Скажи альфе "Да!" - Ева Горская

Ольга очень пожалела, что у нее при себе нет какого-нибудь блокнота и ручки. То, что говорила Степанида Васильевна было не только важно, оно требовало определенного осмысления в спокойной обстановке, а разве на бегу все запомнишь. С проснувшейся кровью оборотня, девушка заметила, что ее память стала более цепкой. Но не была уверена в том, что хоть один совет сможет воспроизвести по памяти.

На этот раз Ольга внимательно слушала пожилую женщину.

- ... и коновалов не слушай, девка, доносишь и родишь здоровенького. Если доживешь конечно, - буднично закончила свою речь Степанида Васильевна.

Девушка лишь тяжело вздохнула. Кому верить? Виктор утверждал, что у них будет дочка, а пожилая женщина неизменно говорит о ребенке в мужском роде. Но то, что малыш родится здоровым и без проблем для нее, молодую женщину неизменно радовало. Правда, про то, что у Ольги не будет осложнений при родах, знахарка ничего не сказала. Девушка сама сделала такие выводы. Главное, вот дожить. Хорошо бы еще счастливо. Она тяжело вздохнула.

- Травки пей, не забывай. И соперницу свою вымочи обязательного прямо сегодня вечером. Твоему суженому я все подробно рассказала. Но повторю тебе, он ведь тугодум и бестолочь основательная. Сам-то бегает козликом, а в силе травок моих все еще сомневается.

Ольга лишь улыбнулась. Действительно, за три дня, проведенных в гостях у Степаниды Васильевны раны Виктора почти затянулись, хотя пока и не исчезли. Да и сам он стал значительно более бодрым и активным. Девушка вспомнила лицо супруга на второе утро, когда Степанида Викторовна пришла будить их. Было еще очень рано, наверное, часа 4 утра. И они только недавно уснули, потому что муж не мог успокоиться и все требовал возврата супружеского долга, который Ольга с радостью отдавала, как верная и покорная жена. Выяснилось, что старушка накануне заказала два камаза дров, которые Толманскому предстояло сначала оплатить, а потом... Этим потом Виктор занимался все оставшееся до отъезда время.

Колол двора и матерился, за что был бит клюкой второй раз. Степанида Васильевна запретила оборотню использовать своих телохранителей, называя это трудовой терапией. Но и телохранителей находчивая старушка использовала с умом. Виктору пришлось все-таки заказать для женщины брус для бани, он даже рабочих нанял. С его деньгами и упорством провернуть вышло все в считанные часы. Но видящая обозвала прибывших рабочих алкоголиками и тунеядцами, отобрала у них деньги и заставила собирать баньку приближенных Толманского. Вот и сейчас они уезжали, а четверо из его людей оставались в распоряжении бойкой бабушки.

- Вот, девка, пора прощаться. Засиделись мы. За тобой уже пришли, - Степанида Васильевна поднялась и по-матерински сжала девушку совсем не в старческих объятиях. - Счастье тебе, девонька, и не забывай бабушку.

Ольга обняла старушку в ответ и поцеловала в морщинистую щеку. В этот самый момент раздался уверенный стук в дверь.

- Заходите, мы закончили, - произнесла пожилая женщина и вернулась на свое место за столом.

Почему-то Ольгу не покидало ощущение, что они еще обязательно встретятся. Возможно, на нее так подействовали последние слова Степаниды Васильевны. Бабушка передвинула на край стола два мешочка с травками в тот момент, когда Виктор вошел в дверь.

- Нас все ждут, милая, - было странно, но Виктор ей искренне улыбнулся. Ольга не могла поверить в такое счастье. Улыбнулся просто так, без повода.

- Всего вам доброго, Степанида Васильевна, - произнес оборотень, сжимая ладошку супруги в руке и выходя за дверь. Ольга лишь успела ухватить мешочки с травками и заметила, как ей подмигнула пожилая женщина.