Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

Обозначенная группа в замешательстве покинула тренировочную площадку, оставив на ней только взрослых мужей.

— Итак, теперь, когда нас покинула подготовительная группа, я хочу задать вам всем вопрос: чего вы ожидаете от моей программы тренировок?

— Эм, какой такой программы? — высказал коллективную мысль голос из толпы.

— Да Атом подери, сколько можно... Я спрашиваю вас всех: что вы ожидаете от тренировок под моим руководством? Вот, например, ты, высокий и волосатый. Сын Джона Амбера, я подозреваю?

— Так и есть, сир. Маленький Джон Амбер, сын Большого Джона Амбера, лорда Последнего Очага. Мой отец рассказывал, что вы с младенчества...

— Да, да, я польщен, но, пожалуйста, ответь на вопрос.

— Мой отец упоминал, что вы презираете манеры. Мастерства я жду, сир! Мастерства, которое вы показали на турнире, разбив всех южан практически в одиночку!

— Понятно. Теперь ты, парень с шикарными усами.

— Вы кого имеете в виду, сир?

— Тебя, конечно же. Из всех собравшихся у тебя самые шикарные усы. Как тебя зовут?

— Вендел Мандерли, сир Иувар. Мой отец просил передать, что вы ему должны десять оленей.

— Вот же кусок говорящего жира... Ладно, какие у тебя ожидания?

— Доблести. Той доблести, что заставила вас в одиночку выступить против войска и обратить его в бегство.

Так продолжалось некоторое время, пока сир Иувар опрашивал кандидатов. Ответы были самыми разными, но все сводились к категориям чести, отваги и воинского искусства. Когда последний из кандидатов — застенчивый парень из дома Толхартов — закончил вдохновенную речь о «защите слабых и верности долгу», сир Иувар на мгновение замолчал. Он медленно обвел взглядом строй, чей шелк и кожа сверкали на северном солнце, а плащи пахли дорогим мехом.

— Ну, спасибо, что ответили. А теперь — вот что представляет собой программа обучения, так сказать, сама ее суть: бить в крысу!

Все кандидаты изумленно уставились на «символ доблести». В их глазах читалось возмущенное недоумение: как человек, в одиночку обративший в бегство армию, может нести такую... ахинею?

— А что вы имеете в виду, когда говорите «бить в крысу»? — наконец выдавил один из них.

— Хороший вопрос. Что вы сами думаете по этому поводу?

— Ну... это что-то, чем нельзя гордиться, — буркнул кто-то из толпы.

— Еще варианты?

— Не давать противнику и шанса отбиться.

— Быть незаметным.

— Обобщу. «Бить в крысу» — это значит быть незаметной, смертоносной дрянью с абсолютным чутьем на опасность. Ваша специальность — военный разведчик. Это означает выживание там, где все живое дохнет. Навыки скрытной ликвидации — когда враг умирает, даже не поняв, что был не один. Выслеживание в любых условиях. Добыча «языка» — это когда вы притаскиваете вражеского офицера живым и готовым петь, как канарейка. Оказание медицинской помощи — чтобы вы могли заштопать себя или товарища в луже грязи, пока мейстеры мирно спят в своих замках. Вы будете уничтожать запасы еды и травить воду. Вы будете подрывать мораль врага так, чтобы они боялись собственной тени. Ваше место — в глубоком тылу, в сотнях миль от ближайшего союзника. В войну вы — кошмар для фуражиров и обозов. В мирное время — чистильщики, выслеживающие бандитов и плетущие сеть осведомителей.

Голос сира Иувара стал тихим, почти вкрадчивым, но его слышал каждый.

— У этой медали есть обратная сторона. Вас будут ненавидеть. Вас будут презирать даже свои. О вас не напишут баллад, о вас не вспомнят в легендах. Вы не станете героями в сияющих латах. Вы станете призраками, которыми матери будут пугать непослушных детей. Вы станете наглядным примером того, кем «благородному рыцарю» быть не положено.

Тяжелое откровение било по чести северян сильнее, чем самые лютые морозы. Начались тихие пересуды, а Джон Амбер своим громогласным голосом выразил общее мнение:

— А КАК ЖЕ ЧЕСТЬ, ДОСТОИНСТВО, ДОБЛЕСТЬ И СЛАВА? Может, вы у себя на родине и привыкли к таким методам, но это Север. Наши предки пережили Долгую Ночь, разбили Белых Ходоков, выживали и процветали там, где все остальные гибли. Мой отец считал вас самым доблестным воином, когда-либо ступавшим на наши земли, но, видимо, сияние турнира ослепило его суждение.

Сир Иувар промолчал, глядя на Амбера алыми глазами, в которых читалась лишь скука. Затем он отстегнул пояс и подошел к Джону. Когда он вынул меч из ножен, все замерли в немом почтении: в руках Иувара был клинок из валирийской стали.

— Даю возможность доказать ваше суждение, милорд. Но чтобы увеличить ваши шансы на победу — возьмите этот меч. Я бросаю вам вызов. Выиграете вы — и меч ваш.

— А если выиграете вы?

— Я просто не проиграю. Вы принимаете условия?

По толпе прошел коллективный вздох. Валирийская сталь... «Длинный Коготь» в руках чужака хищно поблескивал. Для Маленького Джона это был шанс не просто отстоять честь, но и привезти в Последний Очаг сокровище, за которое короли отдают провинции.

— Принимаю! — выкрикнул Амбер, сбрасывая тяжелый плащ. — И пусть Старые Боги будут свидетелями: я докажу, что сталь и честь сильнее ваших «крысиных» повадок!

Марк лишь едва заметно улыбнулся кончиками губ.

— Боги сегодня заняты, Джон. А сталь... сталь — это просто инструмент.

Соперники разошлись, освобождая место для поединка. Маленький Джон начал крутить меч в руках, оценивая его вес и баланс; судя по улыбке, он остался доволен.

— Доставайте ваш меч, сир.

— Он мне не нужен.

— Вы слишком самонадеяны. И чем же вы собрались против меня биться? Голыми руками?

— Почему же, я уже вооружен.

— Я вижу только ремень в ваших руках.

— Именно.

Маленький Джон Амбер возвышался над всеми. С шести лет он проводил время на тренировках, в одиннадцать впервые убил одичалого, а в восемнадцать уже был покрытым шрамами ветераном. Никто на Севере не посмел бы недооценить его, а тут ему прямо в руки вручили валирийскую сталь против обычного ремешка. Ярость затмила ему глаза; он бросился на оппонента — если убьет, пускай, никто не посмеет его осудить.

Все ожидали яростной схватки, но реальность внесла коррективы. В момент замаха сир Иувар нахлестом перехватил руку с мечом, блокируя удар. Плотно обмотав ремень вокруг запястья врага, он лишил Амбера возможности маневрировать. Используя натяжение, Марк притянул противника к себе и нанес серию сокрушительных ударов локтями. Удерживая руку ремнем, он провел жесткий захват шеи, лишая гиганта равновесия.