Хорошая? Плохая? Живая! Мама - Лара И. Покровская

За плечами много часов индивидуальной психотерапии в качестве клиента. Разгребла кучу проблем, но копать ещё долго. К сожалению, денег на постоянную психотерапию нет, это слишком большие расходы для нас.

Много знаю, много понимаю интуитивно, но почти не получается самой воплощать эти знания/понимания с детьми.

Основная проблема – отношения со старшим сыном, причём не в силу его подросткового возраста, а так было с его рождения.

Я постоянно нахожусь в энергетическом минусе, что приводит к маме-булли. Боюсь ответственности, у меня тупо нет на неё сил.

Любой «шаг в сторону» (незапланированность) вызывает боевую стойку, агрессию, малоадекватную защиту своих границ.

Тревожусь из-за всего. Не могу гулять с младшей, со старшим в его детстве тоже не могла, но сейчас ещё хуже: боюсь горок, лазалок, всего того, где физически опасно и может что-то случиться, когда я ответственна за ребёнка. Меня это просто изводит. На прогулке начинается паника, я готова схватить ребёнка в охапку и – домой.

Слава богу, есть муж, который гуляет спокойно.

Хочу убежать куда-то, где можно побыть одной, причём долго-долго, и чтобы не было необходимости возвращаться. Постоянное ощущение, что «не тяну» семью, не справляюсь. Я несчастна, и чем дальше – тем острее это ощущаю.

А хочется совсем другого… Спокойного родительства, ощущения «я счастлива».

Сложно сказать, чего ожидаю от курса… Наверное, мне кажется, что количество (информации, общения с единомышленниками) перейдёт рано или поздно в качество (принятие информации и перевод её в практические действия). У меня так бывает…

Из анкеты при поступлениина обучение в Институт Ньюфелда, 2012 год

* * *

2013 год: семинар «Быть заботливой альфой».

2013 год: семинар «Привязанность в паре».

2013 год: семинар «Дети в семье».

2013 год: семинар «Свободная игра».

2013 год: поездка в США вдвоём с Егором (поворотный момент).

2013 год: забрала Егора из школы на семейное образование (шестой класс), с тех пор и до окончания школы Егор в обычную школу не ходил, сдавал аттестации дистанционно (только ОГЭ и ЕГЭ очно).

* * *

Однажды, когда Егору было лет восемь или девять, я каким-то волшебным образом нашла психолога, который на первой же встрече дал мне увидеть боль моего ребёнка за выставленными им защитами и колючками. Я не только увидела, что Егору не безразлично то, что происходит у нас в семье, но что ему очень больно. И я почувствовала эту его боль, она закрыла собой все претензии и несоответствия сына идеалу. Дальше был долгий путь личной терапии на тему детско-родительских отношений и моей мамской роли, и год мы с мужем ходили на родительские тренинги. Так начался мой путь Мамы.

Путь этот я шла очень сложно. Медленно и с постоянными откатами назад. Было тяжело, и я плохо справлялась. Но шла.

Совершенно случайно где-то в недрах Живого Журнала я наткнулась на посты Ольги Писарик про теорию привязанности Гордона Ньюфелда. Потом купила вебинар Ольги про детей в альфа-позиции – и поняла, почему мой ребёнок ведёт себя так, как ведёт. Я пошла на семинары Ольги в Москве (про отношения привязанности в паре, про сиблингов, про свободную игру) – и поняла, что ура, я нашла теоретическую базу, в которой меня всё устраивало. Которая легла мне в душу так, будто именно для неё там и пустовало место всё это время.

И, о ужас, я перестала гнать от себя мысли о семейном образовании. Я всё ещё совершенно не понимала, как смогу учить своего ребёнка: я же до сих пор не знаю, сколько отступать клеточек, и тем более начались уже предметы средней школы, а я не преподаватель-предметник. И жутко боялась. Но кое-что изменилось: теперь я точно знала, и уверенность моя была стопроцентной, что обязана забрать ребёнка из школы. Из места и из процесса, где ему плохо. А что делать дома – вопрос второй. Я мама и я должна позаботиться о сыне. Потому что, кроме меня, некому.

У меня прибавилось уверенности в своих силах, потому что к моменту перевода Егора на СО я уже год отучилась в университете, получая второе высшее психолого-педагогическое образование. Знаний школьных предметов и методик их преподавания это не давало, но появились знания по возрастной психологии. Да и сам факт, что ребёнка на семейное образование забирает мама педагог-психолог, казался мне облегчающим отношения с различными инстанциями, школами, социумом. Такая вот иллюзия у меня была.

К сожалению, год учёбы в университете снова подорвал наши отношения с сыном. Я тратила весь ресурс на занятия. Сил и времени быть мамой не оставалось. А ведь у меня ещё и младшая дочка! Сашка родилась, когда Егор был во втором классе, и все его школьные проблемы совпали с её младенчеством.

К концу пятого класса мои вопросы о том, как прошёл день, Егор воспринимал с нескрываемым удивлением: «А тебе это зачем?», «А почему тебя это интересует?» И я понимала: он искренне удивлён, что меня интересует не только его учёба, но и он сам. То, как ему было в школе. Как ему игралось, как училось, как общалось. Что он чувствовал, о чём думал.

Я плакала. Как я умудрилась сломать отношения до такого состояния? Ну как? Я очень люблю Егора и мне, конечно же, не всё равно! И отметки – не то, что я считаю главным, важным. Но мои личные тараканы, мои детские психологические травмы диктуют мне поведение, которое портит жизнь и мне, и сыну. Мои поступки не соответствуют моим ценностям. Они привели к ужасному результату: я потеряла отношения с сыном. Он не сын, он – школьник. Не знаю, чувствовал ли кто-то из вас вот эту потерю, когда ребёнок есть, а отношений нет.

Я уже понимала, что придётся завоёвывать доверие сына заново. Этим я собиралась заниматься на СО. Но обучать ребёнка чему-либо «на пустом месте» невозможно. Чтобы он слушался и соглашался выполнять то, что я прошу, был готов делать то, что делать не очень-то и хочется, нужна база. Эта база – крепкие отношения привязанности. Надёжные и устойчивые. И работать над ними мне следовало начать заранее.

Времени до начала учебного года оставалось мало. Лишь несколько месяцев на исправление отношений, которые портились столько лет. Нужно было что-то серьёзное, какая-то встряска, благодаря которой я получу сразу много баллов кредита доверия ребёнка. И я придумала поездку с Егором в США.

Восемнадцать