Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

— Вы намерены развестись, — напомнил я.

— Ну… да, — произнес он с горьким вздохом. — И как я смогу убедить нового дурака, чтобы тот подписал контракт и избавил меня от этого сокровища?

— Поводите девушку по салонам и ресторанам. Покажите ее свету. Раз она красива, то это поможет найти того, кто оценит ее внешность. Но сначала пригласите ей учителя по этикету.

— Тут вы правы. Марфуша бывает обескураживающе откровенной. Ей не помешают уроки.

— Займитесь ее образованием и дайте ей понять, что это нужно для того, чтобы войти в высшее общество.

— И думаете, она променяет меня на кого-то другого? — клиент обиженно надул губы.

Я обвел фразу «сам не знает, чего ему надобно» ручкой и поставил рядом восклицательный знак.

— Решать вам, — я пожал плечами. — Вы ведь недовольны супругой.

— Маменька говорит, что содержать жену очень дорого. Вот я и подумал…

— Вы не бедны, — я усмехнулся, взглянув на часы, которые мужчина тотчас вернул в карман.

— Все так, — кивнул Евгений Савельевич. — У семьи есть доля в пароходстве. Но мы привыкли жить в строгости. Но вот с этим соглашением я просчитался.

Евгений Савельевич еще поворчал немного и ушел. Я недоуменно посмотрел ему вслед и мысленно пожелал удачи с Марфушей, от которой он вроде как и не хотел избавляться. И понадеялся, что судьба никогда не сведет меня с этой особой.

Очередной клиент был обижен соседом, который решил также торговать рыбой, но принялся подсовывать в товар конкурента тухлые тушки морских гадов.

— У него есть талант хроноса от деда. Не особенно сильный, но для того, чтобы заставить испорченную рыбу не источать запах хватает. Вот он сунет эту рыбину ко мне на прилавок. А та через час начинает невероятно смердеть. Это плохо для продаж. Все покупатели от меня разбегутся от такой славы.

— Что ж, — я протянул торговцу картонный прямоугольник. — Покажите соседу мою визитку и намекните, что если каверзы продолжаться, то к нему пожалует в гости сам некромант. И конечно же, мы подадим на него в суд. А если это его не отрезвит, то дайте понять, что о его проделках хроноса вы сообщите… — я понизил голос, чтобы произнести почти шепотом, — кустодиям. Они ведь ведут учет людей с этим даром.

— Правда? — изумился клиент.

— Главное — говорите это негромко и оглянитесь на последнем слове, словно опасаетесь, что вас подслушивают.

— Спасибо, Павел Филиппович.

Торговец был в восторге и заговорщическим тоном сообщил, что исполнил наказ секретаря и теперь станет отвозить излишки улова в приют:

— Это ваше право, — смутился я.

— Ваша помощница мне глаза открыла. Сказала, что доброе дело не обязательно должно приносить прибыль.

Я откашлялся, подумав, что воскрешение изменило Людмилу Федоровну. Раньше она тряслась над каждым рублем, а сейчас рекомендует заниматься благотворительностью. Крохоборов поблагодарил меня за консультацию и покинул кабинет.

Последними же посетителями был тот самый аристократ, которого я видел в приемной, когда вернулся домой.

— Добрый вечер, Павел Филиппович, — поприветствовал он меня, входя в кабинет. — Меня зовут Егор Федорович

— Полянский, — продолжил я, рассмотрев герб на пиджаке. — Прошу, проходите.

Я указал на свободное кресло, и мужчина прошел в кабинет:

— Могу ли я полюбопытствовать, где ваш предыдущий секретарь? — уточнил он, усаживаясь в кресло. — Когда я был у вас днем, в приемной меня встретила другая женщина.

— Она вынужденно подменяла моего секретаря, — ответил я. — Нас с Нечаевой вызвали на судебное заседание, и…

Лицо мужчины погрустнело. Я лишь в этот момент заметил, что на нем свежая рубашка, в кармане пиджака шелковый платок, а волосы недавно уложены у цирюльника.

— Жаль, — со вздохом произнес он. — Такая роковая женщина. Вы не подскажете ее контакты?

— Хотите нанять ее в секретари? — удивился я.

Мужчина вздохнул и развел руки в стороны, словно признаваясь в том, что я открыл его тайну.

— Хороших секретарей мало, — ответил Полянский. — Они буквально на вес золота. А здесь…

Мужчина аж закатил глаза:

— Она ломает все шаблоны, которым учат в школах секретарей. Быть безукоризненно вышколенным, пытаться угодить и прочее. Ваша Елисеева… кажется, так она представилась, она настоящая. Живая. И этим она подкупает. Она презирает титулы и общается со всеми одинаково, словно имеет право говорить что пожелает. Да, сперва ее манера разговора вызывает шок. И даже злость. Но затем я осознал, что со мной никто так не говорил со времен Смуты. Лишь тогда люди позволяли себя не замечать чужих титулов. Это были лихие времена, но было в них что-то дикое и необузданное. Что-то свежее, будто ветер в парусах после долгого штиля. Ваша Елисеева — невероятная женщина…

Он мечтательно протянул последнюю фразу. Из чего я сделал вывод, что мастер Полянский хочет видеть Яблокову не только в качестве секретаря. Хорошо, что Людмила Федоровна решила назваться другой фамилией и сменила облик с помощью кудрей и макияжа, устроив этот перформанс.

— Увы, я не могу разглашать личные данные, — произнес я, стараясь добавить в голос как можно больше сожаления.

— Понимаю, — со вздохом ответил Полянский. — Придется нанимать сыщика. Жаль, очень жаль.

Я только покачал головой. Удивительно, как за столь короткий период Елисеева смогла очаровать аристократа из старой семьи. Да еще и каким способом: просто нахамив ему. И теперь же Егор Федорович готов даже нанять сыщика, до того его занимала личность Яблоковой. Мне подумалось, что это может стать проблемой.

— Итак, по какому вопросу прибыли? — уточнил я, чтобы перевести тему разговора.

— А, да пустяк. Хочу попросить вас поработать консультантом, — ответил Полянский. — Я наслышан, что вы работаете с Галицким, и Кристина Николаева, которая хотела поглотить его мануфактуру, отстала от несчастного промышленника.

— А у вас есть какие-то проблемы? — спросил я, слегка хмурясь.

— Не у меня, — произнес гость. — Я же потомственный дворянин, а значит, работаю на государевой службе. Но у меня есть знакомый, который пытается отбиться от нападок одной крупной организации.

— Вот как? — удивленно поднял я бровь. — И что же это за человек? Промышленник?

Полянский досадливо поморщился и ослабил шейный платок, который, вероятно, давил ему на горло. Стало очевидно, что мужчина старательно выбирал наряд, чтобы прийти сюда во второй раз.

— Не промышленник. Землевладелец. Одна очень крупная агропромышленная компания хочет подмять его маленькое предприятие. А знаете, как бывает в таких случаях. То у животных чуму найдут, то вдруг земля становится жутко вредной и не дает хороших трав. И даже талантливые природники не могут с ней сладить. Я же, увы, никак не могу ему помочь.

— Что за землевладелец? — уточнил я.

— Михаил Кочергин, — ответил мужчина. — Он владеет землей за городом и пытается развивать