Подлинная история русской революции - Виктор Степанов

С каждым часом, проведенным в очереди на морозе, озлобление людей становилось все более осязаемым. Достаточно было лишь искры, чтобы вспыхнул бунт.

Станкевич В. Б. Воспоминания. 1914–1919; Ломоносов Ю. В. Воспоминания о мартовской революции 1917 года. М., 1994. С. 219.

Лейберов И. П., Рудаченков С. Д. Революция и хлеб. М., 1990. С. 18.

8

21 февраля возмущенные толпы стали нападать на пекарни и булочные, требуя хлеба. Николаю II об этих инцидентах не доложили. На следующий день император покинул столицу и отправился в Могилев, в Ставку Верховного Главнокомандующего.

Подготовка решающего весеннего наступления подходила к концу, и Николай решил, что его присутствие в Могилеве необходимо. Император снова предпочел сконцентрироваться на военных делах. Заняться решением внутренних проблем России он планировал после победы над внешним врагом…

Заговорщики во главе с Гучковым давно ожидали отъезда императора. Они планировали захватить царский поезд и заставить Николая II отречься от престола в пользу цесаревича Алексея. У Гучкова и имелись свои сторонники даже в высшем руководстве русской армии.

Однако быстрый отъезд царя на фронт стал неожиданностью для них, поэтому планы по захвату поезда не были претворены в жизнь.

В Царском Селе осталась императрица, переживавшая тяжелый психологический кризис, а в Петрограде – власть, представленная премьером Голицыным, министром внутренних дел Протопоповым и командующим Петроградским военным округом генералом Хабаловым. Им предстояло первыми встретить грядущее испытание.

В дороге Николай II записал в своем дневнике: «День стоял солнечный, морозный. Читал, скучал и отдыхал…»

О беспорядках в столице в дневнике не было ни слова. Император ничего не знал ни о погромах булочных, ни о сорвавшемся нападении на царский поезд. В решающий момент русской истории Николай II оставался в полном неведении о происходящем.

9

Наступило 23 февраля. В наши дни после смены календаря эта дата приходится на 8 марта. Как и сейчас, в то время в России отмечали день солидарности женщин в борьбе за женские права и эмансипацию. Этот праздник впервые появился в 1913 году.

День работницы, как его еще называли, всегда проходил бурно – с шумными манифестациями, а зачастую и с массовыми стачками. Так случилось и в 1917 году. Рабочие-текстильщицы Выборгского района Петрограда объявили забастовку. Кроме того, в центре столицы массовая демонстрация требовала улучшения условий женского труда.

Вскоре к женщинам присоединились и мужчины. Среди них было много бастующих рабочих Путиловского завода. За считаные дни стачка охватила десятки предприятий Петрограда. К требованию «Хлеба!» бастующие скоро добавили и политические лозунги: «Долой войну!» и «Долой самодержавие!»

Согласно полицейским сводкам, бастовало 87 534 человека на 50-ти предприятиях.

В центре Петрограда митинги и демонстрации поначалу проходили спокойно, но на рабочих окраинах уже громили полицейские участки и магазины, переворачивали трамваи. День выдался погожим. Благодаря этому на улицах оказалось много гуляющего народа, и толпы бунтовщиков росли как снежный ком. Здесь были подростки, студенты, рассерженные обыватели, городские бездомные, бродяги и просто зеваки.

Беспорядки с окраин грозили перекинуться в центральные районы Петрограда. Полиция оказалась к этому не готова. Часто лицом к лицу с тысячами рабочих оказывалась всего лишь горстка полицейских. Сдержать толпу озлобленных и взвинченных людей городовые не могли. Кое-где полицейские пытались грозить манифестантам оружием, но это приводило лишь к новым вспышкам насилия: городовых били, оружие отбирали.

В отдельных районах Петрограда подняли по тревоге казаков. Они считались надежной опорой царского трона: уже не первое десятилетие власти привлекали их для борьбы с массовыми беспорядками и для разгона антиправительственных демонстраций. Так было во время Первой русской революции, так произошло и сейчас. В некоторых местах казаки вместе с полицией сумели оттеснить толпу. Но протестующих было во много раз больше. Под ударами казачьих нагаек рабочие отступали, но не разбегались. Все чаще слышались призывы: «На Невский!»

10

Параллельно с демонстрациями собралась на заседание Государственная Дума. Перед тем как уехать в Могилев, Николай II передал премьер-министру князю Голицыну свой указ о прекращении заседаний Думы. В этом документе не было даты – ее должен был проставить сам Голицын. Российский парламент, не зная, что находится в одном шаге от роспуска, продолжал свою работу.

На события в Петрограде Дума почти не реагировала, хотя о массовых демонстрациях знала – с утра здесь раздавались телефонные звонки. Однако наведение порядка в городе Дума не обсуждала. Сведения о манифестациях депутаты использовали для новых нападок на царское правительство. Главным в повестке дня был продовольственный вопрос.

Выступить в Думе пригласили крестьянина Козьму Егоровича Городилова. Он начал с критики твердых цен: «Низкие цены на хлеб погубили страну, убили торговлю и все земледельческое хозяйство… Крестьян снова закрепощают. Их заставляют засевать поля и отдавать хлеб по низким дешевым ценам».

Выступление Городилова периодически прерывалось криками «Браво!»

Депутат Андрей Шингарев, наоборот, требовал от крестьян уступок: «Хлеб должен быть доставлен армии, населению, рабочим, работающим на оборону, и городам. Мы со своей стороны должны сказать с этой высокой трибуны: хлеб надо подвезти, его надо сдать… Государственная дума должна сказать всем, кто имеет хлеб: дайте его!»

Не менее страстным стало обсуждение массовых забастовок и особенно стачки на Путиловском заводе. Депутат Матвей Скобелев начал выступление со слов, что страна с катастрофической скоростью двигается навстречу непонятным, но грозным событиям. Скобелев взывал уже не к крестьянам, а к правительству, и требовал хлеба для голодных рабочих. В своей речи он задавал вопрос: «Что же происходит на улице?»

А улица продолжала бурлить. Полицейские заслоны и казаки были смяты. Толпа хлынула в центр и быстро заполонила два главных проспекта столицы: Невский и Литейный. Манифестанты вели себя мирно, но их лозунги по-прежнему звучали радикально: «Долой войну!» и «Долой самодержавие!»

Чтобы очистить Невский и Литейный от демонстрантов, власти стянули в центр Петрограда значительные силы полиции и казаков. Через час оба проспекта были свободны от митингующих.

Пока городовые с казаками разгоняли народ, Государственная Дума продолжала заседать. Депутат Шингарев заявил, что парламент должен потребовать от власти, чтобы та, наконец, решила продовольственную проблему или, как выразился Шингарев, «убралась вон из государства».

Закончилось заседание Думы принятием резолюции, в которой правительству предлагалось улучшить снабжение продовольствием и привлечь к этому процессу представителей рабочих.

Заседание закрылось, депутаты разошлись. Почти никто из них не догадывался, что манифестации и стычки с полицией были началом новой революции.

11

Вечером 23 февраля на совещание под председательством генерала Хабалова собралось высшее военное и полицейское