Устремленная в небо. Непокорные - Брендон Сандерсон

О том, как часто и как быстро слизни будут совершать гиперпрыжки для других, а не для себя, – чтобы вторжения из «где-то» в «нигде» не были слишком многочисленными.

Большинство делверов уже не чувствовали боли, когда мы путешествовали в «нигде», но некоторые испытывали ее – те, кто отказался от нашей помощи. Я полагала, что это их право. И все без исключения делверы утверждали, что «нигде» – их территория. Оно существовало вне времени и пространства до их прибытия, и им это нравилось, даже несмотря на то что они исцелялись. Я не была уверена, что они вправе претендовать на целое измерение, но разве кто-нибудь из нас имеет право на землю или воздушное пространство, которые мы считаем своими?

Делверы были готовы сотрудничать с нами, но я, по сути, сделала из них кучу спорящих индивидуумов. Они были гораздо более сплоченными, чем любой другой вид, из-за своего происхождения, но все равно какое-то время будет сложно.

Как бы то ни было, на гиперпрыжки – по крайней мере, с тейниксами – вводились ограничения. Тейниксы должны были предупреждать делверов и ждать разрешения. Пока что это занимало от нескольких секунд до получаса, хотя иногда можно было договориться заранее.

Обе группы еще не решили, что делать с цитониками вроде меня. Возможно, нам бы пришлось заключить собственное соглашение – или навлечь на себя их гнев. Этот вопрос тоже оставался нерешенным.

И все-таки хорошо, что уже были кое-какие ответы – и кое-какие меры защиты от делверов. Я старалась скрыть напряжение и беспокойство, когда мы с Йоргеном поднимались в лифте обратно на поверхность.

– Это из-за нас ты так напряжена? – спросил Йорген.

Скад! Он заметил. Я взяла его за руку, заставила наклониться и поцеловала.

– Не из-за нас.

Он расслабился:

– Хорошо.

– Со мной все в порядке, – сказала я. – Просто привыкаю к новой роли – укротительницы слизней.

– Кажется, это мало похоже на истории Бабули, – сказал он.

– Мне не нужна такая жизнь, как в этих историях, – возразила я. – Я их переросла.

– Ты – все еще ты.

– И эта я счастлива быть здесь, с тобой, – сказала я. – Просто дай мне время. Я привыкну к скучной жизни. Киммалин говорит, что скука – это хорошо. Она никак не заткнется! Кажется, Святой много говорил насчет того, что недеяние – это когда ты не делаешь ничего.

– Я даже не знаю, что это означает, – сказал он и снова поцеловал меня. Пока что этого было достаточно. Я растворилась в его тепле, в прикосновении его губ к моим, в одинаковой ритмичности пульса. Я держалась за него, чувствуя смущение пополам с восторгом – от того, что двери лифта в любой момент могут открыться и наши нежности станут видны.

Я и вправду любила его. Я хотела быть с ним вечно.

Это было просто… ну, все остальное. Конец света не наступил. И я… кажется, я благоденствовала в этом мире.

До чего же ужасное свойство личности.

Сделав над собой усилие, мы наконец перестали целоваться, когда лифт прибыл на базу Альта. Выйдя рука об руку, мы повернули на тропинку. Мы все еще пользовались старым гаражом Йоргена, где стоял его старый аэрокар. Он часто говорил, что учится обращаться с машиной и это его хобби. То, что бывает у людей, когда они не воюют. Он говорил, что хочет выяснить, как высоко можно поднять аэрокар. Будто не мог в любой момент потребовать истребитель.

Но не успели мы дойти до гаража, как его коммуникатор запищал. Йорген расстроенно посмотрел на меня, но я не стала мешать ему. С нами хотела связаться какая-то раса, пожелавшая участвовать в новом галактическом форуме. Я прошла за гараж, в соседний ангар.

В нем хватало места для двух кораблей. Внутри М-Бот – теперь корабль – болтал с Хешо, который сидел на крыле и точил меч. Кицен помахал мне рукой, когда я вошла, а лежавшая рядом с ним Погибель засвистела, подражая скольжению меча по камню.

За М-Ботом стоял корабль Чета. Чет встал в кабине, одетый в комбинезон и кепку; в глаза бросались яркие усы.

– Тьфу ты! – сказал он. – Вы знаете, как раздражает бритье?! Мне не приходилось этим заниматься, когда я не обладал физическим обликом, мисс Найтшейд. Очень неудобно!

Оказалось, что делверы не ограничивались созданием камней. Чет получал удовольствие, учась быть человеком. Под удовольствием я подразумеваю его едкие замечания о человеческих телах, вроде тех, которые я месяцами выслушивала от М-Бота. Жалобы Чета, по крайней мере, звучали жалостливее. Например, он недоумевал, почему, если не спать, будут головные боли.

Взяв тряпку, я принялась протирать М-Бота. Нужно было хорошенько отчистить его после нашего полета – нам предстояло исследовать отдаленную цепочку пещер. Я работала молча, наслаждаясь тишиной, но тут позвонил Родж.

– Привет, Тор, – сказала я, пока М-Бот говорил по каналу связи. – Как идет разгадка тайн Вселенной?

– Фу-у, – протянул он.

– Это хорошо?

– ФМ всюду появляется лично, и в нее стреляют, – сказал Тор. – Что это с ней?

– Просто жажда острых ощущений.

– Но она говорит иначе.

– А что она говорит?

– Ей, мол, нужно самой убедиться, что соответствующие органы получили инструкции.

– Острые ощущения, – хмыкнула я. – Сочувствую.

– Не может быть, чтобы ты уже заскучала, Спенса. Прошло всего несколько дней!

– Больше, чем я когда-либо проводила без стрельбы.

– Врунья, – сказал Тор. – Ты же понимаешь, что я знаю тебя большую часть твоей жизни?

– Тогда ты знаешь, что я склонна преувеличивать, – ответила я. – И что тут нового?

Он усмехнулся:

– Ну, я просто хотел сообщить тебе, что я послал Йоргену кое-что интересное. Это может помочь.

Я нахмурилась:

– Что?

– Он попросил, и я нашел это в мешанине информации, которую мы получили из основных баз данных Верховенства. Просто постарайся ничего не сломать. Конец связи. И кстати, спасибо.

– За что?

– За то, что втянула меня во все это.

Он отключился. Я стояла в замешательстве, но тут вошел Йорген с планшетом в руках.

– Так вот! – сказала я, подбоченившись. – Что это вы с Тором мутите?

Йорген повернул планшет экраном ко мне. Похоже, это был список координат.

– Неисследованные планеты, – сказал он. – Верховенство сочло их слишком опасными. Почти никакой информации, только совет держаться от них подальше.

– И это может означать… – Я выхватила у него планшет.

– Все, что угодно. Убежище тейниксов, крайне агрессивная раса или… Кто знает, что они посчитали слишком опасным и даже не решились зарегистрировать? Мне это кажется загадочным.

Я посмотрела на список, потом перевела взгляд на Йоргена и сощурилась:

– Ты просто хочешь занять меня чем-нибудь.

– Конечно