Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

— Спасибо за рассказ, но я не знаю как вас зовут, — я поклонился с уважением к этому неприметному незнакомцу. Тот посмотрел на меня с улыбкой и негромко произнес:

— Мое имя не важно, я секретарь наставника Мужун Фата. — Он пристально посмотрел мне в глаза и продолжил. — Все Львы, а особенно Мацу горды до безумия. Они приемлют только безоговорочную сдачу.

— Почему вы мне это говорите?

— Почему один шан прикрывает другого в бою? — на лице секретаря была легкая улыбка. Раздался звук гонга и секретарь показал мне на дверь. — Иди парень, тебя вызывают и да прибудет с тобой Небо!

И старший наставник и его секретарь предлагали мне, по факту униженно просить жизни у всемогущих Львов. Я же не собирался этого делать, я прав и закон должен быть на моей стороне. Или нет?

Аккуратно открыв дверь, я зашел в зал больше похожий на ритуальный, чем на судебный в моем понимании. Высокие узкие витражные окна отбрасывали причудливый рисунок света на центр помещения. Немного привыкнув к освещения стало понятно, что в центре комнаты светом и тенью вырисовывается морда оскаленного льва.

Львинной атрибутикой было заполнено буквально все — с потолка свисали боевые знамена клана Льва и в дополнении к ним отдельно знамена семьи Мацу, сами братья сидели на резных тронах с подлокотниками в виде оскаленных пастей льва. Возвышение под ними больше походило на кусок скалы, чем на традиционный помост.

Резко выпрямившись я сделал положенные восемь шагов в центр и склонился в поклоне. На моем лице было выражение полного восторга, как-то само собой всплыло дурацкое выражение приписываемое Петру I — «Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальства».

— Ву Ян явился по приказанию трибунала Академии! — мой голос эхом разнесся по помещению.

— Фат, это именно этот юноша нарушил закон и своими действиями увеличил процент потерь почти на сорок процентов? — как-то очень лениво и вальяжно спросил лорд-наставник Мацу Ашихара. Старший наставник стоял у подножия лестницы, искусно замаскированной под выступы скалы, с папкой для записей.

— Да, мой лорд.

— Ваша характеристика на бойца, — отхлебнув, судя по всему вина, из пиалы произнес мастер-наставник по военному делу.

— Бесстрашен, склонен к прогнозируемому риску, жестокость когда необходимо, готов вести за собой людей, обладает высоким уровнем анализа ситуации и творчески использует ее в бою. — старший наставник говорил абсолютно бесцветным голосом, полностью лишенным эмоциям.

— Потери легиона составили почти на три сотни бойцов больше допустимых, при этом больше сотни из них опытные воины. Кадет нарушил императорский закон и повлек за собой множество смертей. Он не достоин быть командиром. Мой вердикт — смерть. — Вот спасибо мастер-наставник Мацу Тайко, я выполнял ваш же приказ. «В битве у ущелья Сломанного хребта, Мотыльки ложным отступлением заманили Львов в ловушку. С помощью мин и пушек был уничтожен цвет армии Львов. Блохастые ненавидят проигрывать и еще больше они ненавидят тех кто им напоминает хоть чем-то о проигрыше.»

— Я услышал вердикт моего брата Тайко. Что скажет мой брат Уршан? — тот сделал долгий глоток и посмотрел мне в глаза. В них была толика сочувствия или мне показалось?

— Пусть выскажется боец. Я ценю талантливых тактиков, которые готовы брать на себя ответственность.

— Ву Ян! — голос лорда-наставника звучал очень торжественно. — Признаешь ли ты свою вину? — спасибо за именно такую формулировку.

— Почтенный лорд-наставник, — я вновь поклонился, — Я виновен лишь в одном, секунда паузы, а потом добавить вызова в голос. Умолять не мой конек. — В том, что я воин Империи и беспрекословно выполняю приказ! — ноздри Ашихару начали раздуваться от ярости.

— Объяснись! — раздался короткий рык-приказ.

— Наша задача состояла в том, чтобы выполнить приказ командования — удержать крепость Разящих клыков в течении четырех дней. Использовать для обороны разрешено было все, что найдете. По факту мы выполнили самоубийственный приказ. Я возглавил вначале отряд разведки и захватив языка выяснил ситуацию. — мой голос был сух и безэмоционален. — Придумал и возглавил атаку на маршевую колонну. — стоило мне набрать воздуха в грудь, как меня тут же прервал Тайко.

— И уже там использовал драконью пыль как оружие. Брат, кадет безусловно талантлив, но опасен для Империи. — лорд-наставник кивнул словам брата, мне хана.

— Ты нарушил приказ императора. Наказание за него смерть.

— Лорд-наставник! — я вскинул полный ярости взор. — Приказ был озвучен, что мы воины императора Хотшимина, да будет легким его перерождение, запрета на драконью пыль в его времена не было! — я выложил свой главный козырь. Уршан откинулся на спинку своего трона и негромко мне аплодировал.

— Чудесная речь боец, ты действительно талантлив. Ты прав во всем кроме одного. Ты живешь в другое время и текущие законы Нефритовой империи стоят выше законов тактической игры. Закон империи нерушим! Наказание смерть!

— Ты умрешь на рассвете. Тебе дарована честь умереть как воин. Ты показал себя достойным, но верховенство закона превыше всего. — да будьте вы прокляты самолюбивые ублюдки! Ярость заполнила меня изнутри! Как же я вас всех ненавижу!

Пока я молча предавался бешенству раздался грохот пинком открываемой двери. Удивление, что кто-то может так поступить в центре могущества Львов пересилило даже мою ярость. На лице Мацу было выражение растерянности.

Мягкие, но при этом уверенные шаги говорили о том, что идущий опасный боец. Краем глаза я увидел белоснежное одеяние украшенное золотыми драконами.

— Так Мацу приветствуют гостя? — мужской голос был мне знаком, я хотел повернуть голову, чтобы рассмотреть кто это, но поймал взгляд Мужун Фата и он покачал головой показывая, что не стоит этого делать.

— Магистр Ляо, вы должны были прибыть лишь завтра. Нас не оповестили…

— Мацу Ашихара, — голос Ляо напоминал шелест вытягиваемого из ножен клинка, — я должен лишь Империи и Императору, да продлят Боги и духи его годы. Что тут происходит?

— Суд над кадетом. Он нарушил имперский закон, что повлекло за собой смерть множество воинов имперского легиона. Вердикт вынесен — смерть. — Уршан оставался единственным кто оставался спокойным.

— Старший наставник, — Ляо посмотрел на Мужун Фата, — документы по делу. — даже не посмотрев на Львов, тот сделал несколько шагов и передал папку с документами. — Не отвлекать, — словно хлыст прозвучал голос Ляо и не обращая на нас внимания он принялся просматривать документы. Через несколько минут он произнес:

— Ву Ян, слушаю твои оправдания, — и я повторил свою версию защиты, на мои слова он кивнул, ни на