Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

В зале повисла тишина. Все глядели друг на друга и думали.

– Итак, выношу вопрос на голосование, – громко и чётко объявил Гриз. – Три варианта. Первый – отдать Амосов на расправу Каледам и надеяться, что те отпустят детей, несмотря на то, что обвинения с них сняты не будут.

Омела хотела что-то сказать, но он жестом заставил её замолчать.

– Второй – не трогать Амосов. Засадить их поглубже и подальше до тех пор, пока не решится вся ситуация. И, наконец, третий – выпустить их вперёд, используя в качестве бойцов, которые отвлекут Каледов.

Он встал.

– Прошу голосовать.

– Первый! – сразу же выкрикнула Омела.

– Первый, – поддержал её Глион.

– Третий, – пробасил Трол.

– Третий, – кивнула Селит.

– Первый, – сверкнул очками Эрмит. – Амос слишком опасен и непредсказуем.

– Третий, – вздохнул Гриз. Он собирался выбрать второй вариант... но тогда победили бы те, кто голосовал за первый. Ему не хотелось этого допускать. – И мой голос, как голос председателя, имеет решающий полуторный вес...

– Я протестую! – заявила Омела. – Три на три, и, как я уже говорила – мы все равны здесь. Ты не можешь определить итог в угоду себе лишь потому, что захотел это!

– Тогда как мы решаем вопрос? – развёл руками Гриз. – Нас тут равное количество.

Все поглядели на пустые стулья. Когда на советах присутствовало семеро участников – всё решалось куда легче.

– Возможно, стоит позвать Талла? – предложила Миранда Селит. – Думаю, его голос как раз может разрешить наш спор.

– Это не по правилам, но раз уж возникла такая ситуация... – пробормотал Гриз. – Только нам нужно решать быстрее. Каледам может надоесть ждать в любую минуту.

– Хорошо, – согласился Эрмит. – Я за то, чтобы позвать Талла.

– И я, – кивнул Трол.

– Четверо за, – констатировал Гриз. – Даже если вы двое против – воля Совета всё равно определена. А теперь нужно срочно связаться с Таллом.

Глава 42 - Отвлекающий манёвр

Каин ходил по камере их угла в угол. Это была самая настоящая камера, даже не тюремная, где держат осуждённых преступников, а дыра для ценных военнопленных и заложников, карцер, забетонированный так, чтобы даже мысль не улизнула оттуда.

Успокоиться и не рыпаться, ждать, пока всё разрешится само собой? Что ж, наверняка Крыса сейчас так и думает. Нет, он не будет поступать так же, как этот трус... Нужно что-то придумать, кого-то убедить, как-то...

К тому же, просто ждать — слишком опасно. Сейчас он в ситуации, когда его судьба полностью в руках Высокородных. Выполнить требования Каледов, отправив его голову им? Легко. Тихо убить или оставить гнить в этом каменном мешке? Тоже несложно, просто сказать, что он был убит при попытке побега...

Или просто никому ничего не говорить. Он в их власти, от и до! А в это время, может быть, где-то гибнут люди. Дети. Каин вздохнул, вспоминая всех тех, кого он мог бы спасти и не спас — и в этой жизни, в Истерзанных Землях, и в предыдущей...

Нет. Долг солдата — в том, чтобы спасать мирное население. Тем более, если причиной появления террориста послужил он сам. Это вопрос его чести, если уж говорить высокими словами.

Вот только что предпринять? Он снова оглядел стены. Бетонный бокс пять на пять на десять, никакого окна, только дверь и скудная лампочка под потолком. Матрас в углу. Медицинское судно вместо унитаза. Всё.

– Интересно, здесь всегда такая обстановка, или они просто давно никого сюда не сажали? — пробормотал Каин.

Очевидно, что звать кого-то бесполезно — солдатам и офицерам отдан приказ делать то, что им велели, и они выполняют его чертовски хорошо.

Значит, обещания. Ручка при нём — слава всем Богам, что из Пантеона, что Архонтам, в инвентарь заглядывать обыскивающие никак не могли.

Тем не менее, Каин не спешил прибегать к её свойствам. Можно написать на стене камеры, что она разрушится... но тогда она непременно убьёт его. Если он учтёт это в обещании, то стена его покалечит, или приведёт к жертвам среди мирного населения, или ещё что-нибудь...

Иными словами, от непреложных обещаний добра не жди. Разрушающийся за несколько ударов меч – это сущий пустяк по сравнению с тем, что принесли ему все остальные обещания.

Обещание выжить, несмотря ни на что – несколько этапов дичайшего ада, сначала в пещере, затем в могиле. А между ними – бытие полукристаллическим монстром и необходимость убить кучу народу для исцеления. Этот груз до сих пор висел на душе Каина тяжёлой ношей.

Обещание восстановить энергетические каналы... Оно тоже не прошло даром в Истерзанных Землях. К тому же, именно с целыми каналами он стал наследником своего клана. Как знать, не то ли это самое проклятие...

Ну а обещание, вернувшее ему чёрную ауру... да, в каком-то смысле и правда «фамильную», смешно... Что же, оно привело его сюда, в эту тюрьму. Без него не было бы передачи, не было бы слухов на его счёт и, возможно, террористы не напали бы на мирную школу.

Каин знал. Если сейчас там погибнет хоть один ребёнок — вся Империя запомнит его имя как имя того, по чьей вине это случилось. Запомнит и проклянёт. Да он сам проклянёт себя после этого. Допустить этого никак нельзя.

Но какую цену опять запросит ручка? Не будет ли это что-то, ещё худшее?..

Нет, он не отметал её совсем. Но это – на крайний случай, когда не будет