Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

силу, Мушкила привёл кобылу за собой к Санче. В заросли по руслу ручья кобыла идти не хотела, что неудивительно. Кусты росли густо, а дно ручья было выстлано булыжниками, на которых существовал риск переломать ноги. Мушкила поступил как двуногий. Кобыла была осёдлана, так что жеребец взял пастью повод и повёл кобылу за собой. Привычка идти в поводу сработала, и кобыла пошла следом.

Санча, заслышав шум в зарослях ручья, всполошилась. Слишком много шума для одного жеребца, но скрыться ей было некуда, разве что подняться по ручью ещё выше. Так Санча и поступила, из кустов наблюдая за площадкой.

Мушкила, выбравшись на площадку, оглянулся по сторонам и тихонько всхрапнул. Девушка вышла, как только убедилась, что, кроме двух лошадей, больше никого нет.

Что от неё требовалось, Санча поняла сразу и принялась рассёдлывать кобылу, перебирая вещи.

— Шоссы (17)! — искренняя радость слышалась в возгласе Санчи, обнаружившей в небольшом вьюке необходимые для себя «тряпки».

Дополнительно к шоссам в поклаже обнаружились пара наконечников для дротиков, оселок для заточки, войлочная попона, служившая воину походной постелью, пара луковиц, чёрствая лепёшка и небольшой бурдюк с водой, разбавленной вином. По словам Санчи, вино для разбавления использовалось дрянное, поэтому девушка вылила содержимой бурдюка в ручей без сожаления. Чистой воды было вдосталь, а в дорогу у неё оставалось вино, которое она сможет добавить в бурдюк с водой, чтобы быстро не испортилась на жаре.

Попутно с сортировкой вещей, которая много времени не заняла, Санча делилась с конём результатом своих размышлений в одиночестве. Конечно же, о самом необходимом в данный момент.

— Я придумала, как мне узнать ваше имя. Я буду перечислять буквы… это такие звуки, не совсем, конечно… неважно. А вы остановите, когда совпадёт с первой буквой, то есть звуком вашего имени. Потом я добавлю следующую букву и так смогу разгадать всё имя. Хорошо придумала?

Ответ коня Санчу словно не интересовал, она даже не обернулась на него, приступив к перечислению букв латинского алфавита. Другого в этих краях не знали.

То ли буквы Санчи отличались от звуков, то ли Мушкила неудачно пытался сопоставить звуки с арабскими буквами, но занятие это убило прилично времени, пока Санча вышла на искомое имя. Девушка произносила имя с ударением на первый слог. Неправильность ударения жеребец до «собеседницы» довести не мог, так и осталось.

— Мушкила… какое странное имя. А что оно значит? — добиваться ответа тем же методом Санча не стала. Слишком муторным оказался способ. Мушкила же пояснить всё равно не смог бы — не знал ещё нужных слов.

Чёрствую лепёшку девушка разделила пополам, но Мушкила отказался, прекрасно понимая, что листьями с кустов двуногая питаться не сможет, а сидеть в этом убежище ещё предстоит неизвестно сколько времени.

— Мы уже можем покинуть это место?

Мушкила отрицательно замотал головой.

— Нас… меня ищут? — ответом было утвердительное прукание. — Разбойники не могут долго перекрывать дороги, это привлечёт внимание мытарей графов… Полагаю, пары дней будет достаточно. Насколько наше убежище надёжно?

Мушкила переступил попеременно передними копытами, но этот жест Санче был пока ещё незнаком, и за ответ она его не приняла. Впрочем, ответ Санче не был сильно нужен, из-за длительного молчания у неё снова началось недержание языка. На этот раз без всякой стимуляцией вином. Таким способом женский характер выводил стресс, накопленный в напряжённом ожидании за день. Благо рядом оказались свободные уши, неспособные возразить против такого использования.

Санча стала рассказывать Мушкиле о том, как в графстве Руссильон организована борьба с разбойниками, и что с ними происходит в случае поимки. Будучи членом графской семьи, знала Санча довольно много. Мушкила внимательно её слушал. Чем больше они общались, тем лучше конь понимал речь девушки. Сегодня Санча использовала много новых слов, значение которых коню было неизвестно. «Камни» тоже почти не помогали. Но некоторые моменты Мушкила всё же уловил. В частности если кто-то спасся из засады, то завтра тут будет военный отряд, а если нет, то реакция последует на два дня позже. Опять же, если не идёт война, о которой Санче пока неизвестно.

Мушкила был уверен, что дороги в сторону Нарбуно также перекрыты, но проверить всё же следовало. По итогам размышлений кобылу Мушкила из убежища увёл, но и оставаться поблизости кобыла не стала, увязавшись за жеребцом. Поскольку Мушкила целенаправленно шёл по своим делам, через некоторое время кобыла, которую больше интересовала вкусная растительность, отстала.

Как ожидалось, тайные посты двуногих присутствовали во всех узких местах троп, ведущих на север. Рельеф местности в эту сторону начинал меняться и попытаться пройти можно было. Враги на возвышенностях выставили наблюдателей, которые должны были навести на беглецов всадников с постов. С Мустафой на спине вполне было возможно прорваться, малочисленные заслоны не могли перекрыть все. Быстрый Мушкила мог бы попробовать, а вооружённый всадник смог бы отбиться от самых быстрых врагов. Но с девушкой на спине дело казалось безнадёжным.

Мушкила заметил ещё одну странность. Двуногие не нападали на других путников на дороге. Двуногие на постах прятались, но не сильно старались, поэтому путники их замечали, но, как правило, поздно, чтобы сбежать. Мушкила наблюдал только один случай, когда разбойники остановили повозку с несколькими двуногими, но проверив, пропустили, ничего не взяв и никого не убив и даже не побив.

Оставался ещё путь в горы, подальше от моря, но и здесь Мушкила испытывал сомнения. Это только кажется, что в горах легко спрятаться или затеряться. Если вырос в этой местности, то может так и есть для двуногого. Коню же пространства в горах остаётся сильно меньше, в чём Мушкила уже убедился, скрываясь в горах от преследовавших его леридцев. В этих горах двуногие сидели на перевалах и узких тропах, разделяющих долины. Охраняли свои охотничьи угодья друг от друга. Так это понял Мушкила.

На фоне воспоминаний Мушкила в очередной раз насладился мыслями о свершившейся сладкой мести. Ненавистный Омар получил своё. В своих мечтательских планах Мушкила задумывал утопить Омара при переправе через ручей. Даже место присмотрел. Он представлял, как будет слегка придавливать копытом на грудь переломанного, но ещё живого врага, медленно погружая его голову и заставляя вдыхать воду. Он долго терпел измывательства Омара и его слуг и тогда желал для негодяя медленной смерти. Но решётка в воротах показалась Мушкиле более надёжным вариантом. Всё же Мушкила Омара побаивался. Очень уж тот был умным, коварным и изобретательным.

Марабут рассказывал Мушкиле, что месть не приносит желаемого удовлетворения, а только отравляет