Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

— Значит, пора начать.

Серебряное зеркало открылось в полночь.

Не в зимнем саду — Райгар приказал разбить все старые зеркальные рамы, оставив только осколок под надзором Ольвена. Новый круг сделали в зале пламени, где красный огонь мог удержать проход, если тот попытается изменить направление.

Элиана стояла перед овальным зеркалом, собранным из множества серебряных осколков. В каждом отражалась не она полностью, а часть: рука, лицо, глаза, тёмный край плаща, алая нить на запястье, серый амулет у горла.

За стеклом лежала снежная дорога.

Райгар стоял рядом, но не касался её.

Айрис плакала и злилась на себя за это. Кайрен, бледный после печати свидетеля, пытался шутить, но получалось плохо. Ольвен повторял правила так быстро, словно хотел вложить ей в голову целую библиотеку.

— Не называйте полное имя без необходимости. Не соглашайтесь на обмен памяти. Не ешьте ничего серебряного цвета. Не смотрите в лёд, если он отражает не то, что перед вами. Не отвечайте голосам, которые знают ваше детское прозвище.

Элиана остановилась.

— У меня было детское прозвище?

Ольвен замолчал.

— В записях Лиары встречалось слово «Лиа».

У Элианы сжалось горло.

Мама называла её так. Очень давно. Так давно, что она сама почти забыла.

Райгар тихо сказал:

— Если услышишь это слово там

— Я не отвечу сразу.

— Не отвечай вовсе.

— Не обещаю.

Он закрыл глаза.

— Я знаю.

Зеркало зашевелилось.

Серебряная дорога стала ближе.

Элиана поправила плащ и сделала шаг.

Айрис бросилась к ней и обняла.

— Вернитесь, — прошептала она.

— Вернусь.

— Вы всем это обещаете. Начинайте выполнять.

Элиана прижала её к себе.

— Постараюсь.

— Ненавижу это слово.

— Все его ненавидят.

Кайрен подошёл следующим.

— Если увидите моего брата Теренса вашего брата, — поправился он, — не бейте его сразу. Возможно, он полезен.

— Утешительный совет.

— Я могу дать и второй: если серебряный дракон предложит показать вам правду за небольшую плату, сразу уточняйте, в каких частях тела она измеряется.

Элиана улыбнулась.

— Берегите себя.

— Я? Я остаюсь во дворце с советом, Ольвеном и Айрис, которая теперь командует ранеными лучше генерала. Это вы берегите себя.

Ольвен только склонил голову.

— Пусть пепел не станет цепью.

— А зарёй?

— Только если вы сами выберете утро.

Последним был Райгар.

Он не обнял её при всех. Не поцеловал. Не сделал ничего, что могло бы стать зрелищем для зала, двора, огня или судьбы.

Только взял её руку и коснулся губами алой линии на запястье.

— Живи, — сказал он.

Элиана почувствовала, как это слово вошло глубже любой клятвы.

— Ждите, — ответила она.

— Буду.

Она шагнула в зеркало.

Холод принял её сразу.

Не ударил. Обвил.

Серебряная дорога оказалась настоящей. Снег хрустел под сапогами, небо над головой было тёмно-синим, звёзды — острыми, как осколки льда. Позади не было зеркала. Только две чёрные скалы, между которыми висела тонкая серебристая дымка.

Впереди стоял Ильсар.

Город Серебряной ветви был не похож на Альтарон.

Там всё поднималось вверх — ледяные башни, белые стены, мосты, похожие на застывшие лунные лучи. В Альтароне камень дышал огнём, давил силой, заставлял чувствовать себя маленьким перед древностью. Ильсар не давил. Он смотрел. Холодно, внимательно, будто помнил каждую ошибку вошедшего ещё до того, как тот её совершил.

У ворот её ждали.

Трое в серебряных плащах. Лица закрыты полумасками. Волосы у всех были светлые, почти белые, но глаза — разные: серые, синие, ледяно-зелёные. За их спинами стояли два дракона в человеческом облике. Элиана поняла это не по крыльям, не по пламени, а по неподвижности. Люди так не стоят.

Женщина в центре сделала шаг.

— Элиана Вейр Ардент.

Амулет у горла не охладился.

Значит, не ложь.

— Вы звали меня.

— Я передавала зов.

— Ваше имя?

Женщина