На чужой земле - Максим Шторм

Алиса отрицательно замотала головой.

— Когда Рыков… Когда он приказал меня схватить, я была в том, что сейчас на мне. Если у тебя найдутся иголка с нитками, я зашью.

Дорофеева придирчиво ее осмотрела и прищурилась:

— Так… Ты почти на голову ниже меня, худовата, грудь небольшая, но жопа не меньше моей, да и в бёдрах не подвела… Будет чем будущего мужа охмурить… Думаю, кое-что из моей одежды, после некоторой доработки, тебе подойдёт. Я договорюсь, и тебе принесут. Сама-то я из этого крыла крепости ни ногой.

С каждым словом Алёны, Алиса почему-то все больше краснела. Она никогда не считала себя слабой и беспомощной. Действительно думала, что умеет за себя постоять. Хорошо стреляла из лука, мушкета и арбалета, неплохо владела лёгким мечом и умела скакать верхом. Но то что произошло сегодня, выбило ее из колеи. И, глядя на эту высокую сильную молодую и красивую женщину, Алиса вдруг поняла, что очень хочет быть на нее похожей. А еще впервые в жизни пожалела, что у неё нет старшей сестры.

— Спасибо тебе… Ты меня спасла, а я даже имени твоего не знаю.

— Алёна. Алёна Дорофеева, — амазонка белозубо усмехнулась. — Неужели твой брат никогда обо мне не упоминал?

Алиса, поведя плечиками, ответила:

— Что касается службы, Лёшка вообще предпочитает особо не распространяться… И в последнее время он стал каким-то странным. Словно задумал что-то… А тут ещё и эта бредовая история с его якобы изменой государю и всем остальным… Надеюсь, он далеко отсюда. И не узнает, что меня держат тут как наживку.

Дрофеева, вдруг подойдя к ней, мягко взяла руками за плечи и тихо, глядя прямо в глаза, проговорила:

— Алексей вернется. Поверь мне. И не думай о том, что из-за тебя он попадёт в беду. Если кто и способен выпутаться из этой жуткой и безвыходной ситуации, и разбить все облыжные обвинения, то только он. И тогда я не завидую тем, кто решил подставить его и нас заодно.

Алиса, нацелив на нее пальчик, задумчиво произнесла;

— А ты и впрямь очень хорошо знаешь его. Он тебе нравится?

Алена, усмехнувшись, сказала:

— По-началу мне хотелось надрать ему задницу. Да-да, не удивляйся. Затем кое-что произошло и я поменяла свое первоначальное мнение о нем.

— И что же случилась?

— Он спас мне жизнь. И не разу, даже когда я всячески его оскорбляла, не посмотрел на меня как на последнее дерьмо. Знаешь, иногда очень тяжело быть единственной женщиной-воином во всем Корпусе Часовых…

Снаружи послышались быстрые грохочущие шаги, жужжание приводов силовых доспехов и дверь с пушечным выстрелом распахнулась. Внутрь заглянул огромный бронированный воин, чьи габариты едва позволяли ему протиснуться в дверной проём. Он удивлённо прогудел:

— Дорофеева… Ты чего тут за… А эти ублюдки что тут делают⁈

Алёна, изображая из себя глупенькую девочку, удивлённо захлопала ресничками и сложила губки бантиком:

— Ой, дядя Бромир, да мы тут с Алисой решили посиделки девичьи справить, да вот парочка кобелей залётных к нам забрели… А мы их и не звали!

Со скрежетом войдя в комнату и опуская зажатую в латной рукавице исполинских размеров булаву, Часовой прогудел:

— Твою мать. Аленка, засранка, язви тебя в печень, а ну живо докладывай, что тут у вас происходит⁈.

Внутрь заглянул второй воин и насмешливо, с нескрываемым восхищением произнёс:

— Ого! А бабоньки-то наши умеют, оказывается, развлекаться.

— А ты сомневался? — язвительно поинтересовалась у него Алёна и тут же, переходя на серьёзный тон, сказала: — Ребята, тут ваша помощь нужна. Нужно кое-что сделать. Для капитана Кречета.

Боромир, тяжело вздохнув, свинтил с бронированного воротника потёртый шлем-шишак, оказавшись суровым мужчиной лет сорока пяти с короткими седыми волосами и закрытым чёрной повязкой левым глазом, нехорошо посмотрел на начавших подавать признаки жизни Часовых Второй Стражи, и проворчал:

— Да ужо понятно, что не для этих ублюдков… Шпана новоградская! Так и знал, что за ними глаз да глаз нужен. Смотри, Сила, это же огрызки из личной гвардии Рыкова. Курвы…

Силантий, быстро сложив два и два, утробо прорычал:

— Вот падлы, нешто кого снасильничать восхотели… Неужели на дите позарились⁈

Алёна негодующе фыркнула:

— Нет, дубина, на меня!

Боромир знаком велел товарищу войти внутрь и закрыть двери. Он перевёл взор единственныго глаза на притихшую Алису и его морщинистое, словно вырубленное из моренного дуба лицо вдруг подобрело.

— Гутарь, Алёнка. Поди разберёмся…

Глава 5

Так вот чем в первую очередь опасна эта огромная уродливая тварь! Вовсе не габаритами и массой. Нет. Она обладала потрясающим даром зачаровывать противника взглядом своих черных фасетчатых глаз. Монстр гипнотизировал свою жертву, делая неподвижной и безвольной. И сейчас попытался проделать этот фокус со мной.

Самым удивительным было то, что образина, пусть даже и после нескольких безуспешных попыток, все-таки умудрилась меня почуять или даже увидеть. Может и не так хорошо, поскольку вряд ли смогла преодолеть магическую силу амулета, но вполне достаточно, чтобы понять, что я нахожусь здесь. И что на якобы пустом месте кто-то стоит. Она исхитрилась поймать мой взгляд и тут же обрушить на мое сознание всю мощь своего чудовищного разума.

Клыкастая пасть монстра с хлюпаньем распахнулась еще шире, мощная хитиновая шея наклонилась вперёд, вытягивая голову. Гигантский монстр будто старался, не отрывая своих глаз, придавить меня к земле. В тот же миг я ощутил, как становлюсь все тяжелее. Нанесённые на броню защитные руны в данном случае ничем не могли помочь.

Страшный урод не обладал магией. Способность к гипнозу была его естественным врождённым талантом, не имеющим к волшебству никакого отношения. Я попытался пошевелить конечностями и не смог. Твою же мать! На лбу выступила испарина. Хреново дело, братцы. И тогда в бой вступил мой Родовой зверь.

Грифон, встрепенувшись и расправив крылья, угрожающе зарычал, ярясь от воздействующей на него чужой, подавляющей волю страшной силы, и, вонзив в мою кожу когти, ударил во все стороны пульсирующей, наэлектризованной энергией. Сила магического зверя моментально разрушила удушающую чуждую хватку пялящегося на меня монстра, охватила все тело, насыщая энергией и выгоняя слабость и тьму.

Как только я почувствовал, что опять могу двигаться, то тут же дернулся в сторону, уходя из поля зрения жирного омерзительного колосса. Вновь потеряв меня, образина, в бешенстве задрожав всем огромным раздутым телом, запрокинула отвратную морду кверху и, разверзнув пасть, издала громкий пронзительный вопль, похожий на переливчатую трубную трель.

Мой черный рунный клинок быстрее вспышки