Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

всех. Из влиятельного человека, Анатолий Викторович превратился в обычного старика, который будет тихо доживать свой век за пределами столицы. А еще теперь Свиридову нужно будет встать на учет в отделе жандармерии по месту пребывания и отмечаться там трижды в неделю. Скорее всего, он переквалифицируется в купцы или промышленники, потому что про конфискацию имущества и денежных средств судья в приговоре не упомянула. Но при этом его дочерям ничего не помешает построить карьеру в любой сфере.

Я осмотрел сидевших в зале людей. Белова и Шуйский, который расположились рядом друг с другом, не могли сдержать довольных улыбок. Невольно я отметил, что они хорошо смотрятся вместе. Только слепой не заметил бы, что князь посматривает на свою спутницу с гордостью. Дело дошло до суда, а значит, скоро следователя по этому делу ждет повышение.

Удовлетворенным казался и Свиридов, который, очевидно, не собирался обжаловать приговор. Он не был дураком и понимал, что избежал незавидной участи каторжника. Полагаю, Анатолий Викторович уже распланировал свою жизнь на ближайшие десятилетия и не боялся будущего.

Заседание закончилось. Свиридов поднялся на ноги и неспешно качнулся с пятки на носок. Потом повел плечами, будто разгоняя кровь в застывших от долгой неподвижности мышцах. Затем он неспешно застегнул пиджак и поправил узел галстука. Лишь очень внимательный человек смог бы заметить испарину над его верхней губой. Он утер ее платком и сунул его в карман пиджака. А потом повернулся ко мне. Я не ожидал, что бывший судья подойдет ко мне, и торопливо поднялся на ноги.

— В молодости меня тоже не подводили колени, — негромко заметил Анатолий Викторович с усмешкой. — Сейчас же, поднимаясь с кресла, я замечаю, что ноги уже не такие крепкие, как раньше.

— Вы еще не так стары, — ответил я с вежливой улыбкой.

— Согласен. Впереди у меня годы. И я потрачу их на себя. Наконец, смогу заняться садом, как когда-то хотел. Быть может, даже выведу особенный сорт яблок, — он хитро прищурился. — Еще вчера я принадлежал не себе, а службе. А теперь все изменилось! Так что вы оказали мне услугу, Павел Филиппович. Я это понял не сразу. И однажды даже смогу смириться…

Он замолчал, бросив короткий взгляд на Нечаеву, которая встала рядом со мной.

— Я могу поздравить вас с помолвкой, — усмехнулся бывший судья.

— Нас, — подала голос девушка, и Свиридов коротко кивнул.

— Желаю вам долгих лет и всего прочего… — произнес Анатолий Викторович, отчего-то не решаясь посмотреть на мою невесту. — А мне, пожалуй, пора.

— Доброго пути, — пожелал я, надеясь, что Свиридов не захочет подать мне руку.

Мы ограничились кивками, и бывший судья бодро зашагал к выходу. Он покинул помещение без конвоя. А следом за ним потянулись его адвокаты и сопровождение.

— Как вам? — спросил я у Нечаевой.

— Интересное заседание, — ответила девушка. — Не думала, что обычный судья может обвиняться в таком количестве преступлений. Получение взятки, участие в разбойной организации, сокрытие улик… Ему повезло, что у части деяний истек срок давности. Иначе досудебное соглашение могло бы и не сработать.

Я только кивнул. Судья вполне была способна вынести вердикт по своему усмотрению, заподозрив заговор между обвинением и защитой. И посчитав соглашение слишком мягким, дать Свиридову вполне реальный срок на каторге.

— Поэтому Свиридов и нанимал адвокатов. А потому он был так рад, услышав вердикт.

— Спасибо, что взяли меня с собой на заседание, — произнесла Арина Родионовна. — Это был очень интересный опыт.

— Рад, что вам понравилось, — ответил я. — Но мне хотелось бы посещать с вами другие мероприятия. Надеюсь, что в ближайшее время у нас получится выбраться куда-нибудь в приличное место. Идемте?

Я предложил руку Арине Родионовне. Девушка положила ладонь на сгиб моего плеча, и мы направились к дверям, где и столкнулись с Шуйским и Алисой. Те ожидали нас у выхода.

— Поздравляю вас с раскрытым делом, — начал я, поравнявшись с ними.

— И вам спасибо, что помогли найти свидетеля и выступить экспертом на заседании, — ответила Алиса, поправляя воротник кителя.

— Может быть, отметим это? — спросил Дмитрий, и я удивленно поднял бровь. Такое предложение от начальника охранного отделения было, мягко скажем, необычным.

Взглянув на часы, я с сожалением покачал головой:

— Увы, после обеда у меня назначен прием, который пришлось перенести из-за сегодняшнего заседания.

— Что ж, быть может, в другой раз, — вздохнул Шуйский, и мне показалось, что в его голосе послышалось искреннее сожаление.

— Давайте выберем день? — предложил я.

Дмитрий Васильевич улыбнулся:

— Зная ваш плотный график, этот другой раз может наступить очень нескоро.

— Или вообще никогда, — добавила Белова с нервным смешком.

— Ну, церемонию вступления в титул я точно не пропущу, — ответил я. — Кстати, когда состоится сие мероприятие?

— Приказ о награждении уже подписан и направлен в канцелярию императора, — ответил за девушку Шуйский. — Так что надеемся, что уже скоро.

— Вы оставите свою фамилию? — спросила Нечаева.

— Батюшка тоже отчего-то решил, что я захочу сменить фамилию, — усмехнулась девушка. — Но я оставлю все как есть. Мой отец — достойный человек, хотя теперь он решил, что покупать титул ему незачем.

Белова улыбнулась и пожала плечами.

— Он ведь хотел сделать это для меня. Чтобы я получила отчество. Ему самому оно было незачем.

— Ваш батюшка достойный человек. Это главное, — вдруг заявил Шуйский. — Оттого, что у меня появилось отчество, я не стал другим человеком. Я остался собой.

Алиса дернулась, словно собиралась обнять князя, но остановилась и нервно поправила упавший на лоб локон рыжих волос.

— Вы правы, — согласился я, и мы обменялись с Беловой взглядами, которые говорили больше слов.

Она протянула мне руку, и я с чувством ее пожал. Мы зашагали по коридору в сторону выхода.

На крыльцо здания суда мы вышли аккурат в тот момент, когда машина Свиридова выезжала за ворота. Оцепление жандармов не пропустило посторонних к зданию, так что на выходе бывшего судью не окружили любопытные репортеры.

— Скорее всего, они попытаются узнать подробности заседания у особняка, — пробормотал Шуйский, наблюдая, как толпа провожает черное авто.

— Думаю, вы номер два в их списке, — произнес я. — Как группа, которая смогла распутать сложное дело о взяточничестве и сращивании системы с криминалом.

— Буквально герои, которых заслуживает этот город, — вставила Нечаева.

— А если вы появитесь перед репортерами вдвоем… — продолжил я подливать масла в огонь.

Шуйский и Белова переглянулись. И Алиса зябко поежилась, словно ей на миг стало холодно. Видимо, такой расклад не вписывался в их планы.

— Надеюсь, отдел по работе с репортерами уже назначил конференцию, — произнес Шуйский, и Алиса как-то странно покосилась на него.

Мне подумалось, что