Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

άλλ' ή τό εργον έχει παρασχέσθαι τής τάξεως, εις ήν έαυτόν εταξεν, ή άπελήλαται. καί τέως μέν ονομάτων ήν σεμνών άριθμός έν τοίς καταλόγοις, νυν δέ ό μέν οπλίτης όντως οπλίτης, ό δέ ίππεύς τούτο άληθινώς, ό δέ άκοντιστής ούκ άχρι τού προσρήματος. — Them. Or. VIII. 115d — 116a).

В исследовательской литературе распространена точка зрения, что Фемистий считал главной добродетелью любого правителя человеколюбие (φιλανθ — ροπία): по мнению Л. Бейли, У. Роберто и Ф. Майера, в своих рассуждениях о военной политике Валента Фемистий настаивал, что император должен проявить милосердие по отношению к готам, руководствуясь благоразумием, а не гневом и ненавистью. Как полагают эти исследователи, константинопольский ритор отстаивал идею человеколюбия, поскольку, во-первых, миролюбивая дипломатичная политика казалась ему более выгодной для государства, чем тяжелые боевые действия: продолжительные войны требуют от государства больших расходов, это неизбежно влечет за собой повышение налогов и вызывает финансовые затруднения. Во-вторых, по оценке Л. Бейли, У. Роберто и Ф. Майера, с помощью идеи человеколюбия Фемистий противопоставлял цивилизацию варварству, разум — грубости, а рассудительность — ярости: римский император не может руководствоваться гневом, поскольку он не варвар, наиболее правильный путь для императора заключается именно в дипломатии[633].

Конечно же, мы можем признать, что Фемистий видел в мирном договоре с варварами одно из главных средств для достижения общего блага, но цитированные выше фрагменты подсказывают, что Фемистий считал не менее важным гарантом благополучия государства сильную и боеспособную армию. Как человек, близкий к высшим кругам власти, Фемистий прекрасно понимал, что без сильной армии, в которой соблюдается строгая дисциплина, само существование римского государства будет поставлено под вопрос, и император уже не сможет быть столь миролюбивым и человеколюбивым, как этого требовали стандарты греко-римской философии.

Соответственно, мы хотели бы выяснить, какие подразделения входили в состав той армии, о которой столь красноречиво говорит Фемистий. К сожалению, до нашего времени сохранилось очень мало надписей из нижнедунайских регионов, датированных временем Валента и упоминающих те или иные войсковые подразделения. Поэтому в первую очередь мы рассмотрим сведения тех надписей, которые датированы общим периодом IV или IV–V вв., эти надписи были обнаружены на территории провинций Малая Скифия, Нижняя Мезия и Македония:

1) R(esta) viator / et lege Var/sudicintis mil(itavit annis) IX/ vixit a/nnis XL / qui mili/tavit in пи/mero scu/tariorum / cuius cara / mater Sus/а fecit / titulo(m) (sic) / viator — «Путник, остановись и прочитай: „Варсудикинт, отслужил 9 [лет], прожил 40 лет, он отслужил в отряде щитоносцев“. О путник, его (Варсудикинта. — E. Μ) заботливая мать Суза сделала [этот] памятник» (город Нови-Пазар на юго-западе Сербии, в римский период — территория Нижней Мезии)[634];

2) IGLRom, р. 65–66, по. 30: In huc tumulu/m est positus / Terentius / filius Gaio/ne annor(um) vigin/ti cinque (sic) mil/itans inter sa/gittar(io)s iuniores — «В этой могиле покоится Терентий, сын Гайона, он (Терентий. — E. Μ.) отслужил 25 лет среди младших лучников» (Констанца, Румыния, в римский период — провинция Малая Скифия). Скорее всего, цифра, упомянутая в тексте (25 лет), относится к Терентию, а не к Гайону, несмотря на то, что слово militans — это причастие настоящего времени. Терентий, как видно из текста надписи, к моменту её создания был уже мертв, соответственно, мы можем перевести причастие militans прошедшим временем;

3) IGLRom, р. 77–78, по. 41: Έντα κίτε / Άταλα υιός / Τζειουκ ζή/σας ετη κε' / άπό σαγιττα/ρίον (sic) τις εί(ς) πόλ(ιν) — «Здесь покоится Атала, сын Чеюка, проживший 25 лет, из [отряда] лучников; каждый, кто в городе…» (Констанца, Румыния, провинция Скифия Малая);

4) RIChrM, р. 69–70, по. 63: Έν Χριστώ κυμ(ητήριον) (sic) / Άρια λαμ(προ — τάτου) στρατευ/σαμένου έν τω γεν/νεοτάτου άριθ/μοΰ των καθ(οσιομ)(ένων) σαγιτταρίων αϊτι λς' μήνες ς' ήμ(έρας) ιε' — «[Верующий] во Христа; могила самого славного Ария, отслужившего в самом доблестном отряде преданных лучников, [прожил] 36 лет, 6 месяцев, 15 дней» (город Верия, Северная Греция, в римский период — провинция Македония Первая);

5) [Ένθα κατάκ(ειται) — σύμβιος] γεγωνυΐα Ίωάννου διακ/όνου νουμέρου Δηφεν/σόρων τελευτά μη(νί) / Μαρτίου ι' ίνδ(ικτιώνος) ιγ' — «Здесь покоится… стала супругой Иоанна, диакона [из] отряда Дефенсоров (слово Δηφένσορες — это греческая транслитерация латинского слова Defensores — 'защитники'. — Е. Μ.), умерла в месяц Март, [в день] 10, в 13 индиктион» (город Паний, провинция Гемимонт, сегодня — прибрежная территория Восточной Болгарии)[635].

Аммиан Марцеллин сообщает, что во время одной из боевых операций против готов Валент «выслал вперед Аринфея, начальника пехоты, вместе с грабительскими отрядами» (Arintheo magistro peditum misso cum praedatoriis globis. — Amm. XXVII. 5. 4). Естественно, под фразой «грабительские отряды» (praedatorii globi) Аммиан имеет в виду подвижные и маневренные римские соединения, которые быстро перемещались по территории боевых действий и совершали мелкие грабительские нападения на войско врага.

С учетом надписей, цитированных выше, мы можем предположить, что в число этих мобильных отрядов входили вексилляции скутариев (щитоносцев), сагиттариев (лучников) и подразделения под названием Defensores', скорее всего, данные отряды размещались в нижнедунайских провинциях империи в течение всего IV в. и продолжали выполнять там службу и далее, в V–VI вв. Поскольку вексилляции по большей части представляли собой конные подразделения, нам кажется логичным, что Аринфей привлек к борьбе с готами отряды скутариев и сагиттариев: во-первых, к началу военной кампании эти отряды уже долгое время размещались в Нижней Мезии, Малой Скифии и Восточной Фракии, а во-вторых, для вексилляций скутариев и сагиттариев тактика быстрых и внезапных нападений была вполне привычным методом боя.

Но, конечно же, римские войска, выступившие против готов в 367 г., не ограничивались только отрядами легкой кавалерии: основу армии Валента все же составляли пехотные легионы, при этом, скорее всего, старые легионы, располагавшиеся в нижнедунайских провинциях еще со времен Принципата. Совсем недавно Дж. Стэнфилл и А. Шнайдер высказали идею, что в 369 г. готы были вынуждены заключить мир с Валентом по причине сильного наводнения, которое разорило многие земли готов: по мнению исследователей, природное бедствие нанесло тяжелый удар по материальному положению готов, и у них уже не было сил противостоять римлянам[636]. Конечно же, разлив вод Дуная далеко за пределы его берегов мог серьезно ослабить готов, но не стоит преуменьшать роль военного фактора: до 369 г. готы неоднократно терпели поражения от римлян, и, на наш взгляд, в состав римских войск входили пехотные легионы, оборонявшие границу по нижнему течению Дуная.

В подтверждение сказанного рассмотрим прежде всего сведения фрагментарно сохранившейся латинской надписи из города Гарличу на юго-востоке Румынии (в римский период — Нижняя Мезия), составитель надписи сообщает о строительстве в данной местности новой