной луны, сражайся! – воскликнул он, и голос его был подобен раскатам грома. – Сражайся!

Фань Юэ замахнулся Цепью Опустошения, и два потока божественной энергии вновь столкнулись в наэлектризованном воздухе. Удар был такой силы, что меч Чун Чжао обратился в пыль. С того момента, как он поглотил душу Чжэнь Юя, прошло не так много времени. Его разум и душа до сих пор были нестабильны.

Глаза Фань Юэ вспыхнули, он замахнулся и направил новый поток в лоб Чун Чжао.

Небо и землю озарил алый божественный свет. В глазах Чун Чжао не было и тени страха – лишь надежда на долгожданную свободу. Он вложил все силы в поединок и теперь ничуть не заботился о том, выживет он или погибнет. Это просто не имело значения.

Все, что он делал, было не напрасно. Да, он не получил трон императора демонов. Да, он был простым смертным. Но он прошел свой путь рядом с Бай Шо.

«А-Шо, сегодня я умру. И даже много лет спустя ты будешь скучать по мне…» – подумал Чун Чжао и медленно закрыл глаза.

Снова вспыхнул божественный свет, но ожидаемого уничтожения души полубога не произошло. Чун Чжао открыл глаза и увидел нечто невероятное.

Из груди хозяина дворца Ясной луны торчал меч, на лице его застыло удивление. Фань Юэ медленно повернул голову.

– Никто не смеет причинить вред А-Чжао!

Позади Фань Юэ стояла Бай Шо. Она сжимала духовный меч, преобразованный из половины души, которую ей передал Фань Юэ, – единственное божественное оружие, которое могло ему навредить и которое он доверчиво передал той, ради кого был готов отказаться от трона, от воспоминаний и даже от самой жизни.

Из его груди заструилась кровь, в холодных глазах заискрились тысячи невысказанных слов. Он медленно протянул руку, коснулся лица Бай Шо, и в тот же миг тело его начало постепенно становиться прозрачным.

Взгляд Бай Шо вновь потеплел, и из ее лба вылетело облачко черной энергии. Девушка посмотрела на свои руки, сжимавшие духовный меч, и застыла от ужаса.

– Значит, ты выбрала не меня, – глухо рассмеялся Фань Юэ. Из уголка его рта потекла струйка крови, в глазах заблестели слезы.

– Яогуай! – раздался горестный крик. Бай Шо хотела обнять своего Муму, но тело его обратилось в пепел. Последнее, что она запомнила, – исполненный глубокой печали взгляд Фань Юэ.

Бай Шо стояла, не шелохнувшись, словно не осознавая, что произошло. Она только что собственными руками убила любимого. Она сошла с ума!

– А-Шо, нет! – закричал Чун Чжао. – Что ты натворила! Какая ужасная ошибка!

Когда погиб Фань Юэ, защитный барьер над горой Пурпурной луны рассеялся. Хозяин дворца Холодного источника больше не скрывал присутствия в нем темной силы. Со всех Трех Царств на гору полетели бесчисленные духовные огни.

– Чун Чжао! Гора Пурпурной луны открыта! Сюда прибывают бессмертные из Небесного дворца! – с тревогой сказала Фулин.

Но Чун Чжао ничего не замечал, кроме лежащей на его руках Бай Шо.

– Зачем? Зачем ты это сделала?

– А-Чжао, учитель отдал свою жизнь в обмен на твою, чтобы ты забыл о ненависти, – прошептала Бай Шо. Она порывисто схватила Чун Чжао за руку и влила в его сосуд всю духовную силу, которую ей дал Фань Юэ.

Из духовного сосуда Чун Чжао вырвалось бесчисленное множество злых духов. Он взревел от невыносимой боли. Фулин хотела вмешаться, но мощный божественный свет сбил ее с ног. Темная сила покинула тело Чун Чжао, и взгляд его снова прояснился.

А на его руках медленно угасала Бай Шо.

– А-Шо, А-Шо… – Чун Чжао прижимал девушку к себе, тщетно стараясь вернуть ее к жизни своей духовной силой.

– А-Чжао не поможет… Мой сосуд сломан… Я соскучилась по родителям и А-Си… Я так хочу домой!

Бай Шо нежно улыбнулась и тепло взглянула на Чун Чжао. Тот кивнул и, взяв девушку на руки, встал.

– Чун Чжао! – позвала его Фулин, но тот сделал вид, что не слышит. Прижимая к себе Бай Шо, он медленно пошел прочь от горы. Бессмертные хотели остановить его, но Цзиньяо позволил ему уйти.

– Отпустите его. В нем не осталось ни капли зла.

Чун Чжао посмотрел на Бай Шо, обратился вместе с ней в поток света и устремился в мир людей.

Убитая горем Фулин хотела броситься следом, но Цзиньяо поймал ее духовным лучом света.

– Дитя, не нужно. Тебе его не удержать.

Фулин упала на колени и горько улыбнулась.

Один день бессмертного равен году в человеческом мире. Жизнь течет, сменяются династии. Чун Чжао принес Бай Шо к семейной усыпальнице семьи Бай.

Бай Шо знала, чьи могилы она там найдет.

Она с трудом встала, выпила три чарки вина, отдала три поклона, а затем прислонилась спиной к надгробию Бай Сюня.

– Папа, я вернулась.

Взгляд Бай Шо, исполненный скорби и вины, затуманился. Вдруг она увидела перед собой призрак отца.

– Дитя, ты стала бессмертной? – спросил он.

– Если в сердце нет добра, человек становится приспешником тьмы. Папочка, я не смогла стать бессмертной. Мне так стыдно…

– Смертная ты или бессмертная – неважно. Ты всегда остаешься моей дочерью, – вздохнул