Жизнь и быт московских государей - Юрий Николаевич Лубченков

походах, предпринимаемых под предводительством Димитрия, получая от него за время похода жалованье. Бояре из уделов московского и серпуховского князей могли переходить на службу друг к другу, но остальные люди уже не могли этого делать и не могли получать земель в чужом уделе. Таким образом, возникшее в Московской земле удельное дробление все же сохраняло верховную власть лица, княжившего в самой Москве.

Портрет Дмитрия Донского. 1900 г. Неизвестный художник

В 1366 году Дмитрий Иванович женился на дочери суздальско-нижегородского князя, нижегородской княжне Евдокии. Младшая сестра Евдокии была выдана замуж за Микулу Васильевича Вельяминова, сына московского тысяцкого. Дмитрий Константинович в то время нуждался в союзе с Москвой. На границах Московской Руси было неспокойно. Возросшая агрессивность Литовского княжества требовала усилий по защите западных владений. Из всех русских князей для Москвы по-прежнему наибольшую опасность представлял тверской князь Михаил, сын Александра Михайловича Тверского – человек упрямый и настойчивый в достижении своих целей. Вначале он был князем в Микулине, а затем, овладев Тверью, назвался великим князем тверским. Его целью стало подчинение своей власти ближайших родственников, князей Тверской земли.

Постоянные смуты в смоленских и рязанских землях требовали бдительности и готовности к отпору. Готовность к войне – залог будущей победы. Укрепление Москвы и главных городов княжества стало насущной, первоочередной задачей московского правителя.

Кремль Ивана Калиты за четверть века сильно обветшал. Чему в немалой степени способствовали большие городские пожары, случавшиеся каждые десять лет. Пожары были частым и большим бедствием на Руси. Из летописей нам известны только наиболее крупные их них. В 1365 году «загореся Москва от (церкви) Всех Святых с верху (реки Москвы) от Черторьи (так прозывался глубокий овраг и ручей у нынешних Пречистенских ворот) и погоре Пасад весь и Кремль и Заречье. Страшное было это лето!» «Было тогда знамение на небеси, солнце являлось аки кровь и по нем места черны, и мгла стояла с полета, и зной и жары были великие, леса и болота и земля горящее, реки пересохли и был страх и ужас на всех людях и скорбь великая» Этот памятный пожар в истории Москвы сохранился под названием Всехсвятского пожара от опрокинутой горящей лампадки.

После пожара молодой князь Дмитрий Иванович «погадав с братом своим с князем с Володимером Андреевичем и со всеми бояры старейшими и сдумаша ставити город камен Москву, да еже умыслиша, то и сотвориша. Toe же зимы повезоша камение к городу» [ПСРЛ, т. XV (Рог.), стр. 83; т. XVIII, стр. 106], решил строить на Боровицком холме каменную крепость. Зимой, как только закончились сельскохозяйственные работы, крестьяне, обитавшие в районе подмосковных Мячковских карьеров, начали заготовку строительного известняка. Камень по льду Москвы реки вывозили зимой два года.

Весной 1367 года рабочий люд «начаша делати безпрестани» белокаменные стены нового Кремля. Если учесть, что к 1368 году крепость уже стояла, можно заключить, что это была грандиозная по масштабам того времени стройка.

Белокаменная крепость представляла собой пятиугольник, две стороны которого шли вдоль естественных преград – Москвы-реки и реки Неглинной. «Общая длина стенных прясел Кремля вместе с 9 башнями составляла 1979 метров». Три из пяти проездных башен вели в сторону Красной площади, обращенной к равнинному участку, их ворота быстро закрывались при опасности.

Московский Кремль при Дмитрии Донском. Художник А. М. Васнецов

Сооружение каменного Кремля в Москве было главным событием того времени для всей Северо-Восточной Руси и свидетельствовало об экономическом росте Москвы и княжеской власти. Представлять силу и авторитет великого князя Дмитрия Ивановича должен был новый дворец, выстроенный близ храма Спаса Преображения на Бору. Златоверхий «Набережный терем» был назван так потому, что был обращен фасадом к набережной Москвы-реки и позволял любоваться необозримыми просторами земли Московской. Украсил терем Феофан Грек. Во дворце сочеталась пышность убранства с красотой классических линий древнего зодчества. Строительство каменой крепости позволило москвичам и их государям получить определенную гарантию безопасности.

Свояк тверского князя Михаила, литовский князь Ольгерд, решил попытать ратного счастья в Московской Руси. О походе Ольгерда в Москву узнали лишь тогда, когда литовское войско вместе с тверской и смоленской ратью приближалось к границе. Несмотря на призыв Димитрия к объединению всех сил против Литвы, сделать этого уже не удалось. Москвичи остались одни против сильного и опасного врага. Идя на Москву, литовские войска разоряли и жгли русские селения, убивая жителей. 21 декабря 1368 года произошло решающее сражение на реке Тростне. Командовавшие московским войском воеводы Димитрий Минин и Акинф Шуба пали в битве, а само московское войско было наголову разбито. Дорога на Москву Ольгерду была открыта. Димитрий вместе с митрополитом, князем Владимиром Андреевичем Серпуховским, боярами и множеством народа заперлись в недавно обнесенном каменными стенами Кремле. Посад около Кремля был сожжен самими москвичами. Три дня и три ночи простояли литовцы около Кремля. Штурмовать крепость зимой Ольгерд не решился. Возвращаясь в Литву, войска Ольгерда разоряли все то, что они не успели ограбить в начале своего московского похода. Множество народа было угнано в Литву. Подобного нашествия Московская земля не видела со времен Батыя, «преже того толь великое зло Москве от Литвы не бывало в Руси, аще и от татар бывало», – говорит об этом летописец.

Димитрий не мог признать свое поражение и решил воевать тверские и смоленские земли.

Искусство войны княжеские и боярские дети начинали постигать с юных лет. Оно на Руси передавалось из поколения в поколение. В этой среде у всех был лишь единый интерес – война, и она стала смыслом жизни и заботой молодого князя. Накопленный в непрерывных боях и сражениях опыт сформировался в целостную систему подготовки воина-дружинника. Сопротивляющихся – убей, но – без мук; пусть их доблесть будет награждена высшим отличием воина – мгновенной смертью в бою. Если слаб сам – скрой это, а не можешь скрыть – преувеличь эту слабость, дабы враги польстились на твою беззащитность.

Долгими вечерами – после тяжкого дневного обучения – прозе и поэзии войны, искусству разнообразного боя, мальчики мечтали стать великими и могучими воинами, храбрыми и всегда справедливыми.

Для них святыми были поучения Мономаха: «Дети, не бойтесь ни рати, ни зверя, делайте мужское дело; ничто не может вам вредить, если бог не повелит. Божье блюдение лучше человеческого». И его внуки и правнуки не щадили сил в верстовых пробежках, плавании в утренних холодных протоках, тягании тяжестей, метании дрота и познании навыков лучной стрельбы и единоборства с оружием и без