Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

вдребезги, всё равно мне трофеи девать некуда. Но часа не прошло, как он встал на разгонную прямую. Пришлось ещё около двух часов сидеть и ждать, когда он уйдет в гипер. Потом помчались в каюту и долго лежали в постели, тесно прижавшись – согревая друг друга. Заниматься чем-то ещё уже не хотелось – весь кайф обломал этот республиканский засранец. Отогрелись и пошли ужинать.

Больше ничего интересного не случилось, чему я только рад. Прилетели в систему с базой Гора. Ждали только нас, так что задерживаться в ней не стали: разогнались и ушли в гипер. А вот в системе с штабом флота нас ждал сюрприз – она была практически пуста. Только несколько кораблей из нашей эскадры и легкий крейсер из флотских. Оказывается, война декаду как закончилась. И флотский крейсер с парой офицеров из нашего штаба тут и торчал для того, чтобы распустить наёмников по домам. Эскадра, что находилась на охране уже давно дома, остались только наши две эскадры, что были в патруле. Но и из этих эскадр многие уже разлетелись.

Через полчаса я получил уведомление от офицера штаба, что меня переводят в резерв. Связался с Гором.

– Гор, что, всё – служба закончилась?

– Да, свободен до следующего призыва.

– А вы?

– Мы тоже все получили такое уведомление.

– Как все? Не только капитаны, а вообще все?

– Ну, да, естественно.

– А почему тогда уведомление получил только я один? А мой второй пилот? Она что, продолжает службу?

– Это твоя жена, что ли?

– Да.

– Не волнуйся, её вообще никто в расчёт не принимал.

– Как это? Ты же, вроде, на всех данные подавал?

– Да, подавал. И на неё, как на второго пилота и корабельного техника.

– Ну и?

– А она у тебя имеет гражданство?

– Нет.

– Ну и что тут тебе непонятно? Раз у неё нет гражданства, то её вообще, как бы нет.

– Как это – «нет»? Она же числится в экипаже!

– Числится. И что? Официально ты в экипаже один. Да какая тебе разница? Если б нам деньги платили, тогда можно было бы переживать, а так то что? Наплюй.

– Ну, что ж, придётся так и сделать. Дальше что? Домой?

– Ну а куда ещё? Срочно на станцию, а то мы тут в сплошном мужском коллективе уже звереть начали. Ты с нами?

– Конечно!

– Ну тогда пристраивайся как всегда. Через полчаса уходим.

– А заправка?

– А нет заправки! Эти скоты увели топливозаправщик с собой. А у тебя что, топлива до дома не хватит?

– Хватит. Но вот так оставлять своих без топлива – это свинство.

– Ну, да, свинство. Так всегда бывает, не обращай внимания: с интендантами бороться бесполезно. Хотя в этот раз было не так уж и плохо. Во всяком случае, топливом обеспечивали без скандалов. В прошлый раз чуть ли не каждую заправку приходилось пробивать через штаб флота, так что грех жаловаться. Ну, а то, что улетели и нас не дождались, так ведь и им что-то заработать надо. Ладно, хватит трепаться, готовься к отлёту.

Нет, ну в самом деле свинство! А если бы мы тянули службу как положено и мотались бы по этим 15 системам все две декады? Да мы бы прилетели сюда с пустыми баками. И что тогда делать? Сливать остатки одному и отправлять гонцом на ближайшую станцию за помощью? Натуральное свинство!

И с Линдой некрасиво получилось. Она несла службу, рисковала жизнью, можно сказать: защищала королевство от агрессии, а её вроде как и не существует. Очень некрасиво! Ей, правда, на это наплевать, она как раз очень довольна – налеталась вволю, но мне немного обидно. А, ладно, чёрт с ними и их дурацкими законами. Главное, что наконец-то домой летим.

Встали на разгонную прямую, разогнались и ушли в гипер. Линда встала, потянулась и плотоядно посмотрела на меня. Настроение было не очень, но, уверен, его мне сейчас Линда поправит. Чувствуется, что и она рада, что домой летим.

Долетели, даже не заметил, как. Настроение было всё время отличное. Да, понятно, что многие мои планы пошли прахом, ну так и что? Подумаешь. Главное – мы целы и невредимы, возвращаемся домой, к такой привычной и уютной жизни. Нет, в том, что я всё равно устроюсь на планете и будет у меня всё как я задумал – и просторный дом, и крепкая семья, и голубое небо над головой, я нисколько не сомневался. Просто это немного отодвинулось по времени.

Ну так и что? Жизнь у меня теперь длинная, всё успею. Ну, поживу ещё год или два на станции, ничего страшного – люди всю жизнь живут на таких станциях и ничего, очень своей жизнью довольны. Линда, например, до сих пор не понимает, что за блажь у меня такая – покинуть такую уютную и благоустроенную станцию. Где все нас уважают и прекрасно к нам относятся, где у неё куча подруг, где у неё любимый и заботливый муж, свой дом и в перспективе куча детей. Ну, если не куча, то парочка хотя бы. Это мне ей пришлось пообещать. Но именно что в перспективе.

Думаю, в далёкой перспективе. Пока не сделаю ей гражданство, даже думать о детях не буду. Очень уж мне не понравилось, как к ней отнеслись при увольнении нас в запас. А ведь она воевала за королевство, и хоть война была игрушечной – это ничего не значит. А главное, как к этому отнёсся Гор и, по-видимому, все остальные наёмники – как к абсолютно тривиальному и не имеющему никакого значения. То есть она просто какой-то мой придаток – пока она со мной, то человек, а если без меня, то никто. А как будут относиться окружающие к матери моих детей имеет огромное значение для меня и для моих детей. Не хотелось бы, чтобы моим детям нашёптывали: папа-то у тебя нормальный, а вот мама – не пойми кто. Так что пока о детях даже и не думаю. И Линде не позволю.

Вышел в своей системе как всегда первый. Решил подождать остальных. Я, вроде, уже свободен от всех обязательств, но раз уж уходили со станции все вместе, то и вернуться надо бы вместе. Гор вышел на своём старом крейсере после своих фрегатов. Тут же с ним связался.

– Привет, Гор.

– Привет, Геор. Что домой не летишь?

– Вас ждал. Уходили вместе и вернёмся вместе.

– Ну, это правильно, молодец!

– Слушай, Гор, забыл у тебя спросить: чем война-то закончилась?

– Как это? Мы победили, естественно. Разгромили