Скажи альфе "Да!" - Ева Горская

очень много думал о своих отношениях с этой женщиной и готов был признать свою вину перед ней. Но не готов отпустить. Альфа действительно разрушил ее прежнюю жизнь, но взамен дал другую. Более яркую и насыщенную. Оборотень любил ее настолько сильно, что этой любви хватило бы на двоих. Простил ей эту дурацкую выходку с непонятными последствиями, но вот простить попытку избавиться от беременности, видимо, не сможет никогда. Так же, как и доверять.

 

Когда Ольга прошла рядом, он схватил ее за руку и потянул на себя. Молодая женщина, не ожидавшая подобной подставы, не смогла удержать равновесие и завалилась прямо на оборотня, расплескав кучу воды.

 

- Не хочешь присоединиться, радость моя? - спросил Виктор. - Хотя, о чем я, ты уже присоединилась!

 

Как ни странно, это было признавать, но мужчина действительно почувствовал себя значительно лучше, валяясь в этой лохани посреди кухни старого деревенского дома.

 

- Витя! - взвизгнула девушка, не ожидавшая такой подлости от супруга. Но засмеялась, потянувшись к его губам. Насладившись поцелуем, она отпрянула от него:

 

- А если нас увидят? Ведь Степанида Васильевна может вернуться в любой момент, да и Данила с Матвеем в соседней комнате.

 

- Плевать, - он бесстыже потянул намокший сарафан с плеч. - Разве забыла, что меня никогда не волновали какие-то там условности? Тем более, что мы молодожены. Нам все можно!

 

Ольга его не разочаровала, лишь плотнее прижалась к нему, обняла и принялась самозабвенно целовать.

 

Романтическое купание в ванной было прервано весьма экстравагантным образом. Входная дверь отворилась и на пороге появился неопрятно одетый и попахивающий мужчина с букетиком полевых, немного повядших люпинов:

 

- Оля, не дури! Давай распишемся! - с порога заявил суицидник, к коим его сразу отнес Виктор. - Ну, кому ты еще будешь нужна с дитем-то?

 

Он ворвался в дом, да так и застыл на пороге с открытым ртом.

 

Стоило девушке только бросить взгляд на незваного гостя, как она засмеялась. Толманский мгновенно притянул ее к себе, укрывая обнаженную грудь любимой от похотливого взгляда новоприбывшего.

 

- Это кто? - мрачно уточнил он и почувствовал, как подрагивает у него на груди желанная женщина, заходясь в сумасшедшем хохоте.

 

Сложно было сказать, что сейчас чувствовал оборотень. Даже при самом худшем сценарии, он плохо представлял свою пару и этого вонючего субъекта рядом. Но его ужасно бесил тот факт, что у Ольги за полмесяца уже образовался кавалер. Неужели любимая давала какой-то повод?

 

Глава 3

 

 

 

- Это кто? - поинтересовался Виктор. Ольга не могла успокоиться, продолжая смеяться. Уж слишком нелепая выходила сцена.

 

- Это жених Оленьки! А вы? - встрял в разговор новый участник. Голос был женский и знакомый. Ольга лишь высунула голову, чтобы убедиться, что она не обозналась. Тетя Маша! Она не видела эту женщину две недели. И, слава Богам, что не видела! Тетя Маша выглядывала из-за спины сына и бросала осуждающие взгляды на молодую женщину, бесстыдно обнимающуюся с неизвестным мужиком.

 

Мария Воронцова - дородная женщина лет пятидесяти пяти, являлась какой-то дальней родственницей Степаниде Васильевне. Мария и Степан Воронцовы владели небольшим придорожным кафе, находящимся недалеко от Тихвина.

 

Ольга совершенно случайно познакомилась с этой удивительной семейкой. Когда она сбежала от Толманского, ее любезно согласился подбросить куда-нибудь дальнобойщик Матвей. Именно водитель фуры познакомил ее с Воронцовыми. И вот с легкой руки Марии Леонидовны Ольга уже две недели жила у этой замечательной старушки и присматривала за ее хозяйством.

 

Только во всем этом был один существенный минус. Настойчивый ухажер в лице ассенизатора Васи. Василий приходился сыном супружеской чете Воронцовых. Когда-то давно Степанида Васильевна нагадала своей родственнице, что ее сынок женится после сорока пяти лет на рыженькой девице с ребенком. Правда, Васе было лишь тридцать четыре и ждать ему оставалось еще долго. Но упрямая тетя Маша вбила себе в голову, что Ольга - это суженая ее драгоценного дитятки. С тех пор каждый вечер ассенизатор Вася приходил с букетиком неизменных люпинов, которые в безумных количествах росли на необработанных полях, и зазывал на свидания. Ольга неизменно отказывалась. Василий даже как-то спел ей фальшивым голосом серенаду, за что был облит помоями. Не совсем помоями, но это не имело особого значения. А в последние дни ее дурно пахнущий ухажер переменил тактику и активно зазывал замуж.

 

- Оля, как ты могла! - проникновенно и с пафосом произнес ассенизатор Вася.

 

Ольга не могла ничего на это ответить, она даже смеяться больше не могла. Лишь устало всхлипывала в объятиях Толманского, который успокаивающе поглаживал ее по обнаженной спине.

 

- Жених, значит, родная! - серьезно произнес мужчина, но стоило девушке заглянуть в глаза, полыхающие зеленью, как она успокоилась. Толманский веселился, но виду не подавал. Ольге так захотелось поцеловать мужа, но пришлось сдержать себя, лишь молчаливо наблюдая за разворачивающейся комедией. - Интересно, как много ты успела! - задумчиво произнес супруг, а девушка поймала в его взгляде какое-то предостережение? Смеяться ей резко расхотелось.

 

- Расскажи, любимая, этому милому молодому человеку, кто я, - спокойно произнес оборотень, - или это придется сделать мне.

 

Рука уже больше не поглаживала ей спину, а Виктор натянул спущенный им же сарафан.

 

"Любимая", - Ольга даже не мечтала услышать это из уст обожаемого супруга так быстро. То, что это было произнесено с некой издевкой, она предпочла просто не заметить.

 

Виктор оценил, что намокший сарафан мало что скрывает, глубоко вздохнул и поднялся. Мощная обнаженная фигура возбужденного мужчины явно произвела неизгладимое впечатление на всех присутствующих. Но так по-разному.

 

Ольга лишь с восхищением любовалась на своего драгоценного мужа снизу, тетя Маша застыла с открытый ртом, явно намереваясь вступить в диалог, а ассенизатор Вася поник, как давеча принесенные им люпины.

 

- Давайте заканчивать этот цирк, - произнес оборотень, оборачивая бедра заранее приготовленным полотенцем. - Вы всем нам подняли настроение. Но теперь я бы хотел остаться с супругой наедине и закончить то, что вы таким бесцеремонным образом прервали.

 

- Супругой? - негодующе произнесла тетя Маша. - Но Ольга же в разводе. Я видела ее паспорт. И где тетка Степанида? Как она позволила заниматься развратом в своем доме, да в светлое время суток? Ни стыда,