Хозяйка Обители заблудших душ. Читайте «Свежие сплетни»! - Светлана Нарватова

И опустила взгляд в пол.

Возможно, в столице Гвен и позволила бы себе привередничать. Хотя она понятия не имела, как обстоят дела с личной жизнью прислуги. Подбором занималась экономка. Гвен волновали только качественно выполняемые обязанности. А здесь у неё просто не было альтернативы. И благодаря Врулю Клутье в ближайшее время не появится. К ней осмелилась наняться только та, кто сама является изгоем в городе. Гвеневьер печально вздохнула от своих невесёлых мыслей.

– Офелия, вы можете поселиться здесь вместе с дочкой. Сколько ей лет?

– Три года. Но Анжи очень тихая и воспитанная девочка! Вы не подумайте, что мне жить негде… – снова потупилась Офелия. – У меня ещё работа в ресторане…

– Вы не хотите полностью перейти ко мне? – Гвен неожиданно стало жалко девушку. Все совершают ошибки. А некоторые вообще ни за что страдают, как она с этим писакой! После незабываемого опыта сегодняшнего дня Гвен как никогда понимала Офелию.

Работница, всё так же потупясь, помотала головой. Ах, да! Гвеневьер припомнила слова булочницы. Она рано или поздно уедет. И где девушка будет искать работу? Вряд ли хозяин ресторана будет к ней столь щедр и возьмёт её заново.

– Я не настаиваю, – мягко сдала Гвен назад. – Приходите завтра с девочкой. Если она не испугается дома, переезжайте. Мне будет удобнее, если вы будете ночевать здесь. – И спокойнее, хотя об этом она промолчала. Она сказала другое, но тоже важное: – Готовить завтрак и ужин.

– Ой! Ужин! Что бы вы хотели на ужин, мадам Луиза?

– Гвеневьер. Гвеневьер Луиза Мария Монтгомери. Я надеялась приехать тихо, без помпы. Не хотела, чтобы кто-то знал, кто я на самом деле. Видимо, мне это удалось слишком хорошо…

Офелия громыхала посудой на кухне. К счастью, дрова она тоже нашла и теперь Гвеневьер была точно уверена, что голодной не останется, и вернулась на второй этаж. Портреты она решила оставить на потом: возможно, где-нибудь в библиотеке или в кабинете, она найдёт семейные хроники рода Колиньи и познакомится с ними более предметно. А пока Гвен решила поискать выход в башенки, коих в замке было целых четыре! Ей не терпелось взглянуть на окрестности из их оконцев. Снизу башенки выглядели очень нарядно. Идея устроить себе спальню в одной из них не оставляла.

Гвеневьер прошла по всем помещениям второго этажа. Заглянула в каждый угол. Но выхода наверх не обнаружила.

Тайный ход?! Гвен читала о таких в книжках! Но самой ей бывать в секретных проходах пока не посчастливилось. Зато теперь перед ней стояло целых четыре загадки! Будет обидно, если агент по продаже передал все ответы Лансу вместе с ключами. Кстати, Гвен даже не знала, кто именно продавал замок и почему не пользовался им сам. Почему-то этот вопрос не приходил ей в голову. Как мало её интересовало раньше. Зато какой интригующей стала жизнь, стоило сбежать от мужа!

Когда-то Гвен намеревалась вести дневник и приобрела красивую книжку для записей. Однако ничего, стоящего увековечивания, с нею не случалось, и книжка осталась невостребованной. Наконец пробил час! Гвен отыскала её в своих вещах и, вооружившись пером с чернильницей, вышла на улицу. Она старательно перерисовала окна на всех стенах, потом вернулась в дом и пририсовала к ним комнаты. В результате обнаружилось неучтённое окно, которое было снаружи, но не было внутри. И стало понятно, где можно искать выход к башенкам. Хотя совершенно не факт, что в них можно попасть из комнат второго этажа. Возможно, проход ведет с первого или вообще из подземелья! О, сколько открытий сулит ей новый замок!

– Мадам Монтгомери, ваш ужин! – позвала Офелия, когда Гвен пыталась соотнести окна первого этажа снаружи и изнутри.

– Да-да, конечно!

Желудок радостно заурчал, будто что-то понимал в человеческой речи. Гвеневьер впорхнула в столовую. Служанка накрыла ей во главе бесконечного, казалось, стола. Гвен села. Пустота зала неожиданно обрушилась на неё, напомнив о вынужденной изоляции.

– Поужинайте со мной, Офелия.

Гвеневьер сама от себя такого не ожидала. Ну а почему бы нет? Благодаря стараниям Вруля Клутье она оказалась отрезана от общества. Что же, ей теперь запереться в башню и вообще ни с кем не разговаривать? К тому же Офелия сама по себе представляла загадку, которую стоило разгадать.

– Присаживайтесь, присаживайтесь! Вы же приготовили больше, чем одну порцию? Мне скучно ужинать одной. Составьте мне компанию! Вы ведь тоже, наверное, проголодались? Я настаиваю, – добавила Гвен, поскольку девушка никак не могла решиться.

– Ну если вы велите…

Служанка скрылась за дверью в кухню и вернулась с тарелкой и столовыми приборами. Гвен обратила внимание: девушка уверенно пользовалась вилкой и ножом, что было не слишком типично (в её представлении) для класса чернорабочих.

– Офелия, простите моё любопытство, но вы же не всегда были разносчицей? Я поняла, что в вашей жизни случилось… непредвиденное. А чем вы занимались до этого? – спросила Гвеневьер, отпиливая кусочек мяса. – Если вам очень тяжело об этом говорить, можете не отвечать.

Офелия помотала головой, дожевала пищу и запила из стакана.

– Нет, теперь я отношусь к этому проще. Четыре года – достаточный срок, чтобы смириться. Да, я выросла в семье аптекаря и получила достаточно хорошее домашнее образование. И меня пригласили в качестве гувернантки к маленькой девочке.

– И там вас соблазнили… – подсказала Гвен щадящий самолюбие вариант.

Ну вот узнала она. Очевидно же было, к чему всё ведёт? А на душе появился осадочек.

– Никто меня не соблазнял. – Офелия неожиданно отложила столовые приборы и выпрямила осанку. Она отвела взгляд в сторону окна, и голос её дрогнул: – Меня никто не соблазнял. – И ещё тише добавила: – Моё желание никого не интересовало.

Гвеневьер растерялась. Ей приходилось слышать что-то подобное. Краем уха. Но всякий раз подобные рассказы сопровождались заключением, что якобы жертва сама виновата. Нечего было хвостом крутить. Девка не захочет, так мсье не вскочит. Теперь, сама столкнувшись с мужским предательством и подлостью, Гвен задумалась: а так ли оно на самом деле? Сколько лет было Офелии четыре года назад? Она была совсем юной девушкой. И не производила впечатление вертихвостки, ищущей приключений.

– Но ведь этого мужчину должны были наказать! – наконец выдала Гвен, но без особой уверенности.

– Меня наняли в очень достойный дом. Родители не поверили, сказали, что я наговариваю на