"Фантастика 2026-164". Компиляция. Книги 1-32 - Дмитрий Ромов

чему прятать кулон? Вряд ли княгиня решится причинить мне вред в своем доме, а вот после… надо быть осторожной. И возможно, одного Журина будет мало. Но… надо сделать все и сыграть в наивную дурочку. Даже если кулон у меня, это вовсе не значит, что я огненный маг.

—Да, он принадлежал маме…

—Можно взглянуть поближе? — княгиня протянула руку. — Обожаю старинные украшения, у каждой вещи своя интересная история.

Я колебалась лишь секунду. Закрыла глаза на мгновение, словно собралась прыгать со скалы.

—Конечно, ваше сиятельство. — Пальцы дрожали, когда я потянулась к верхней пуговице платья. Кулон под тканью привычно пульсировал, и это немного успокаивало. «Мы справимся, — думала я, расстегивая пуговицу.

Я достала кулон и замерла.

На моей ладони лежало совсем другое украшение. Камень, еще утром сиявший теплым золотом, теперь был темным, почти черным, как агат, лишь в глубине его мерцали едва заметные искры. Золотая оправа сменилась на серебряную… Я смотрела на него и не верила своим глазам. Тем не менее, я чувствовала, что это мой кулон.

«Почему он выглядит иначе?» — мелькнула мысль.

—Алиса Арсеньевна? — в голосе княгини послышалось нетерпение. — Позволите?

Я убрала руку и, затаив дыхание, наблюдала за лицом Марины Алексеевны, когда она коснулась камня.

«Когда он изменился? В карете? Когда мы поднимались по лестнице? Или прямо сейчас?» — мысленно проносились вопросы.

Княгиня повертела кулон, рассматривая со всех сторон, провела пальцем по тусклому серебру, заглянула в темную глубину камня.

—Прелестная вещица, — сказала наконец она. — Действительно старинная работа. Но я ожидала… — Она запнулась, и в этом коротком «ожидала» мне послышалось такое разочарование, что я едва не рассмеялась от облегчения. — Впрочем, неважно. Спасибо, что удовлетворили мое любопытство.

Кулон выскользнул из рук княгини, и я быстро спрятала его под платье. Получилось.

—Пойдемте, Алиса Арсеньевна, — княгиня направилась к двери. — Не будем заставлять гостей гадать, куда это мы запропастились.

В гостиной ничего не изменилось — те же лица, те же улыбки, та же приглушенная музыка. Но слишком многие взгляды обратились к нам, когда мы вышли из будуара. Лебедев смотрел с плохо скрываемым любопытством, отец — с беспокойством, Воронцов — с тревогой. Я поймала его взгляд и чуть заметно кивнула, давая понять, что все в порядке.

Вечер продолжился, и вскоре подали ужин — изысканные блюда, тонкие вина, легкие светские разговоры. Я сидела между отцом и Максимом, чувствуя себя нашпигованной чужими взглядами, как подушка булавками.

—Все прошло удачно, как я понимаю? — тихо спросил Максим, наклоняясь ко мне под предлогом того, что поправляет салфетку.

—Благодаря вам. Спасибо за предупреждение, — так же тихо ответила я. Действительно, теперь я была в долгу перед Воронцовым.

Взгляд князя внимательно скользнул по моему лицу, словно искал подтверждения моим словам.

—Я вам не враг, — услышала я его шепот, от которого в груди растекалось такое знакомое чувство. — Расскажите все завтра.

И я кивнула. Потому что говорить не могла, горло перехватило волнением. Я боялась перестать его ненавидеть, боялась довериться ему, боялась… снова полюбить.

Ужин тянулся бесконечно. Я механически улыбалась, отвечала на вопросы, поддерживала разговор, но мысли мои были далеко. Княгиня видела кулон и убедилась, что это не «Сердце Феникса». Теперь Орден отстанет от Горских? От меня?

Когда вечер наконец закончился, и мы вышли на крыльцо, ожидая карету, я вдохнула холодный ночной воздух полной грудью, словно вынырнула из глубокой воды.

—Хороший вечер, — тихо сказал отец, когда мы садились в экипаж. — Лебедев пообещал отправить с нами заряженные артефакты, когда мы вернемся в Веретьево. А граф Строганов решил посетить нашу мастерскую, его заинтересовало мое усовершенствование регулятора давления.

—Я вас буду сопровождать, — князь устроился в карете напротив меня. — И лично прослежу, чтобы императорские артефакты были заряжены полностью.

—Благодарю, ваше сиятельство, — сердечно поблагодарил папенька. — Завтра мы с купцом Третьяковым улаживаем все формальности и на следующей день возвращаемся домой. Ты рада, Алиса?

—Очень, — улыбнулась я. — Если честно, устала я от гостиницы.

—Планируете ли вы завтра поехать в архив? — Взгляд Максима таинственно прятался в тени.

—Хотелось бы, — Я знала, нам надо было все обсудить. — Надеюсь, я не просплю весь день.

—Я заеду за вами в обед, — предложил князь, и я кивнула, соглашаясь.

Карета тронулась, увозя нас от особняка ее сиятельства. Вот только я еще не поняла — выиграла я эту битву или проиграла.

* * *

В трактире «У Василия» собирался простой люд после тяжелого рабочего дня. Здесь мало кто обращал внимание на подозрительных личностей или тихо беседующих в темных углах посетителей. Видимо, поэтому Марк выбрал это место.

Григорий Львович чувствовал себя немного неуютно. Слишком шумно, нетрезвые соседи. За столиками то и дело вспыхивали ссоры, готовые перейти в кулачные бои. Толстая рыжая официантка с глубоким декольте и железным подносом быстро возвращала трезвость, а кому не помогало, подключался здоровенный охранник со сломанным носом и огромными кулаками.

—Принести еще что-нибудь, господин? — официантка угрожающе нависла над Сахаровым, обдав его несвежим запахом.

—Можно еще одну кружку пива и закуску к нему, — Григорий Львович положил на стол несколько монет. Рыжая быстро спрятала их в декольте и подмигнула Сахарову. Тот как раз делал глоток и чуть не поперхнулся.

«Где же Марк?» — с тоской подумал Григорий Львович, глядя на пустой стул напротив. Пенка в кружке, предназначенной для друга, уже рассеялась. Марк задерживался. А Григорию Львовичу очень надо было с ним поговорить, поэтому он обрадовался, когда слуга в гостинице передал ему записку, едва Горские и Воронцов отбыли к княгине.

—Грустишь, Гришка! — от знакомого голоса и хлопка по плечу Сахаров аж подпрыгнул на месте, разлив немного пива на стол.

На соседний стул присел высокий широкоплечий мужчина в черном плаще и с густой бородой. Марк изменился. И дело не во внешности, а глаза… жесткие, пугающие. Друг стал опасным… И Григорий Львович физически ощутил эту опасность еще при первой встрече в Веретьеве.

—Напугал, подлец, — хмыкнул Сахаров, пряча за усмешкой свою настороженность. — Где ты научился так незаметно подкрадываться?

—Жизнь научила, — улыбнулся Марк, а вот глаза оставались холодными. — Как дела у Арсения? Нашли поставщиков?

Тут подошла рыжая и с громким стуком поставила на стол еще две кружки пива и тарелку сушеной рыбы. На призывный взгляд официантки Марк никак не отреагировал, поэтому толстуха вроде