Жизнь и быт московских государей - Юрий Николаевич Лубченков

Верным помощником воина и охотника был нож, который они всегда носили при себе и умело им пользовались. Боевой нож был длиной около 25 сантиметров. Он мог использоваться как рубящее, колющее или режущее оружие. Короткие двухлезвенные ножи носили за поясом и поэтому они назывались поясными. Ножи с изогнутым длинным клинком прятали в голенище правого сапога, они именовались – «засапожными».

Из летописей известно, что ножом добивали поверженного врага. Славянские воины искусно метали со значительного расстояния в своих противников топоры и ножи.

Универсальным и самым распространенным оружием были рогатина и копье. С рогатиной князья ходили на медведя и на врага. Наконечник рогатины в виде лаврового листа имел длину до 60 см и ширину пера 5–6 см. На древке для усиления удара имелись два-три выступа – «сучка». Длина копья была разной, от 1,5 метра (метательное копье – сулица, или джерид) до 3 метров. Форма наконечников копий со временем менялась от удлиненно-треугольной до ланцетовидной. Каждый наконечник имел свое назначение: массивные трех- и четырехгранные окончания предназначались для пробивания брони; листовидные и клиновидные наносили страшные раны пешим воинам и лошадям всадников. Древко копий изготавливали из березы, дуба, ясеня или клена. Иногда древко оковывали железом, чтобы его трудно было перерубить. Копьями пользовались и конные и пешие воины, как в наступательном, так и в оборонительном бою.

Самым простым, но убедительным оружием воина была дубина. В соответствии с названием ее делали из комлевой части дуба. Если набить на ударную часть гвозди, то в умелых руках дубина могла стать смертельным оружием. Рукодельные аналоги дубины – палица, булава, шестопер – имели навершия, которые изготавливались из металла, заливались свинцом и насаживались на прочную рукоятку. Они весили около 300 граммов. Палица имела грушевидную форму с шипами. Булава имела форму куба или шара с шипами на каждой грани. В руках мастера увесистая гирька из металла или просто камня, прикрепленного к кожаному ремешку, называемая кистенем, могла нанести врагу многие поражения. Самым простым приемом был неожиданный удар в голову, но ремешок давал возможность обвить шею или руку врага и свалить его на землю.

Во времена Дмитрия Донского модным оружием воевод стал шестопер – булава с шестью ребрами, похожими на оперение стрелы. Помимо боевого назначения, шестопер служил знаком власти полководца. Пример эффективного боевого применения шестоперов можно найти в Псковской летописи: «А не саблями светлыми секоша их, но биша их москвичи…. аки свиней, шестоперы». Для богатых и знатных воинов оружие золотилось и украшалось резьбой. Ребра парадных княжьих шестоперов-перначей изготавливали из вулканического стекла или яшмы, а рукоятки украшались золотом, серебром и драгоценными камнями. Конные воины пользовались булавой для нанесения неожиданного удара по шлему или плечу. От такого оружия латы были плохой защитой, так как целью нападавшего было не убить, а оглушить противника.

Два шестопёра и пернач (слева). Художник Ф. Г. Солнцев

Еще со времен Киевской Руси массовым оружием нападения и охоты был лук. Сила его натяжения достигала 80 кг, а дальность поражения превышала 100 метров. Лук изготавливали составным: из средней части – рукояти и соединенных с ней упругими «плечами», склеенными из планок можжевельника или березы. Для усиления упругости с наружной стороны наклеивалась береста, сухожилия или костяные пластины. Все детали обматывались сухожилиями на прочном рыбьем клее. На концах лука делались специальные накладки, в которых крепилась тетива. Длина лука часто превышала два метра. Лучник пользовался специальными перчатками и щитками, чтобы защитить руки при стрельбе. Лук носили на плече слева в специальном футляре – «налуче». Стрелы держались отдельно в колчане, на боку справа, оперением кверху. Их изготавливали из тростника, камыша, березы, яблони. Наконечники стрел соответствовали назначению выстрела. Против лошадей и плохо защищенного воина применялись режущие наконечники. Для поражения воинов в кольчуге использовали шиловидные наконечники, а против доспехов и шлемов – граненые. Лук, налучь, колчан князя, бояр, тысяцких и других вельмож богато украшались золотым шитьем и драгоценными камнями.

В начале 1370 года двадцатилетний Дмитрий Иванович совершил свой первый самостоятельный военный поход (ходил «ратью сам к Твери»). Михаилу Тверскому была объявлена война, и русская дружина во главе с князем Дмитрием вошла в Тверскую землю. В то время Московия переживала трудные времена. Страшная эпидемия чумы 1362–1366 годов опустошила города. Дружины князей стали заметно меньшими. Войско по большей части состояло из пехоты. Металлические доспехи были дороги. Защитой пешего ратника часто была только рубаха и шапка, подбитая войлоком и пенькой. Такой защитный доспех назывался «куяком».

Готовясь к войне, Дмитрий Донской пересадил свою дружину на низкорослых, но выносливых заволжских лошадей. Это давало преимущества быстрого маневра. За этим стоял трезвый расчет полководца, при котором выверялось все: направление похода, его протяженность, факторы, могущие его затянуть, количество провианта – необходимое и достаточное, возможности его пополнения в ходе продвижения. Требовалось побеждать не числом, а умением.

Дмитрий Иванович нанес Тверскому княжеству страшные опустошения, взял тверские города Зубцов и Микулин, пленил и перегнал в «Московию» множество тверичан. Сам князь Михаил Александрович вновь убежал в Литву. В декабре 1370 года князь Ольгерд, подстрекаемый тверским князем, снова напал на Москву. Кремль блестяще выдержал и эту осаду. Защитники крепости обливали противника со стен горячей смолой и кипятком, рубили мечами, кололи копьями, пускали ядра. Простояв под стенами Кремля восемь дней и видя безысходность своего положения, князь Ольгерд запросил мира. Мир между Литвой и Москвой был, по обычаю того времени, скреплен брачными узами между князем Владимиром Андреевичем и дочерью Ольгерда Еленой. Согласиться на такое предложение Ольгерда вынудила необычайно теплая зима, сопровождавшаяся оттепелью, разливами рек и порчей путей. Опасаясь удара с тыла, Ольгерд спешил уйти от Москвы. В Литве его ожидали новые дела с орденом.

В военную кампанию 1371 года Дмитрий Иванович победил под Скорнищевом рязанское войско. В следующем (1372) году великий князь стоял со своим войском на Оке близ Любутска (Калуги), ожидая прихода Ольгерда и отрядов Михаила Александровича. На этот раз москвичи решили не допустить литовцев до Кремля. Простояв некоторое время по обеим сторонам крутого оврага, тот овраг «бяшеть им… в спасение», помешав кровопролитию, ни та, ни другая сторона не решилась начать битву. Наконец между великими князьями московским и литовским было заключено перемирие, по условиям которого Дмитрий обещал не трогать тверских владений Михаила, а тот в свою очередь поклялся, что не будет искать великого княжения, возвратит все похищенное в Московской земле и выведет из нее