Вселенная океана. Как устроена стихия, которая формирует нашу планету - Хелен Черски

нам стоит как можно чаще смотреть именно на сферические изображения земного шара, а не двумерные карты. Кроме того, нужно время от времени поворачивать глобус так, чтобы всю видимую часть занимал Тихий океан: полезно лишний раз напомнить себе о его масштабах. Глядя на синюю бесконечность во всех этих ракурсах, мы должны представлять себе океан как живое бьющееся сердце планеты – вызывать в воображении его неугомонный характер, прихотливое внутреннее устройство и пронизывающие его нити органической жизни. Таковы сущностные факторы, определяющие облик нашего мира. Допустим, мы сформировали эту мысленную картину. Что дальше?

Ценности

Согласно расхожему мнению, человечеству надлежит во всем руководствоваться «предписаниями науки». Как ученый, могу вас заверить: это ложный путь. Просто потому, что не наука задает приоритеты. Решающая роль принадлежит ценностям. Мы должны в первую очередь четко сформулировать, что́ стои́т во главе угла для нас и нашего общества, а затем, опираясь на максимально качественную информацию, выработать стратегию поведения. Мы должны понять, насколько для нас значимы социальная справедливость, экономическая выгода, индивидуальная свобода, коллективизм и так далее. Приоритеты могут меняться в зависимости от ситуации, и расставить их в иерархическом порядке зачастую бывает непросто из-за обилия нюансов и многофакторных зависимостей. И тем не менее крайне важно декларировать ценности в явном виде, ведь от этого зависит, куда мы намерены идти и чему уделять первостепенное внимание. Когда же вопрос с ценностями решен, стоит дать слово науке, ибо она может снабдить нас самыми точными сведениями и подсказать наиболее эффективный способ достижения цели.

Дискуссии по поводу того, каковы в тех или иных обстоятельствах рекомендации науки, чреваты недоразумениями, так как люди не удосуживаются озвучить свои ценности. Каждый предполагает, что окружающие разделяют его систему приоритетов. На самом же деле такое совпадение встречается довольно редко, а потому имеет смысл на всякий случай всегда внятно проговаривать ценности.

Спору нет, именно наука помогает нам понять, как разумнее подойти к конкретной задаче и в каких сферах нужно что-то перестроить в соответствии с нашими ценностями. Но она никоим образом не определяет, в каком направлении мы должны двигаться.

Почему это важно с точки зрения будущего океана? Дело в том, что целостный взгляд на планету и ее жидкую оболочку задает контекст для иерархии наших ценностей. Осознав, что океан есть колоссальная природная машина, составляющая основу глобальной системы жизнеобеспечения, мы будем держать это в голове при выработке стратегии поведения в соответствии с ценностями. Само по себе понимание устройства океана не говорит нам, куда двигаться и что делать, но позволяет в более широком контексте осмыслить наши стремления.

Решать экологические проблемы, связанные с океаном, намного сложнее, чем заниматься аналогичными вопросами на суше. Океан вообще менее доступен, а главное – его внутренние механизмы трудноуловимы. Вместо больших неподвижных деревьев приходится иметь дело с крохотным непоседливым фитопланктоном. Морские экосистемы кочуют в водной толще под действием течений и подвержены постоянным флуктуациям в зависимости от погоды и времени года, а сравнительно незначительные колебания температуры и солености принципиальным образом меняют динамику вод. Если кому-то вздумается построить на месте старинного лесного массива цементный завод, последствия, скорее всего, будут заметны невооруженным глазом: увеличение транспортного потока, появление новых рабочих мест, загрязнение воздуха, гибель дикой природы, инвестиционные вливания в регион. Местные жители смогут хотя бы в общих чертах сопоставить потери и приобретения. Но если кто-то ради добычи рыбы решит вычерпать морской грунт, ни одна живая душа не увидит, какой причинен ущерб, какие еще биологические виды пострадали и долго ли сохраняется критическая ситуация. Люди смогут узнать разве что, почем эта рыба продается и сколько человек работает на судне. А значит, мы должны с большой осторожностью относиться к любому, даже внешне безобидному вторжению в океан: слишком велика вероятность упустить из виду – осознанно или случайно – картину в целом. Почему мы затеваем тот или иной проект? Потому, что он действительно будет иметь благоприятные долгосрочные последствия для экологии, или просто, чтобы иметь повод гордиться собой? А может, ради сиюминутной выгоды для бизнеса?

В этой связи стоит сказать о характерном противоречии, которое обычно не удается толком разрешить. Сплошь и рядом при реализации экологических проектов декларируются сразу две цели: во-первых, возврат к «первозданной» естественной среде[256], а во-вторых, формирование условий, при которых океан будет приносить людям осязаемую пользу (поглощать углерод, бороться с береговой эрозией, снабжать нас пищевыми ресурсами и энергией). Само собой, если морские экосистемы станут более здоровыми и устойчивыми, все от этого только выиграют. Однако тут налицо явное противоречие: с одной стороны, мы якобы не хотим мешать природе и позволяем ей спокойно залечить свои раны, а с другой – исходим из того, что люди способны управлять экосистемами лучше самой природы. Второй тезис весьма сомнителен, поскольку умеренный экологический менеджмент легко скатывается к полномасштабной геоинженерии. Мы не можем заявлять о намерении восстановить «первозданную» чистоту природы и при этом активно вмешиваться в естественные процессы, пытаясь переналадить их в угоду своим нуждам. Рано или поздно, вероятно, удастся нащупать некий компромисс между двумя противоборствующими целями. Но нельзя претендовать на то и другое одновременно. А потому важно с самого начала четко озвучивать, чем мы жертвуем ради полезных приобретений.

Делать вид, что природа устроена примитивно или что существуют волшебные средства для решения всех проблем[257], – не выход. Пытаясь «регулировать» поведение Мирового океана, мы должны осознавать, что берем на себя ответственность за сложную систему, которую не до конца понимаем. Дорога в ад, как известно, вымощена благими намерениями. То же во многих случаях можно сказать и о дороге к экологической катастрофе. Соответственно, наша задача – работать в содружестве с планетарными системами, а не идти им наперекор, возомнив себя хозяевами мира. Океан не является ничьей собственностью, и было бы самонадеянным полагать, что нам под силу управлять этой грандиозной машиной, как обычным автомобилем. И потом, зачастую очень трудно просчитать долгосрочный эффект от целенаправленного воздействия на экологию. Предлагаются, например, различные технологии, позволяющие «высасывать» углекислый газ из атмосферы за счет манипулирования химическими или биологическими процессами океана. Но у нас нет надежных способов смоделировать результат и оценить, как подобные эксперименты в реальности повлияют на сложную природную среду. Принесут ли они ожидаемые плоды в долгосрочной перспективе? Не обернутся ли негативными последствиями для других отсеков океанической машины? А не имея достаточной уверенности по этим вопросам, мы не вправе переходить к практическим шагам.

Другой важный аспект – кто будет участвовать в принятии решений. Коренное население соответствующих регионов, особенно Тихоокеанского и Арктического, испокон